желудок, но от чаепития не откажусь, — ответил я.
Посидеть и пообщаться с лекарем местного госпиталя не помешает, хоть немного он меня ознакомит с местными порядками и возможно ответит на нужные мне вопросы. Мы прошли с Валерием в кафе, той гостиницы, где я остановился, заняли столик. Валерий сделал заказ, ну а я запросил чай и выпечку.
— Я слышал о роде Соколовых. Это ведь у вас открылась больница в Москве, где отращивают конечности? Вроде вы из древних родов с тотемным животным в виде сокола, я ничего не путаю? — начал нашу беседу Валерий.
— Точно так. Моя мать разрабатывала такой рецепт, я продолжил её изыскания. Род наш действительно древний, имение в Калуге. Здесь планирую начать процедуры по лечению инвалидов и тех, кто потерял свои конечности, — ответил я.
— Круто. А я из безземельных дворян. Был род и имение имелось, в местечке городка Фюген. Но при большом Приливе[39] от Разломов семья погибла, никого не осталось. Территория Разлома в Альпах увеличилась и наше имение попала под зону сумрака. Я же в то время учился в магической школе, в Мюнхене, потому и уцелел. Служу здесь семь лет, по имперскому закону за десять лет беспрерывной службы на границе полагается земля, так что мне три года осталось.
— На Альпийском Разломе почему не остался? — спросил я.
— Там всё о родных напоминало, вот и не остался, хотя возможность была. Альпийский разлом менее опасный нежели Уральский или Кавказский. Здесь больше возможностей для практики. Если выслужу двадцать пять лет, то смогу получить не только землю под имение, но и деревни с крестьянами. К тому же для возможности развивать дар нужна постоянная практика, а здесь лечить постоянно кого-то надо, — ответил Валерий.
— Много лекарей в госпитале?
— Кроме меня и главы госпиталя ещё пятеро, но двое сидят на артефактах и зельях, дар слабоват, но это только в самом Уральске. В малых крепостях тоже лекари имеются в местных лазаретах. К тому же по мобилизации выпускников из разных школ обещали присылать. Ты, Егор, после какого курса?
— После второго. Сейчас длинная практика, потом месяц каникул, ещё полгода доучиться на третьем курсе и выпуск. Валерий, вчера я видел орка в госпитале, признаюсь обалдел слегка, поясни в чём тут дело, — попросил я коллегу рассказать об орке.
— Орки к нам попали после того, как барон Энгельман вылечил их от смертельных ран. Хотя стоит заметить, что попали они в плен казакам, те их не прибили, а притащили в крепость. Наверное, надеялись выкуп получить, но обломались. Эти орки братья, Бордог и Балвег. Бордог старший брат, ты его видел вчера. Как только мастер Энгельман их вылечил, они тут же взяли обет служения долга жизни. По религии орков, раз ты не дал им уйти в мир духов, значит их жизни принадлежат тебе. Казаки расстроились от такой подачи, но ничего поделать не смогли.
— А что, здесь практикуется обмен пленными? — удивился я.
— Бывает такое, особенно если в плен попали чистокровные урук-хай, таких обязательно меняют один к двум, а то и больше, как договоришься с ханом. Здесь вообще порядки тебе могут показаться странными. На базаре легко встретишь полукровок от орков или от эльфов, они торговцы. Торговля важна всем сторонам, что нам, что оркам и эльфам. Но чистокровные не торгуют, только полукровки. Так что не удивляйся, если встретишь на базаре почти эльфа или почти орка, — засмеялся Валерий.
— Как здесь дело обстоит с егерями? — задал я важный для меня вопрос.
— Егерей не очень много, но есть. Мы ведь находимся в южной части Уральского Разлома. До нас даже Приливы не докатываются, на моей памяти не было, — начал рассказывать Валерий.
Как я понял из рассказа коллеги, найти егерей можно, особенно в станицах казаков, только говорить об этом надо с окружными атаманами. Семьи у казаков многочисленные, младшие сыновья вполне могут согласиться войти в род к аристократам. Сама же граница с орками опасна в основном при нападении орды, когда ханы считают, что пора делать набеги на поселения людей.
— Насколько я знаю, сплошную стену продолжают строить, а ещё ходят слухи, что будет у нас какая-то серьёзная защита в виде артефактов. Но когда это произойдёт знает, наверное, только император, а пока стража и казачки вынуждены отбиваться сами. Кстати, у нас в Уральск попала на службу правнучка императора Моника Вульф. Я слышал, что даёт он прикурить оркам, ведь она маг огня, при этом сильный маг, — поделился местной новостью со мной Валерий.
— Я её знаю, она же на год старше курсом меня, зимой получила назначение. Но я не знал, куда её направили. А сейчас она где, подскажешь?
— Не знаю, в рейде по границе или где-то в малых крепостях, командует большим отрядом, не меньше батальона, — ответил Валерий.
Валерий закончил завтракать, и мы с ним попрощались, он пошёл в общежитие госпиталя отсыпаться, а я двинулся в сторону базара. Надо бы узнать, где можно найти окружного атамана, а то забыл спросить у Величко.
Немного подумав, я направился на базар, даже стало интересно посмотреть на эльфийских торговцев, да и на орков тоже, если там таких увижу. Спросил у прохожих, где здесь базар, мне сказали, что в южной части города. А городок мне показался совсем немаленький. Пока топал к базару ни разу не встретил какие-либо транспортные средства. Такси у них здесь нет, что ли? Хоть бы гужевым транспортом разжились, так себе всю обувь сносишь пока по городу бродишь. Только об этом подумал, сразу увидел извозчика, но к моему сожалению водитель кобылы был занят. Постепенно я до топал до базара. А ничего так, торговые площади вполне приличные, не меньше часа потребуется, чтобы обойти все лотки и палатки с купцами. Базар шумел, продавцы выкрикивали лозунги, расхваливая свой товар, чтобы привлечь покупателей. Запах приготовленной пищи заполнял площадь. Всё верно, кто-то торгует, а кто-то кормит купцов и торговцев. Наверняка местные хозяюшки держат такое направление в своих нежных ручках. Хотя и ещё толком ничего здесь не знаю. Уральск намного больше, чем те города-крепости, в которых я успел побывать.
— Соленья, варенья, грибочки солёные и маринованные, подходи не стесняйся, огурчики малосольные. Съешь огурец — будешь молодец, — звонким голосом расхваливала казачка, женщина лет тридцати, свой товар.
Я прошёл мимо этой палатки,
