лишений. Но ты возьмешь часть дежурств и десять раз перепишешь свод правил.
Хань Шэн почувствовал, как злость уходит, и растет удивление. Что это за девушка, которая поддержала его? Почему она встала на его сторону?
Она ничего не сказала ему. Улыбнулась и ушла вместе с заклинателями своего клана.
Следующий день был тяжелым – пришлось мести двор и мыть пол в учебном павильоне. Потом успеть помедитировать.
Хань Шэн занял пустой павильон возле пруда вдали от шума – его соученики могли отдохнуть, но ему нужно было успеть позаниматься. Наказание занимало много времени, но Хань Шэн не жаловался. По сравнению с тем, что его могло ждать, уборка – не самое тяжелое наказание.
Вдруг он услышал шаги и шелест ткани. Он не хотел тратить время на того, кто пришёл к нему, и не стал открывать глаза. Но этот некто сел рядом. И Хань Шэну пришлось обратить внимание на гостя.
Перед ним сидела та девушка. Светлое ханьфу плотно облегало её фигуру. Темные волосы рассыпались по плечам. Она улыбнулась, как только поймала его взгляд.
– Я Ань Юэ, – представилась она. – Может будем медитировать вместе?
Сердце Хань Шэна забилось при виде девушки. Но он будто бы равнодушно хмыкнул.
Конечно, он не стал её прогонять. Эта Ань Юэ единственная, кто был на его стороне. А он умел ценить таких людей. К тому же в нём разыгрался интерес: кто она и почему помогает ему?
Она первой закрыла глаза и выровняла дыхание. В медитацию погрузилась так легко, что он мог только позавидовать ей. Несмотря на благоприятный исход недавнего конфликта, его эмоции были в смятении. Но сосредоточился – совершенствование требует постоянной тренировки.
С этого дня он часто встречался с Ань Юэ. Они медитировали вместе, если оказывались рядом. А иногда просто говорили о чем-то. Виделись на соревнованиях кланов или на охоте. Тогда он пытался выиграть всех, чтобы стать сильнее. Но никогда не бросал ей вызов и не пытался обойти её. Он хотел быть на одной с ней стороне, а не соперником.
Они понимали друг друга с полуслова. А Хань Шэн не уставал любоваться её боевыми умениями и женским изяществом. Даже в мыслях она была его невидимой опорой. Рядом с ней мир обретал краски, а в его душе что-то расцветало.
Спустя сотню лет их обучение закончилось.
Они могли остаться в кланах, но предпочли стать свободными заклинателями. Поселились на самом краю земли, куда заклинатели из кланов почти не заглядывали, а люди нуждались в защите от демонов. Стали жить в простом доме на краю деревни и выращивать рис.
Этот уголок мира принадлежал только им.
Хань Шэн стоял на пороге своего дома, чувствуя, как тихий вечерний ветер играет с его волосами. Рисовые поля, раскинувшиеся перед ним, мерцали золотыми оттенками под закатным солнцем. Земля была плодородной, а воздух чистым, наполненным свежестью.
Ань Юэ стояла рядом с ним, её рука нежно сжимала его ладонь. Она смотрела на него с улыбкой. И Хань Шэн был счастлив, как никогда в жизни.
Казалось, он может стоять здесь вечно. Смотреть на её лицо, освещенное вечерним солнцем. Держать её за руку. Слышать её голос.
– Я так счастлива, – говорила Ань Юэ. – Потому что я рядом с тобой. Мы не обязаны следовать правилам кланов. Мы живём так, как подсказывает наша совесть. Поэтому в этом месте так спокойно. Хань Шэн, этот уголок, где нет несправедливости, мы создали вместе.
Но вдруг образ Ань Юэ – её лицо, тело – распалось на осколки. Он отшатнулся, и посмотрел на собственную руку, которая всего пару мгновений назад сжимала ладонь Ань Юэ. Их дом, который они построили вместе, вдруг загорелся. А рисовые поля мгновенно засохли. Все, что было пронизано счастьем, вдруг исчезло.
Его сердце пронзила боль, которую он не мог объяснить словами.
Хань Шэн оглядывался в поисках того, кто это сделал. И заметил демона.
– Это иллюзия! – кричал демон голосом Ань Юэ.
Хань Шэна охватила ярость: это порождение Бездны лишило его всего! Разрушило его мир! Его счастье рядом с любимой! И смеет говорить с ним её голосом!
– Хань Шэн, очнись! – продолжал говорить демон. Его лицо принимало черты Ань Юэ, сбивая Хань Шэна с толку. – Это всё не настоящее!
Демон был коварен, раз легко принял облик заклинательницы. Хань Шэн понял, что должен действовать немедленно. Он успокоился и выровнял дыхание. Ци послушно потекла по меридианам. Ладонь сжала рукоять меча.
– Вспомни! – кричал демон, почуяв неладное. – Это испытание Затерянного леса! Ты погибнешь, если не сможешь вырваться из него!
Но Хань Шэн не слушал его. Он вспомнил, как Ань Юэ впервые встала на его защиту. В тот момент, когда мир должен был отвернуться от него, она остановила его падение. Вспомнил, как она медитировала с ним, когда он должен был страдать один в изгнании. Как строила с ним дом на краю земли в то время, когда в иной жизни он должен был жить в ненависти.
Не в силах больше сдерживаться, Хань Шэн занёс меч, чтобы разрубить демона. Но в глазах тёмного порождения отразился настоящий страх.
Хань Шэн замер. Тёмные сущности не испытывают страха.
Стоило ему засомневаться, как мир вокруг дрогнул. Иссохшие поля превратились в стены пещеры, а пылающий дом – в разбитые зеркала. Ань Юэ – настоящая, живая – стояла перед ним растерянная и испуганная.
А он сам сжимал меч, в ужасе осознавая, что едва не убил её.
– Ань Юэ… – выдохнул Хань Шэн.
Воспоминания накатили волной.
Его уход из клана. Сотни лет поиска силы, способной уничтожить заклинателей, и ненависть. Пленная заклинательница, и Ань Юэ, внезапно занявшая её место. Затерянный лес, куда они пошли вместе.
Всё, что он видел – спасшую его девушку и рисовые поля – лишь иллюзия, испытание Затерянного леса. Но он поверил в обман и захотел там остаться. И едва не пал жертвой Леса.
Едва не убил Ань Юэ…
Хань Шэн посмотрел на неё. Руки изранены и все в крови. Но она вдруг засмеялась:
– Я уж думала, ты не придешь в себя и убьешь меня.
– Зеркальный лабиринт иллюзий, – Хань Шэн нахмурился. – Хозяин этого леса не слишком изобретателен, если поставил тут это.
– И что это значит?
Он промолчал. Иллюзия не поглотила Ань Юэ, потому что она уверена
