чтобы мы тогда смогли?
— Вы, именно вы наше будущее. Передовой отряд советского общества в эпоху Научно-Технической Революции, что проходит вслед индустриальной, меняя мир. Я не оговорился. Мы с вами, дорогие друзья, в ближайшие десятилетия начнем создавать совсем иное сообщество и экономику, основанные на науке. Иначе как нам построить то будущее, к которому мы стремимся? Вот наша ближайшая задача, — в зале уже все замерли как ученые, так и руководители. Больно уж непривычные слова они сейчас слышат. И вряд ли те произносятся просто так. — Построение высокоразвитого постиндустриального общества, следующей ступени человеческой цивилизации. Где условия существования будут определяться не прихотями горстки людей или функционеров, а строгими предначертаниями науки. И первой базовой у нас является математика. Царица теорий и доказательств. Вдобавок особенно важной наукой для нас становится Кибернетика и создание с ее помощью современных компьютерных систем. Вот фронт, на котором в ближайшие годы произойдут колоссальные прорывы, и которые изменят наше будущее навсегда. Новое общество, новый человек, новый мир!
Снова стакан и аплодисменты. В этот раз хлопают намного искренней. Так лихо с ними с трибуны еще никто не говорил. Боковым зрением замечаю застывшего от удивления Глушкова, Келдыш опустил глаза и улыбается. Мы с ним уже встречались в рамках реформы космической программы и нашли полнейшее взаимопонимание. Да и знакомы давно по ракетным делам. Но и поспорили изрядно, хотя все равно расстались довольные друг другом. Я пообещал президенту Академии наук неуклонный рост расходов на научные разработки, но призвал его подумать о методах внедрения в жизнь. Придумано много, но где все?
— Поэтому, друзья, призываю вас не бояться преград, обязательно заскакивая мыслью в послезавтра. Потому что никто кроме нас Мир Полудня не построит!
Под аплодисменты спускаюсь вниз и замечаю, как совершенно иначе они на меня глазеют молодые люди. Много ли этим ребятам надо? Дать опору мечте. Покамест споры между лириками и физиками еще не прекратились, надо использовать их для разгона идей. Политика ведь частенько мелькает в курилках. Вот пусть сейчас и говорят о том, что сам Брежнев читает Стругацких. Честно, я сам их не перевариваю, но несколько светлых моментов из их творчества буду обязательно использовать. Благостная интеллигентская картинка псевдофилософов отлично подойдет для моего замысла.
Бедолаги со временем осознали, но не смогли выпустить на страницы своих книг страшную догадку о том, что писали это все зря. Хотя нет, полезло из них позже и немало. То ли не выдержали испытания жестокой реальности, то ли потеряли веру в человека. Нет, мятущиеся писатели мне не нужны. Если не исправятся, то перестанут быть популярными. Ну об этом я еще переговорю с ними на намечающейся конференции научно-фантастической литературы. Пусть меня партийцы будут не раз упрекать в популизме, но я хочу быть для молодежи не престарелым «динозавром прошлого», а передовым лидером. Это одна из причин, почему не пойдет реабилитация Сталина. Рано еще. Часть его рабочих методов вернем, но остальное пусть останется похороненным в той эпохе. Не вливается молодое вино в старые меха.
После зажигательной речи не стал докучать ученым и отправился на берег Днепра пить кофе, а остальные разбрелись по залам и аудиториям. Началась конкретная работа. Знакомство, доклады, обсуждения, диспуты и подведение первоначальных итогов. Первый день чисто научный, завтра в бой вступят суровые организации. Будем обсуждать проблемы создания ЭВМ и микроэлектроники.
Предвижу много скандалов.
Удобно на свежем воздухе встречаться с «деловыми» партнерами. Из офиса Генерального прокурора. Умеют тут работать, когда захотят. Представленный мне список лиц откровенно впечатлял. И это еще не задействованы местные структуры. Нет, правильно сделал, что пока их не привлекал. Это же сколько народу они наверх уже пропихнули! Пройдет лет 25, именно эти кадры устроят ползучую самостийную контрреволюцию. Вспомним хотя бы бывшего бандеровца Кравчука. Да-да, в «сотне отважных юношей» при отделе особого назначения начинал свою «трудовую деятельность» в качестве разведчика будущий президент Украины Леонид Кравчук. Спрашивается, каким образом этот упырь попал наверх?
Вспомним с вами перестройку. Кто задавал тон? Национальные элитки вместе с национальной интеллигенцией. Как будто ждали момента, когда можно страну на части рвать. Сколько в них было лжи и гонора! России для разгона настроений хватило продажной московской публики. Сама партноменклатура была слишком тупа, чтобы идеологически провернуть подобное. Ей ожидаемо помогла недалекая местечковость местной культурной элитки.
Скажете: а что же Москва? Там перестроечное брожение было не меньше. Туда ведь собирались лучшие из лучших. Конкуренция жесткая, потому качество отбросов наисовершеннейшее. И под заботливым присмотром КГБ те выжили и затем знатно нагадили. Это они на всю страну кричали: так жить нельзя! Россия, которую мы потеряли! И ведь ни одна падла не встала за Имперскость, за величие и державность, что их выкормила. Это ведь не просто слова. Это экономика, безопасность и будущее. Но большинству крикунов было плевать. Самые умные, как Коротич, уже имели запасные аэродромы на Западе. Тупые остались с пустыми тарелками и битыми стаканами. Но их розовые мечты никуда не делись и процветали до бегства через перевалы Ларса.
Мне же предстоит пройти через узкий штормящий пролив между Сциллой и Харибдой. Не устроить чистки а ля 37, и в тоже время хотя бы убрать из важнейших протоков кучи накопившихся говен. На Украине, как ни странно, с этим проще. Восточная ее промышленная часть будет целиком за меня. Они еще помнят те годы, когда молодых девчонок, врачей и учителей из Донбасса зверски убивали на Западе той же республики. Просто за то, что они русские и приехали помогать советской кацапской власти. В мрачной ночи только начинающих жизнь девушек зверски пытали и резали на куски. А все местное сообщество до сих пор этим упырям люто аплодирует. Сволочи!
Видимо, это были не только мои эмоции. Повидал Ильич после войны последствия зверств ОУП, или даже самолично сталкивался. Он же все-таки политработник.
— Леонид Ильич, вам плохо?
Прокурорский работник не успел произнести слова, как Федор, мой личник уже подбежал со стаканом воды. После хорошего глотка выдавливаю:
— Сссука, давить сволочей надо!
— Кого конкретно, товарищ Первый секретарь?
Следователь по особо важным смотрит совершенно искренне. Он ознакомился с материалом и горит не менее меня желанием навести в украинских областях законность. Прихожу в себя и еще раз осматриваю список. Директора, начальники, ответственные совработники. Перевожу взгляд на важняка.
— Сами как считаете?
Работник прокуратуры от прямого, как лезвие вопроса уходить не стал:
— Думаю, что сначала тех, за кем потянется цепочка.
Отодвигаю документы:
— Хорошо,
