середине 2000-х годов было ясно, что достижения в области электроники, материалов, топлива и конструкции двигателей приведут к сегодняшней реальности. Время невозможно повернуть вспять, сколько бы американские эксперты и идеологи ни пытались продвигать совершенно ложную версию американского военного превосходства. Будучи не вооруженными силами нации, а наднациональными экономическими и глобалистскими идеологическими интересами, американские вооруженные силы сегодня созданы исключительно для того, чтобы служить только одной цели — колониальной полиции. Военные США и их военно-промышленный комплекс совершенно забыли, что экспедиционная война имеет мало общего с реальной обороной. В результате сами Соединенные Штаты не имеют жизнеспособной противовоздушной обороны, за исключением широко разрекламированной и сомнительно эффективной против современного вооружения THAAD. Реальное состояние ВВС США неизвестно, за исключением того, что большая часть их разбирается на запасные части, в то время как над которым много смеются во всем мире, в том числе и в самих США, F-35, по словам одного наблюдателя, «все еще остается лимоном».57 Военно-промышленный комплекс США продолжает производить смехотворно дорогие и неэффективные системы вооружения, которые устаревают еще до того, как покинут производственные площадки. Отставание Америки в серьезных передовых ракетных технологиях не просто огромно, оно увеличивается.
Слабые попытки отойти от военно-морского флота, ориентированного на авианосцы, с помощью робкой доктрины “распределенной летальности”, основанной на медленных, дозвуковых, легко обнаруживаемых и сбиваемых современными системами противовоздушной обороны противокорабельных ракетах, с самого начала были сомнительными. Почтенная противокорабельная ракета "Гарпун" давно устарела из-за своей медлительности (М-0,71) и относительно малой дальности полета. Новое приобретение ВМС США норвежской морской ударной ракеты Kongsberg (NSM) дает ВМС США несколько лучшую дальность по сравнению с "Гарпуном", но далеко не такую дальность, как у его российских аналогов. Более того, NSM остается той же итерацией легких дозвуковых ракет, не предназначенных для современного продвинутого и ориентированного на сеть боя с одноранговыми или близкими к ним. Тот факт, что Соединенные Штаты после многих лет бесплодных дискуссий о судьбе катастрофической концепции прибрежного боевого корабля (LCS) были вынуждены прибегнуть к европейскому проекту фрегата FREMM итальянской компании Fincantieri, при условии, что он строится в США, является еще одним признаком серьезного упадка в системе закупок США.58 К тому времени, когда первый такой фрегат должен быть введен в эксплуатацию в 2026 году, весь класс будет фактически беззащитен перед передовым современным оружием. Система, которая никогда не защищала собственную родину, неизбежно дала сбой и, по сути, остановилась. В конце концов, предполагалось, что удача иссякнет, и она иссякла.
Среди доктринальной колеи и институциональной гнили, поразившей вооруженные силы США, деморализация и интеллектуальный крах среди их военной элиты, офицеров, достигли тревожных масштабов. Письмо бывшего профессора Военной академии США в Вест-Пойнте, подполковника Хеффингтона, сам выпускник Вест-Пойнта 1997 года выпуска, было сродни ядерному взрыву, когда его письмо было опубликовано в American Military News в 2017 году. В каждом офицерском училище мира время от времени возникают проблемы, в том числе с дисциплиной. Это верно для любой военной организации в России, Соединенных Штатах, Китае или Франции. Это в природе зверя, проступки являются такой же нормальной частью любого военного учебного заведения для офицеров высокого уровня, как и дисциплина. Но то, что описал Хеффингтон, было совершенно тревожным. Помимо идеологических и дисциплинарных проблем, откровения об академиках были ошеломляющими:
Академические стандарты также отсутствуют. Я считаю, что эта тенденция началась примерно десять лет назад и продолжает ухудшаться. Вест-Пойнт установил стандарты академических ожиданий и успеваемости, но они игнорируются. Кадеты регулярно проваливают несколько занятий, и их не разделяют на Ученом совете в конце семестра. Их профессора рекомендуют «Определенно разделять», но эти рекомендации полностью игнорируются. Недавно я преподавал курсантке, которая провалила четыре предмета за один семестр (включая мой), помимо нескольких проваленных в предыдущих семестрах, и ее оставили в Академии. В результате преподаватели потеряли надежду и веру в весь процесс Ученого совета. Дано понять, что курсанты могут провалить множество занятий и их не отчисляют. Вместо этого, когда они терпят неудачу (а они терпят неудачу в ошеломляющей степени), декан просто выбрасывает их обратно в общую систему и ожидает, что преподаватели каким-то образом протащат их по академической программе, пока им не удастся заработать проходной балл.59
Можно было бы подвергнуть эти обвинения сомнению, руководствуясь лояльностью, но Тим Баккен, сам профессор Вест-Пойнта, развеял все сомнения по поводу академического коллапса в Академии, когда в 2020 году опубликовал книгу «Цена лояльности: нечестность, высокомерие и неудача в Вооруженные силы США», в котором он представил ужасающие факты. Он пишет: «Министерство армии было настолько обеспокоено падением качества кандидатов в офицеры, что даже рассматривало возможность преобразования USMA [Западный мост] с 4-летнего на 3-летний учебный год».60 Это не среда, способствующая формирующему жизнь академическому и служебному опыту, который позволяет перейти от тактического уровня к оперативному с дальнейшим продвижением к мышлению стратегического уровня, в том числе в самых разных дисциплинах, от технологий до военного дела, экономики и геополитики. Не только эти ужасающие факты являются свидетельством катастрофического уровня американского государственного образования; В Вест-Пойнт даже принимали студентов, которые «набрали баллы в диапазоне категории IV» на тесте ASVAB (батарея профессиональных навыков в вооруженных силах), что при наборе на военную службу является самым низким допустимым квалификационным баллом.61
Несколько лет назад, беседуя с одним из бывших боевых пилотов российских ВВС — офицерские школы ВВС РОССИИ проходят 5 лет, 6 дней в неделю, как и военно—морские академии России, - он пожаловался, что за всю свою карьеру ему ни разу не понадобился курс дифференциальных уравнений, который он должен был пройти во время учебы в академии. Ответ группы был единодушным — они не учили вас использовать дифференциальные уравнения каждый день, они учили вас развивать сложные синаптические связи, которые применимы в повседневной жизни, включая боевые полеты. Он неохотно признал, что это правда. С точки зрения старого воина холодной войны, в холодной войне 1.0 мы все знали, что наши противники были великими профессионалами, очень способными и умными, вышколенными в академическом плане офицерами, что во многом подтвердила холодная война 1.0 во всех областях. Сегодня, когда наблюдаешь за тем, что происходит в так называемой “оборонной” сфере в Соединенных Штатах, невозможно избавиться от ощущения полного сюрреализма: от американских военнослужащих, вынужденных носить высокие каблуки и тренажеры для беременных, “испытывать то, что испытывают женщины”, до пропаганды самых радикальных расовых и сексуальных теорий, до политического экстремизма — это не те американские военные, которых я когда-то знал. Несомненно, в
