Глава 31.
На подъезде к дому у Давида звонит телефон. Не смотря на экран, отвечает. Пара ничего не значащих фраз и загадочный взгляд в мою сторону.
Молчу. Захочет, сам скажет. Все—таки мы всего один день вместе, прав лезть и что—то спрашивать, у меня нет.
У самого дома к машине подходит Владимир Олегович и сам распахивает пассажирскую дверь, помогая выйти.
— Ну наконец—то. Рад, что вы договорились.
Я по нему невероятно соскучилась! Если бы у меня был папа, хотела бы, чтоб он был похож на него. Уверенный в себе, веселый, добрый. С самого первого дня здесь отнесся ко мне прекрасно, не давая чувствовать себя одинокой.
Пожимают с Давидом друг другу руки и останавливаются поговорить. Говорю, что пойду в дом и ухожу, чтобы не мешать.
Ну а в доме случается заминка: во—первых, не знаю, куда идти. В ту комнату, где я ночевала раньше, или мне выделят другую. Как—то об этом не пришлось к слову спросить. Во—вторых, можно ли пройти на кухню, чтобы приготовить ужин. Опять же, в прошлые разы я уточняла, а как сейчас поступить…? Но и стоять при входе же глупо? Может, эти размышления и смешны, но я себя неуютно чувствую. Начинаю думать, что зря вообще согласилась.
Так, сейчас не время для сомнений! Уже приехала, значит, вперед. Ну а раз впереди кухня, то ужину быть. Не будет же Давид ругаться, в самом деле?
Быстро просматриваю содержимое холодильника на предмет «быстрых» продуктов. Куриная грудка — отлично, просто отлично! Мою руки, волосы убираю в косу, и приступаю. Нарезать, заправить, потушить… руки сами делают. Пока мужчины общаются, успеваю сделать мясо с овощами, пару салатов, заварить чай и сервировать стол.
Слышу громкий смех и выглядываю в холл. А потом бегу и прыгаю в раскрытые объятия. Тим! Как давно его не было!
— Смотрю, у вас все на мази? — Подмигивает Давиду. — Вы вместе или … ? — И бровями фирменную волну изображает.
— Вместе, вместе, — Давид тоже смеется, стучит Тима по плечу.
— А чем так вкусно пахнет? Ты уже успела что—то приготовить? — И поворачиваясь к Тимуру: — Неугомонная просто.
Краснею. Так приятно. Вообще весь день то краснею, то улыбаюсь. В животе не просто бабочки, там какие—то слоники летают. Слонобабочки, не меньше!
Пока проходим в кухню, Тима из гостиной кричит, что пойдет позовет Владимира и ребят. С третьего дня моего здесь пребывания, после того как парни напились с утра, ребята из охраны и Владимир Олегович ужинать приходили разом. Я порядков не знала и позвала всех вместе, и эта традиция вот прижилась. Так же лучше, чем когда каждый по—отдельности ходит. И веселее. Быть может, это только иллюзия большой и дружной семьи, но для меня она очень важна.
Смех, шуточки, Давид сегодня просто в ударе. Замечаю, что Тим подмигивает выйти с ним. Тихонько выскальзываю, пока мужчины хохочут над очередной байкой из армейской жизни.
— Санька, я соскучился. Очень—очень—очень! — Тимур улыбается, а потом внимательно смотрит в мои глаза: — Ты счастлива?
Выдыхаю: — Очень.
— Когда ты ушла, Дейв погром учинил в твоей комнате. Рассказывал об этом?
Мотаю головой.
— Мне сейчас больше интересно, почему ты молчал про маму Давида? Ты же знал, что она в больнице.
— Знал. — Не отпирается. — Я решил не лезть. Все, что мог и хотел сделать, я сделал, привезя тебя на пикник к Егору. Не все гладко вышло, блин. Но уж наверняка.
— Ага. Типа не зря пострадала?
— Типа да.
— Пойдем обратно. А то твой дракон огнедышащий наверняка уже потерял сокровище.
— Дракон, — мне смешно.
— Сань… знай, что при любых обстоятельствах всегда можешь на меня рассчитывать. Дейв не из косячных, но всё случается в жизни. Запомнила?
Соглашаюсь, за что получаю братский чмок в лоб. На миллисекунду внутри мелькает тревожное чувство, но быстро о нем забываю, когда меня подхватывают сильные руки.
— Куда ты пропала? Я тебя уже потерял.
***
Все разошлись. Убрав со стола, выхожу в гостиную. Тим тут же подрывается со словами, что засыпает на ходу и уходит наверх. А у нас повисает неловкая пауза.
— Я, наверное, пошла бы…
— Саш, я хотел сказать…
Начинаем говорить одновременно и одновременно замолкаем. День, прошедший в эйфории заканчивается, усталость и нервы берут свое. В очередной раз в голову непрошенным строем идут мысли, правильно ли я делаю и насколько быстро Давиду надоест сосуществовать с моими закидонами.
— Давай ты первая?
— Я хотела сказать, что, наверное, пора готовиться ко сну? Но не спросила, какую комнату можно занять. — Говоря это, по непонятной причине смущаюсь под пристальным вниманием темных глаз.
— Могла бы не спрашивать. Любая комната твоя. Я сумку принес в ту, которую ты в первый раз выбирала, но перенести не проблема же.
— В ней уже нет погрома?
— Тимыч сдал, да? — И ухмыляется. Когда он так делает или улыбается, лицо становится открытым и совсем мальчишеским. Хотя по нему и сейчас не скажешь, что чуть больше тридцати.
Быстро целую в колючую щеку и бегу наверх.
— Малышка, а ты очень спать хочешь? Может, фильм посмотрим вместе. — Летит в спину. — И я массаж обещал.
Я уже говорила, что он хитрый жук? Так вот, повторюсь.
— Можно фильм. Только… минут через пятнадцать, хорошо? — Хочется смыть с себя усталость и пыль.
— Есть, мой маленький командир.
