— Но мы же не дети. Мы доказали, что стали зрелыми людьми. Как можно проявить в работе недобросовестность? Перестанешь уважать себя самого. Да вот и Эля подтвердит.
Эля грустно улыбнулась.
— Разве сам ты, Валентин, рвался на Север, в тундру в расчете на награду? — спросила она. — А в партизанском отряде сражался?
— Не я один воевал, не я один работал.
— Значит, и в твое время были люди, которые добросовестно выполняли свой долг не потому, что надеялись получить поощрение, а потому, что иначе поступать не могли?.. Сейчас так ведут себя все, кто получил звание зрелого человека.
— Это что же, вроде аттестата зрелости?
— Не совсем, но похоже, — ответила Эля. — Присуждают его за год, за два до окончания высшей школы. Всей жизнью, а не только успехами в учении заслуживается звание зрелого человека. Готовили нас к этому с детства. Вот там, в детстве, были и поощрения.
— Наказания тоже — усмехнулся Филипп. — Мне влетало частенько. Помню… — Он осекся под взглядом Эли. — Ясно, воспоминания отменяются…
И хотя он сказал это, но в глазах его по-прежнему была лукавая смешинка. А Валентин тоже вспомнил два случая, но не из своего, а из Элиного детства — спортивную схватку на холме, в которой она отличилась, и отчаянный разговор в загородном лагере, когда ее упрекали в неумении победить страх перед водой. Валентин догадывался, что за всем этим — сложная и многообразная методика воспитания, о которой вряд ли стоит заводить разговор сейчас. И он только сказал:
— Ну ладно, о детском воспитании как-нибудь после. Но те, кто получил звание зрелого человека, неужели они на всю жизнь гарантированно хорошие?
— Если кто-то из них проявит эгоизм или недобросовестность, его накажут, — ответила Эля и сжалась совсем так же, как недавно, перед отчаянным своим плачем.
Неужели ссора с Халилом вызвана эгоизмом или схожей с эгоизмом причиной? Валентин не допускал возможности, что виновата Эля. Значит, Халил? Тоже вряд ли…
— И в чем наказание?
Эля умоляюще посмотрела на Филиппа. Она не хотела отвечать.
— Наказание? — переспросил Чичерин. — Как в чем? Поручат наименее интересную работу… Лишат права на путешествие в космос… Наконец, могут отобрать звание зрелого человека и послать в воспитательный город.
— Воспитательный город? Я уже слышал однажды о воспитательном городе, но не обратил внимания на это. Помнится, там еще говорили, что их пришлось дополнительно создавать. Я тогда не понял, а теперь догадываюсь: это вроде исправительной трудовой колонии? Да?
— Вот уж не берусь судить — вроде или не вроде… В воспитательном городе наказывают за плохую работу и хвалят за удовлетворительную. — Филипп снисходительно усмехнулся. — Совсем, как детей… Обиднее ничего нет для взрослого человека.
…Наступила ранняя южная весна. Днем солнце припекало совсем по-летнему. Буйно зацвели сады. Но вечера были холодные.
В свободное время друзья отправлялись в горы или катались на коньках. Эля любила свернуть на какую-нибудь тихонькую аллейку и, подкатив к скамейке у цветущей яблони, предлагала передохнуть. Но это лишь говорилось так: передохнуть. Бегать на коньках было сущим удовольствием. Усталости никто не чувствовал. Просто Эле очень нравился чуть уловимый аромат цветущей яблони. Она прижимала к щеке всю в белом ветку, а глаза у нее сияли. Она была счастлива — от весны, от катания, от ласкового прикосновения яблоневых цветочков.
И каждый раз, глядя на нее, Валентин с тревогой думал о похожем на ядро теле, которое примчалось из неведомой космической бездны.
Что принесет людям встреча?
Ответный удар
Момент сближения космического пришельца с Землей был определен с точностью до секунды. Высказывались прогнозы, где наиболее вероятна посадка. Многие предполагали, что шаровидное тело сначала выйдет на круговую орбиту, причем, низкую, с которой легче увидеть поверхность Земли.
Большинство землян склонялось к мысли о счастливом завершении контакта.
Но произошло непредвиденное: пассажирский лайнер с Марса запросил разрешение на посадку. На нем было четыреста детей, спешивших на Землю к началу учебного года в школах южного полушария.
Разрешение на посадку было дано немедленно. Более того, командира лайнера попросили не мешкать в связи с близостью космического пришельца: от Земли шаровидное тело было не более чем в двухстах тысячах километров, и навстречу уже послали три ракеты, получившие приказ — сопровождать, не особенно сближаясь; на всякий случай быть готовыми к схватке (на борту имелись аннигиляционные торпеды), но самим не задираться.
Марсианский лайнер стал маневрировать возле космодрома девятнадцатого ликоса, а потом и пришвартовался к посадочной площадке. К пассажирским люкам поспешили ракетобусы, чтобы принять и доставить детей к ликосу в четырех километрах от космодрома.
В этот момент из ракет, сопровождавших шаровидное тело, поступил сигнал тревоги: пришелец резко сменил направление и на огромной скорости движется в сторону девятнадцатого ликоса. Догнать его не удается.
На космодром послали приказание: высадку детей приостановить; ультралазерные батареи приготовить к бою; в случае нападения обрушить на космического убийцу всю мощь ультралазеров, создающих тепловой луч, рядом с которым адское пламя в центре Солнца покажется жалкой ледышкой. Сотни миллионов градусов — вот что такое ультралазер!
Командир батарей с тревогой оглядывался на ракетобусы, мчавшиеся к ликосу, чтобы в его убежищах укрыться с теми детьми, которых уже приняли. Успеют ли добраться?
Они не успели.
Шаровидное тело, возникшее в черноте неба крохотной светящейся точкой, увеличивалось с поразительной быстротой и вскоре стало размером в детский мячик… в арбуз… в воздушный шар, на которых когда-то, в старину, поднимались в воздух люди.
Командир ультралазерных батарей бросил взгляд на три ракетобуса. Нельзя, ни в коем случае нельзя допустить, чтобы пришельцы убили детей, как убили экипаж «Артура-9»…
Первая батарея обрушила на шаровидное тело огневой удар всесокрушающей силы. Камень и самый тугоплавкий металл от подобного удара превращаются в высокотемпературную плазму, в летучее облачко элементарных частиц. Командиру и теперь показалось, что на месте шаровидного тела возникло нечто ярко светящееся, но уже безопасное. Однако в следующее мгновение он убедился, что ошибается. Шаровидное тело отшатнулось в сторону, но уцелело… Зато первая батарея полностью вышла из строя. Излучатели ее рассыпались.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
