нахмурилась, наблюдая за мной через узкую кухню.
— У тебя реально заниженная самооценка, — мягко заметила она, в её голосе читалась забота. — Я раньше этого не замечала.
Теперь уже я фыркнула.
— Ну, если бы тебе пришлось расти в одной семье с прославленными тройняшками Картер и иметь Кайла Картера в качестве отца, твоя самооценка тоже не была бы заоблачной. — Я отмерила муку и просеяла её в миску, затем разбила яйцо и взяла масло. — Ты даже не представляешь, сколько раз я мечтала быть миниатюрной, как моя мама. — Закончив с мукой, я добавила яйцо в миску и продолжила готовить тесто. — Но нет, мне достались гены великана. Не слишком женственно, правда?
— Хоуп, да ты всего лишь 175 см, — возразила Тиган. — Ну же, это вовсе не делает тебя гигантом.
Я не стала отвечать и сосредоточилась на приготовлении печенья.
— У тебя огромная грудь и потрясающая задница, — с энтузиазмом добавила Тиган. — И убийственные ноги.
— Спасибо, Тигс, — пробормотала я, сосредоточенно работая с тестом. — Но тебе не обязательно сыпать мне комплименты. Я нормально к себе отношусь.
— Я серьёзно, Хоуп, — сказала она, пристально глядя на меня карими глазами. — Ты даже не представляешь, насколько ты потрясающая, да?
— О да, я просто великолепна, — протянула я, снова прибегая к сарказму.
— Ты такая, — серьёзно возразила она. — Ты красивая, умная и независимая. — Она покачала головой и вскинула руки, словно указывая на нечто совершенно очевидное. — У тебя диплом с отличием из одного из лучших университетов Европы. И ты сама, без чьей-либо помощи, построила свою потрясающую карьеру. Ты финансово независима благодаря этой самой карьере. У тебя есть своя машина и свой дом…
— В Ирландии, — отмахнулась я. — Что не особо помогает мне здесь…
— Но ты всё равно владеешь им, — поправила Тиган. — А это гораздо больше, чем могут сказать большинство двадцатишестилетних.
— Возможно, — пробормотала я, чувствуя неловкость.
— Это правда, — настаивала Тиган. — Ты так чертовски многого добилась исключительно своими силами, без мужчины за спиной, который бы подстраховал тебя в случае падения. Ты настоящая рок-звезда, Хоуп Картер.
— Ага, — прошептала я, не решаясь сказать ей, что отдала бы всё это без раздумий, лишь бы иметь то, что есть у неё с Ноа.
— Так вот в чём дело? — после долгой паузы прошептала Тиган. — Твоя низкая самооценка — это причина, по которой ты никогда не выходишь за пределы своей зоны комфорта?
Я нахмурилась и посмотрела на подругу. — Я тебя не понимаю.
— Мы дружим с семнадцати лет, — объяснила она. — И за десять лет я ни разу не видела, чтобы ты заинтересовалась хоть кем-то, кроме Джордана.
— Может, потому что мы с ним с того момента и вместе, — вставила я, уже не в силах отвечать иначе, кроме как сарказмом.
— А может, потому что он твоя страховка, — парировала она.
— К чему ты клонишь, Тиган?
— Ты так быстро к нему вернулась, — нахмурившись, продолжала она. — И я уже несколько месяцев ломаю голову, почему ты так поступила, как вообще смогла… но теперь всё начинает обретать смысл. — Она взглянула на меня так, будто впервые увидела, и сказала: — У тебя напрочь отсутствует уверенность в себе. Ты не видишь то, что видят остальные. Я готова поспорить на любые деньги, что у тебя самооценка на уровне мыши.
— Мыши?
— Да, мыши, — подтвердила она. — Нервной, неуверенной, испуганной маленькой мышки, которую уже раздавил тот большой мерзавец, которого ты называешь мужем.
— Так, — я вскинула руки, предупреждая её. — Меняем тему.
— Но я права, да? — надавила она. — Ты с ним, потому что он не требует от тебя большего. Всё, чего он не может тебе дать, — это именно то, чего ты панически боишься!
— Тиган, прекрати…
— Ты вложила все свои надежды в Джордана Портера, потому что это безопасно, — не унималась она. — Потому что он никогда не заставит тебя копаться в себе. Никогда не подтолкнёт к выходу за привычные рамки.
— Тиган! — резко одёрнула я её. — Хватит. Может, я действительно выбрала его, потому что так проще, чем сталкиваться с реальностью. Я и сама не осознавала, насколько плохо воспринимаю себя, пока не пришлось это признать. Джордан был со мной с детства, и рядом с ним я не чувствовала себя неловко. А вот с другими мужчинами… я нервничала. Чувствовала себя некрасивой и неуверенной. Было тяжело расти, постоянно слыша, какие мой отец и братья красивые. В глубине души я всегда чувствовала себя гадким утёнком в семье. — Я сжала губы и добавила: — Я не собираюсь больше это обсуждать. Серьёзно, Тигс. Не дави на меня.
— Ладно, — вздохнула она. — Но позволь сказать только одно, и я клянусь, что больше не буду.
Я устало кивнула. Спорить с ней было бессмысленно. Она всё равно всегда побеждала.
— Границы созданы, чтобы их расширять, Хоуп, — тихо сказала она. — Иначе какой смысл в жизни? — Наклонившись вперёд, она опёрлась локтями на стол и пристально посмотрела мне в глаза. — Лучшее в любви — это преодоление страхов, выход за собственные пределы… и осознание, что ты стала другим человеком.
— Зачем ты мне всё это говоришь? — прошептала я.
— Потому что я хочу, чтобы ты перестала просто существовать и начала жить, Хоуп, — с жаром ответила она. — Я смотрю на тебя, и мне становится грустно, потому что ты не понимаешь. Ты не видишь, насколько ты невероятна. Я хочу, чтобы ты осознала, какой ты потрясающий, талантливый и красивый человек — внутри и снаружи. Я хочу, чтобы ты взяла свою жизнь в свои руки! У тебя только один шанс — одна поездка на этом безумном аттракционе под названием жизнь, — и я хочу, чтобы она стала для тебя незабываемой.
ГЛАВА 28
Хоуп
Я обожала семейные вечера в доме моих родителей. Каждый вторник, сколько себя помню, мы с родителями, братьями и дядей Дереком собирались в моем родном доме, обжирались фастфудом и сладостями, ругались, как уличные кошки, из-за дурацких настольных игр, а потом заканчивали вечер просмотром фильма, о выборе которого
