Этих трех часов мне едва хватило, чтобы пройти все предписанные Тириной гигиенические и массажные процедуры. Зато полученный результат меня самого порадовал, тело стало легким, бодрым, лицо посвежело, глаза заблестели. В доме все сверкало, с кухни доносились умопомрачительные ароматы, Ости с Миканом носились туда-сюда по поручениям с радостно-возбужденными лицами, женщины громко переговаривались на кухне, в общем, все признаки готовящегося большого торжества были налицо. Неловкость, которую я испытывал со вчерашнего дня, стала просто оглушительной, и я тихонько шмыгнул к себе. Н-да, Дима выходит замуж. Стыдливая, блин, невеста, трепещущая в ожидании будущего мужа и господина… По сути, так и есть, женой в этом браке во всех смыслах буду я. Кто бы мне сказал еще год назад, что такое вообще будет, да еще и по большой любви, и за кого я замуж соберусь! Мелькнула трусливая мысль, что еще не поздно все переиграть, но я ее отогнал. «Пацан сказал – пацан сделал», - как говорили мои одноклассники. Пусть даже пацан одновременно и стыдливая невеста.
Отринув сомнения, я пошел на кухню. Тирина с Рутой придирчиво меня оглядели и решили, что баня пошла мне на пользу. Потом мы с Миканом накрывали стол в парадной столовой, которой пользовались на моей памяти только в праздник Середины года. Была задействована лучшая келтеновская посуда, столовое серебро из Тирининого приданого, короче, все было по высшему разряду.
Одевался я уже в том же радостно-возбужденном настроении, что и все остальные. На самом деле, это ведь один из самых важных, и, пожалуй, самый счастливый день моей жизни! Зачем самому себе его портить страхами и сомнениями, для них еще будет время.
Дарен пришел в парадном мундире, настолько внушительный и великолепный, что я только порадовался Тирининой настойчивости. Я в своем «синеньком костюмчике», к которому замечательно подошли подаренные на день рожденья украшения, с волосами, которые Ости тщательно заплела «колоском» и перевязала собственной синей лентой, рядом с ним и впрямь выглядел невестой.
Они с Тириной на полном серьезе отнеслись к процедуре официального прошения руки и договоренности о помолвке. Я был даже раздосадован тем, что мне, оказывается, на этом совещании присутствовать не полагается! Они вдвоем закрылись в гостиной и довольно долго о чем-то разговаривали. Я хотел подслушать, но ничего не вышло. Когда они вышли, я попытался отозвать в сторону Дарена, чтобы разузнать, о чем же они говорили, но он только загадочно улыбнулся. Ну что же, решил я, он-то от меня никуда не денется. Надо будет, применю особые пытки.
Наконец настал великий момент – нас пригласили к столу! Некоторые блюда я видел впервые в жизни. А сколько их было… И все такое вкусное… В общем, десерта я так и не попробовал, хотя и очень хотелось, но места в желудке не осталось.
После обеда Тирина спросила, пойдем ли мы в храм Виканы, и когда. Дарен ответил:
- У нас не так много времени, как хотелось бы. Поэтому, если Дима согласится, мы пойдем сегодня – но не к Викане, а к Корху.
У Тирины изумленно округлились глаза. Я ничего не понимал и в растерянности переводил взгляд с нее на Дарена.
- Вот как, - наконец сказала Тирина, – это больше, чем я ожидала. И… я счастлива за Диму и за вас.
Я еле дотерпел до момента, когда все встали из-за стола, и утащил Дарена в тихий уголок.
- Дарен, объясни мне, что ты такое сказал, что Тирина так отреагировала?
Он растерянно поморгал, потом улыбнулся:
- Ты не знаешь? Ах, да…
- Дарен, я обещаю, что все сегодня тебе расскажу, откуда я взялся такой незнающий. Но что такое будет в храме Корха?
Он помолчал, собираясь с мыслями, потом сказал:
- Ты же знаешь, что Корх – бог войны и воинов?
- Это я знаю.
- К тому же Корх – бог-покровитель земных владык, причем вполне конкретных семей. Ты знаешь его историю?
- В общих чертах. Это древний воин, спасший мир от чудовищ и ставший потом богом.
- Так вот, мир он спасал с соратниками, от которых и пошли семьи, которым он покровительствует. Большинство киров относятся к этим родам, в том числе и мы. Кстати, род императора к ним не относится, а вот Лестис Дерейский – из них.
- И что?
- А то, что если ты согласишься, мы принесем сегодня обеты перед Корхом и обещаем себя друг другу в его глазах.
Я помолчал, собираясь с мыслями:
- А… зачем нам это? Разве недостаточно скрепить помолвку у Виканы, как предлагает Тирина?
- Для обычных людей – достаточно. Для меня лично – тоже, но… Дима, я – кивар, официальное лицо с рождения. Все изменения моего личного статуса должны происходить с ведома и благословения отца, а через него - императора, и скрепляться определенными церемониями. Специальные законы для этого есть. А Корх – выше их, понимаешь? Обеты, данные перед лицом Корха, заменяют официальную помолвку и ставятся выше нее. Имея благословение бога, я не нуждаюсь в благословении отца и императора, - и слегка смущенно добавил, - и при этом не нарушаю закона.
- А он благословит? Бог?
- Благословит. Ты сам все увидишь. Так что, пойдем к Корху?
- Тебе это важно?
- Очень важно.
- Тогда пойдем. Мне нравится быть твоей невестой.
Мы, конечно же, пошли в главный храм Корха, на Храмовую площадь. Раньше я в нем не был, только снаружи видел огромное внушительное серо-черное здание. Внутри храм выглядел еще более внушительно и сурово.
Единственным его украшением была одна из стен, сплошь расписанная фресками, повествующими о земной жизни бога. Мне очень хотелось на них посмотреть, но момент для праздного любопытства был неподходящий. Вдоль трех остальных стен стояли грубые каменные скамьи, а в центре расписанной стены была глубокая ниша со статуей бога и алтарем в виде глубокой чаши, в которую бог опускал свой меч.
Сначала мы принесли жертву. Жертву Корху приносили кровью. Раньше, рассказал Дарен по дороге, блеющих ягнят или козлят, а когда и взрослых животных, вплоть до быков, смотря с какой просьбой обращались к богу, резали прямо в храме на алтаре. Нам, слава богу, таких ужасов творить не пришлось. Кровь для жертвоприношений продавали в лавочке рядом с храмом, в аккуратных бутылочках. Ее надо было лить на меч бога, «напоить» его. Кровь стекала по полированному металлу, не оставляя следа. Интересно, в нее что-то добавляют, или это металл такой?
От неуместной мысли меня оторвал Дарен, потянув за собой в неприметную дверь рядом с алтарной нишей.
В маленькой, абсолютно пустой комнате нас встретил старый величественный жрец. Мы вручили ему заранее подготовленные мешочки с «добровольными пожертвованиями», каждый свой, и я тоже не поскупился! Дарен сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
