но, честно говоря, это не имеет смысла, Хоуп, — ответила Аннабель с тяжелым вздохом. — Джордан не будет говорить, пока сам не захочет. — Она беспомощно пожала плечами и добавила: — Пытаться поговорить с ним в таком настроении — это то же самое, что бить головой о стену. Лучше оставить его, пусть сам разберется с тем, что его беспокоит. Как только он справится, он вернется в норму.
— Ох, — прошептала я, чувствуя тревогу, которая терзала меня изнутри. — Сколько это может занять?
— Не сдавайся, Хоуп, — только и сказала она.
— Не сдамся, — ответила я.
Никогда.
ГЛАВА 25
Хоуп
Я решила взять себя в руки и навестить Кэмерона сегодня. Я уже давно откладывала это, но начинала скучать по этому идиоту. Ни я, ни Колтон, ни Логан не слышали о нем уже несколько недель, и, как бы я ни пыталась это отрицать, я переживала. Я знала, что он по-прежнему каждый день появляется на работе в отеле — папа сказал мне об этом, когда я его спросила, — но он избегал нас.
Никто из нас не был особенно дружелюбен или гостеприимен по отношению к его девушке в тот раз, когда мы с ней встретились — а это, к тому же, было нашей первой встречей. И хотя мои чувства к семье Грейсон не изменились, у меня было время немного успокоиться и попытаться встать на место моего брата. Теперь, когда я снова была с Джорданом, я начинала смотреть на ситуацию Кэма иначе. Моя семья ведь тоже не особенно одобряла Джордана.
Я знала, что Кэм серьезно относится к Тилли Грейсон — иначе он бы не пошёл против своей семьи ради неё. И хотя мама с папой не знали о её истинном происхождении, мы-то знали.
Если не брать меня в расчёт — их единственную сестру, — Колтон и Логан были его тройняшками. Их связь была куда глубже, чем моя с ним. Осознавая, что они с ним не разговаривают, и что он готов пожертвовать этим ради неё, я понимала, что Тилли стала достаточно важной частью жизни моего брата. А её значимость для него означала, что настало время мне наконец вытащить голову из песка и выслушать его.
Но когда я подъехала к дому Кэма, меня вдруг охватило неожиданное волнение. Его дом был хорош. Он жил всего в пятнадцати минутах езды от дома мамы и папы, у подножия гор.
Это место не было таким уединённым и скрытым, как дом Тиган и Ноа на Саут-Пик-роуд, но у него было преимущество закрытого жилого комплекса с электронными воротами и огромным бассейном на нижнем уровне здания.
Кроме меня, Кэм был первым, кто съехал из родительского дома. В отличие от Колта, который бы с удовольствием остался на диване у родителей, если бы ему позволили, Кэму нужно было своё личное пространство. Я полагала, что Лоу тоже хотел бы этого, но его болезнь не позволяла ему жить одному во время обострений, поэтому он и Колт делили пентхаус в доме на Девятой улице.
Но казалось, не важно, где мы жили.
В конце концов, мы всегда возвращались в дом родителей на Тринадцатой улице.
Это был наш дом, и так будет всегда.
Мысли о моём детстве лишь усилили волнение в животе.
А что если Тилли окажется там, а я не смогу быть с ней милой? Я знала, что мне придётся это сделать, если я хотела наладить отношения с братом, но всё внутри меня протестовало против того, чтобы сидеть за одним столом с Грейсон.
Но потом я вспомнила разговор, который у меня был с Ноа в прошлом году...
— Моя мать принесла вашей семье кучу проблем. Это она в одиночку довела вашего отца до банкротства и помогла Дэвиду Хендерсону провернуть план, который привел к тому, что вашу бабушку изнасиловали, а вашу мать подожгли. — Ноа замолчал, обвел взглядом братьев и сестер и добавил: — Скажите мне еще раз, что это не одно и то же.
Когда никто не ответил, он тяжело вздохнул, признавая поражение.
— Послушайте, всё, что я пытаюсь сказать — та девушка, которую вы все ненавидите? Она самостоятельный человек. У нее есть свой разум, свои взгляды. И эта девушка могла бы быть мной.
Как бы мы себя чувствовали, если бы тогда узнали о настоящем происхождении Ноа?
Мне хотелось верить, что мы не стали бы такими же предвзятыми и приняли во внимание, каким замечательным человеком был Ноа Мессина, но я знала, что это ложь.
С неохотой мне пришлось признать очевидный факт: Тилли — это не Рэйчел. Хотела я того или нет, но я не могла судить её по поступкам её тётки. Даже если её тётка была сумасшедшей стервой, которая убила мою тётю и выстрелила в мою мать.
Сегодня было сухо, и наконец-то светило солнце. Дождливая и унылая весна, которая преследовала нас последнее время, наконец сменилась на прекрасное раннее лето, и я наслаждалась мыслью о том, что мне не придется надевать пальто, шапку и шарф ещё как минимум пять месяцев.
Выйдя из своего пикапа, я подошла к входной двери дома и позвонила в дверь, борясь с внезапным приливом тревоги и, если быть честной, опасений.
Прошло несколько минут, прежде чем кто-то открыл. Но когда дверь наконец распахнулась, и мой взгляд упал на округлый живот, принадлежащий не кому иному, как Тилли Грейсон, для меня всё мгновенно встало на свои места.
Это был не слишком большой живот, но определённо заметный. Девушка была худая, как тростинка, и не нужно было быть гением, чтобы понять, что именно растёт у неё под футболкой.
Фанатичная защищённость моего брата по отношению к испуганной девушке в дверном проёме?
Его внезапное исчезновение из семейной жизни?
Его способность отвернуться от своих братьев, когда ему поставили ультиматум насчёт неё, и даже не оглянуться?
— Чёрт возьми, — пробормотала я, когда осознание накрыло меня.
Тогда у двери появился и сам Кэм.
— Хоуп, — сухо произнёс он, кладя защитную руку на её округлившийся живот. — Мне пригласить тебя внутрь или попросить уйти?
Он давал мне выбор: принять это или уйти. Но он также давал понять, что, независимо от моего решения, это его женщина, и не существует ничего, что он не был бы готов сделать, чтобы защитить её. Включая отказ от всего мира ради неё.
Господи, он и
