class="p1">Когда солнце начало садиться, Мо Хун заметил дом у склона. Он был старым и давно заброшенным. Крыша покосилась, но стены были крепкими, а внутри оказалось сухо и чисто. Похоже, здесь когда-то жил отшельник, а случайные путники поддерживали его для тех, кто пройдет следом.
Мы развели огонь во внутреннем дворике, наскоро перекусили. Фэн Лун принялся чинить сбившийся амулет и о чем-то шептался с Мо Хуном. Хань Шэн, сидя в тени под крышей, как обычно медитировал. Хотела было сделать то же самое, но потом поняла, что я слишком устала, чтобы самосовершенствоваться сегодня.
Я вышла из дома и вернулась к ручью. Присела на нависшую над ним скалу. Начинало темнеть. Луна, сияющая высоко в небе, отражалась в воде. А вокруг нее зажигались первые звезды.
Вздохнула, когда вдруг поняла, что книга, которую я читала и частью которой стала, оказалась совсем не такой. Я по-прежнему сочувствовала главному герою. При этом помогаю злодею. Ведь злодей оказался не такой уж и злой.
Услышала его шаги за спиной и улыбнулась. Конечно, Хань Шэн не мог не прийти. Он встал рядом и просто молчал. Его упорное желание игнорировать меня, смешанное с заботой, становилось раздражающим.
– Зачем ты пришел? – спросила его.
– Хотел убедиться, что ты опять не попала в беду, – ответил он.
Ну конечно. Из беды тут могло быть только пара укусов комаров. Пришел отбивать меня от насекомых?
– Просто признай, что я тебе нравлюсь, и ты пришел полюбоваться со мной на луну.
Этого старался не замечать, наверное, только сам Хань Шэн. Фэн Лун и Мо Хун делали ставки не на мой побег, не на то, будем ли мы вместе, а на то, как и когда Хань Шэн объявит, что мы пара.
– Это не так, – возразил он. – Мне просто нужно твое золотое ядро. И я должен знать, что оно в порядке.
– Ладно, – я не стала настаивать.
Это не то, в чем человека можно заставить признаться. Хань Шэн должен прийти к этому сам. И только тогда его чувство станет искренним и настоящим. Если верить словам Фэн Луна о прошлом, у Хань Шэна было достаточно поводов не доверять людям. И всё-таки я не стала скрывать своих мыслей. Ведь первый шаг к доверию другого человека доверять ему самой.
– Зато ты мне нравишься, – сказала я.
– Глупо, – хмыкнул он.
– Почему же? Ты не такой равнодушный и злой, каким хочешь казаться.
– Любовь – это слабость, – сказал Хань Шэн. Но по его напряженному тону я поняла, что в данный момент он сам пытается совладать с этой “слабостью”. – Люди становятся уязвимыми, когда любят. Теряют бдительность и жертвуют собой. А потом любимые предают их. Разве это не глупо?
– Миллионы людей в мире влюбляются, не имея никаких гарантий, что их не предадут, – согласилась я. – Но многие живут вместе до старости, продолжая любить друг друга. Любовь придает им сил и желание сделать что-то большее. Разве это не правильно?
Он промолчал, а я добавила:
– Я знаю, что ты не веришь мне. Но это не значит, что у меня нет причин доверять тебе.
– Ты доверяешь мне, зная, что я всего лишь использую тебя? – хмыкнул он. – Тогда ты еще глупее, чем я думал.
Однако он сел на камень рядом со мной и уставился на небо. Что бы он ни говорил, и ему не чуждо простое человеческое тепло. Иначе бы он не заботился о жизнях простых людей, не переживал бы за Фэн Луна и Мо Хуна.
И, конечно, не вышел бы за мной полюбоваться на полнолуние.
Когда через несколько дней мы подошли к месту входа в Затерянный лес, я была спокойна и уверена, что если не сработают спойлеры, то всемогущий Хань Шэн – гроза мира заклинателей – уж точно не оставит меня в беде. Хоть он и сохранял холодную отстраненность, но всё чаще на его лице я замечала улыбку. И это был хороший знак. Уже даже можно подумать: захватить с ним мир и засадить тут всё рисом или склонить его на светлую сторону.
Этот день был пасмурным и туманным. Мы остановились на каменной площадке прежде, чем спуститься к Затерянному лесу. Его очертания уже проступали сквозь магическую пелену, причудливо смешиваясь с реальным миром. Вход в него чуть подсвечен, чтобы никто точно не ошибся и вместо чудища не поймал обычного кролика в обычном лесу.
Ци, которую излучал Лес, почувствовала даже я. А может это просто волосы шевелились от волнения. А волноваться было от чего: внизу возле входа уже собрались десятки заклинателей. Как бы я ни верила в силу Хань Шэна, их было слишком много. Они не подозревали, что их тела могли бы украсить вход в Затерянный лес, но не становились от этого менее опасной силой.
– Пока будем держаться в стороне, – распорядился Хань Шэн. – Потом сольемся с толпой, а в лесу пойдем своей дорогой. Если спросят – мы из уединенного северного клана.
Надеюсь, его приключения в книге начинались не с этих слов. А то может быть, дело дошло до драки, когда его раскрыли? Неизвестность настораживала.
Фэн Лун тут же раздал всем подвески с чарами иллюзий. Я с любопытством смотрела, как дракон первым надел подвеску, и его лицо изменилось. Сейчас его можно было узнать разве что по кувшину, к которому он тут же приложился.
Мо Хун остался собой – его демоническую ауру не могли скрыть даже чары Фэн Луна. И Хань Шэн велел ему остаться снаружи.
Я надела свою подвеску и тут же почувствовала, как меня окутывает магия дракона. Обернулась к Хань Шэну. Его амулет изменил до неузнаваемости. Сейчас на его месте стояла хрупкая заклинательница в светлом ханьфу и озадаченно осматривала свои руки.
– Хань Шэн, ты стал девушкой? – спросила я неожиданно низким голосом. И поспешно ощупала себя. Меня теперь тоже узнал бы только… Да никто бы не узнал – иллюзорное тело принадлежало мужчине.
– Фэн Лун, что это значит? – сурово спросил… спросила… ну вы поняли. Хань Шэн, кажется, не был рад таким переменам.
– Магия иллюзий срабатывает случайно, – пожал плечами Фэн Лун. – Можете поменяться с Ань Юэ, может это что-то изменит?
Мы поменялись подвесками. Но результат остался тот же. Мо Хун в
