- не выигрывать войны, а начинать их. Чем дольше эти войны продолжаются, тем лучше для прибыли оборонных подрядчиков и субподрядчиков. Для страны, офицеры и солдаты которой никогда не сражались с врагом, непосредственно защищая свою родину, весь сюрреализм ситуации может быть не столь очевиден сразу, но хроническое, изнуряющее воздействие на военную мысль невозможно отрицать, как только углубишься в особенности эволюции американских взглядов на ведение войны за последние 30-40 лет. Как заметил покойный Ричард Пайпс в 1977 году о подходе США к войне: “У нас нет Генерального штаба; мы не присуждаем высших степеней в ”военной науке"; и, за исключением адмирала Мэхана, мы не подготовили стратега с международной репутацией".11У Пайпса могли быть скрытые мотивы прийти к такому выводу: раздуть пламя холодной войны, поскольку он был одним из наиболее откровенных не только антикоммунистов, но и русофобов. Тем не менее, при этом Пайпс в значительной степени описал состояние американской стратегической мысли, которая с тех пор резко, если не сказать стремительнее, пришла в упадок и почти полностью упустила то, что тогда уже становилось основным средством настоящей революции в военном деле, которая была лишь отсрочена распадом Советского Союза и последовавшим за ним хаосом в России в 1990-х годах. Когда она в конечном итоге появилась в 2010-х годах, она полностью перевернула американский взгляд на войну и стратегический баланс.
Стоит отметить, что империи — а Соединенные Штаты являются империей — по самой своей природе являются наднациональными конструкциями, которые никоим образом не изолируют нацию в сердце метрополии от влияния колоний. Британская империя была свидетельством многонационального характера имперского бизнеса; такими же были Римская и Российская империи, как и другие европейские колониальные империи. Соединенные Штаты, которые провозглашают, что их интересы носят глобальный характер, не являются исключением. Очевидно, что тот факт, что многонациональные империи не выстоят и в конечном итоге окажутся в агонии краха, не является геополитическим трюизмом, который многие в Соединенных Штатах хотят иметь в виду. Но, как показывает упадок метрополий бывших империй, таких как Великобритания или Франция, предупреждение Еноха Пауэлла оказалось пророческим. Как показывают недавние события во Франции, такие как арабо-чеченское насилие во французском городе Дижон, западные страны неспособны ассимилировать другие народы.12 При этом этническое большинство в стране, строящей империю, будь то французы, англичане или те, кого в США называют “белыми” (люди европейского происхождения), подвергаются тому, что они считают обратной дискриминацией, удушающей политкорректностью и порицанием.
Таким образом, знаменитое изречение Стива Сайлера, выраженное в названии его книги 2005 года "Вторгнись-в-мир-Пригласи-мир", осуществилось на Западе, который не видит препятствий в уничтожении народов за рубежом путем вторжения в них, а затем принятия в качестве беженцев тех, кто спасается от разрушений, которые они устроили, таким образом одновременно разрушая культурную однородность и чувство национальной принадлежности своего внутреннего большинства, которое все больше отвергает то, что они считают самоубийственной иммиграционной и мультикультурной политикой.13 Эта деградация Запада не в относительном, а в абсолютном отношении является конечным результатом глобалистской программы неолиберализма, которая рассматривает нацию как «не более чем множество человеческих атомов, которым довелось жить по одним и тем же законам».14 Объединенный Запад хочет сохранить империалистическую позицию, одновременно превращая свое население в серую массу потребителей, лишенных страстей и привязанностей, которые обеспечивает культурная близость. Часовой механизм глобализма антинационален в принципе и даже антимультинационален, когда он касается других государств.
Иначе и быть не может в рамках ортодоксальности свободной торговли и полного проникновения в экономики других стран в интересах прибыли доминирующих корпораций. Одна из неприятных вещей, которую белые американцы начинают узнавать в настоящее время, заключается в том факте, что для многих корпораций их прибыль гораздо важнее, чем поддержание целостной американской культуры того, что сегодня имеет значение для американской нации, или даже благополучия тех, кто ее составляет. Джон Дербишир, ранее работавший в The National Review, может выпустить несколько хорошо написанных пародий на тему отсутствия каких-либо принципов в американском политическом классе, но ничто не может изменить тенденцию, которая вплетена не в политический механизм Соединенных Штатов, который в первую очередь является производным, а в экономическую ДНК американского корпоративизма — нация не имеет значения, пока норма прибыли растет, а издержки снижаются. Как пишет Дербишир:
Возмутительным событием недели, несомненно, стало то, что сенатор от штата Юта Майк Ли провел свой законопроект S.386 через Сенат США. S.386 означает массовое ослабление правил, позволяющих иностранным рабочим занимать рабочие места в США ... Ли не пришлось сильно попотеть, чтобы его законопроект был принят. Он использовал правило Сената под названием “Единогласное согласие”, которое позволяет палате принимать законы без слушаний или дебатов, если ни один сенатор не возражает. Ни один сенатор этого не сделал — ни один.15
S.386 является лишь последней из многих других мер, не последней из которых является НАФТА, которые направлены на устранение любого значения потребностей и прав американских рабочих, большинство из которых белых европейцев, исходя из соображений, касающихся управления американской экономикой. С продолжающимся ослаблением видимой и численной роли белого большинства, которое исторически было известно и признано его представителем, американская национальная идентичность просто исчезает. Несмотря на свои недостатки и преступления, многие из которых сейчас обнаруживаются на волнах ревизионистской истории, белое европейское население Америки по-прежнему заслуживает признания как сыгравшее решающую роль в содействии законному величию Америки и ценностям свободы и закона, которые сделали Америку привлекательной для многих.
В своем важном трактате 2009 года об исламизации Европы Кристофер Колдуэлл несколько поспешно и самонадеянно заключил, сравнивая иммиграционную политику Европы и Соединенных Штатов, что:
Иммиграция – это американизация. …Теоретически Америка, возможно, открыта, но на практике она оказывает прокрустово давление на своих иммигрантов, заставляя их подчиняться, и именно ее давление, а не ее открытость, объединили разнообразных граждан Америки в один народ. Да, вы можете иметь «идентичность через дефис», если настаиваете на этом, но вам лучше знать, с какой стороны дефиса намазан ваш хлеб.16
ыводы Колдуэлла о том, что давление конформизма может создать единый народ, кажутся несостоятельными из-за ограниченности первоначальных отношений. Основанные как государство колонизаторами-поселенцами, в южных штатах которых было введено рабовладение, а затем апартеид, американцы никогда не были единым народом в прошлом, и поскольку волна насилия на расовой и политической почве прокатилась по городам США в 2020 году, представляется вероятным, что в будущем в Америке никогда не будет “единого народа”. Действительно, даже белые, похоже, раздваиваются по идеологическим признакам, поскольку те, кто
