Глава 32.
Спальня встретила чистотой и порядком. Из всех изменений — горшочек с цветком на подоконнике, который я не забрала из машины.
На умиление времени нет: быстро в душ, переодеться. Еще в сумке домашнюю одежду найти надо.
Бегу в ванную комнату, в рекордные сроки привести себя в порядок. Волосы, чтобы не намочить, закалываю наверх.
На самом деле быстро вымыться для меня не в новинку. В интернате на водные процедуры было десять минут, не больше. И это с мытьем головы!
Выскакиваю, обмотанная полотенцем, живо нахожу белье, шорты и майку, натягиваю все на себя. Ароматное масло на волосы и я готова. Смотрю на часы, у меня еще время разложить сумку остается: хорошо, что вещи сложены аккуратными стопками.
Я успеваю все убрать в шкаф, когда в дверь раздается деликатный стук.
— Входи.
Давид приоткрывает дверь, прижимая к уху телефон.
— Сашуль, срочный звонок. Выбирай пока фильм. Еще пять минут, малышка.
— Хорошо.
Фильм я выбрала на самом деле сразу. Давид, возможно, видел уже эту комедию, но я не откажусь посмотреть в который раз «Знакомство с Факерами». Легкий, смешной фильм. Ну а пока, не придумав ничего лучше, ложусь на кровать и открываю почту на ноутбуке. Давид же просил помочь с письмами. Вот ими и займусь.
Деловой разговор затянулся почти на двадцать минут. К этому времени я расправилась с тремя документами. Могла бы и больше, благо скорость печати позволяет, да и практика хорошая. Но все же специфика моей работы предполагает немного другое направление и несколько раз приходилось отвлекаться и искать в переводчике перевод терминов.
На этот раз мужчина после стука появился в комнате с подносом, на котором стояли стаканы с соком и нарезаны фрукты.
— Я подумал, так будет веселее. Не заскучала? Прости, что заставил ждать. С этим открытием времени ни на что не хватает.
Бедный. А тут еще я на голову свалилась. Мне стало стыдно, что отняла у Давида много времени. Но вслух эти мысли озвучивать не стала.
— Я пока занялась переводом. Тоже продуктивно время провела. Тебе переслать сейчас или все сразу?
— Ты вместо отдыха опять работала?!
— Мне надо было занять время, — улыбаюсь его замешательству. Чему он удивляется? Просто так сидеть и лежать я не привыкла. Конечно, могла бы заняться подготовкой курсовой, но про учебу сегодня я думаю в последнюю очередь.
— Тогда пересылай, трудоголик ты неугомонный. И давай смотреть киношку. Что ты выбрала?
Показываю открытый фильм на экране: — Ты смотрел его?
— Не приходилось. Большие мальчики любят боевики или футбол, ну или хоккей.
Давид устраивается на кровати, подложив под спину подушку, прижимает меня к своему боку, а фильм включает на висящей на стене плазме. Я про нее и не подумала, честно говоря. Ноутбук остается лежать за моей спиной, рядом отправляется тарелка с фруктами.
Стараюсь думать только про кино и героев, но с каждым вздохом отвлекаюсь на свежий аромат, на неровное дыхание и бешеное сердцебиение. У Давида тахикардия или он нервничает?
— Давид, — зову тихонько. — У тебя что—то случилось?
— С чего ты так решила?
— Ну, — чувствую, как щеки заливает румянец, — я же лежу около тебя и слышу, что сердце стучит слишком быстро.
Давид ставит фильм на паузу и поворачивается так, что теперь мы лежим и смотрим друг на друга. Глаза в глаза. Теперь уже дыхание перехватывает у меня.
— Оно так стучит, — уголки губ мужчины ползут вверх, — потому что ты случилась.
Он наклоняется ниже и шепчет практически в мои губы:
— Если бы ты знала, как приходится сдерживать себя, чтобы не наброситься с поцелуями.
— Почему?
Я думала, он меня поцелует сразу, как войдет, но он этого не сделал, и я удивилась, но, само собой, промолчала.
— Потому что… — он мимолетно касается нижней губы, — ты и я, мы одни, мне будет чертовски трудно сдерживаться. А я давал слово тебя не пугать.
Последние слова тонут в поцелуе, и я скорее догадываюсь, чем слышу.
Разве может быть в мире место прекраснее объятий любимого человека? Однозначно, нет. Его горячие руки дарят защиту от всего мира, ласковые поцелуи убаюкивают, вводят в транс. Шум в ушах мешает думать, кончики пальчиков покалывает от желания дотронуться до кожи мужчины. Откуда такие желания, сама не понимаю. Инстинкты? Возможно.
Время останавливает и вокруг нас замирает все. Словно кокон. Только он и я. Только тяжелое дыхание и зашкаливающий пульс. Язык Давида играет с моим, то гладит его, то устраивает танго. Руки судорожно прижимают мое тело к его.
— Девочка, моя девочка, — шепот сквозь туман в голове. Поцелуи спускаются по шее вниз, разгоняя мурашки по всему телу.
Меня окутывают непонятные ощущения. Что происходит? Почему грудь стала так ныть, что хочется прижать ее ладонями. Горячими мужскими ладонями. Почему венка на шее так бешено пульсирует, словно требуя немедленно лизнуть ее? Почему глаза закатываются сами по себе, почему рвутся стоны? Почему хочется сильнее сжать ноги, потому что там творится совсем запредельное. И наконец, почему мои руки оказываются под футболкой Давида, а мои губы на его шее?
— Саша—а—а, — хриплый мужской стон.
Прижатый влажный лоб к моему лбу.
Горящие каким—то дьявольским огнем темные глаза.
Рваное дыхание. Ходящая ходуном грудная клетка.
Боже мой, что это было?!
Глотаю спасительный кислород, словно проплыла под водой всю Неву, не меньше. Часто моргаю, чтобы согнать пелену. Постепенно в голове проясняется. И только пальцы все еще продолжают вжиматься в разгоряченную кожу спины.
— Милая, — внимательные глаза смотрят, кажется, в душу, — все хорошо?
В горле комок. Не знаю, как удается выдавить из себя сиплое «да».
Синхронный вдох—выдох. Быстро вытаскиваю руки, стыдливо смотрю в сторону. Пусть опыта у меня ноль целых ноль десятых, а фильмы с категорией «для взрослых» не моя история, но кое—какие знания все же есть. И сейчас я ругаю себя за такое поведение. Сама говорила про «слишком» и сама же так легко начала рушить рамки.
