о татуировках, покрывающих его тело, – знаках, говорящих о жизни, связанной с преступностью и тюремными бандами. Я знала о пистолетах. О смертях. Об опасности, которую он нес для меня.
И это только сильнее тянуло меня к нему.
Боже, да я же совершенно испорчена.
Прогнав мысли о нем, я перевернулась на бок и посмотрела на спящего мужа.
От увиденного сердце сжалось от боли. Мои мысли наконец обратились к чему-то более безопасному, приятному. Воспоминаниям, которым я была рада.
Как мы катались на велосипедах, когда были детьми. Ловили рыбу на озере. Ночевали в палатках прямо во дворе. Как строили крепости из подушек в гостиной моих родителей.
Я вспомнила, каким ребенком был мой муж, и улыбнулась. Эти забавные очки для чтения, которые он постоянно поправлял на носу. Его красивые рисунки. И то, как он всегда заставлял меня чувствовать себя самым важным человеком в его мире.
Жизнь тогда была совсем другой.
Мы были совсем другими.
Я стала темнее. Я оказалась способна на ужасные, немыслимые поступки, о которых должна бы сожалеть… но не сожалела.
— Джордан? — прошептала я в темноте, отчаянно желая услышать его голос, чтобы он успокоил меня. — Ты не спишь?
Я знала, что он спит, но это не остановило меня. Я все равно потянулась к нему и провела пальцами по его обнаженному плечу.
Как только я прикоснулась к нему, поняла свою ошибку. Но, конечно, уже было слишком поздно. Джордан резко сел в постели, отшатнувшись от меня.
Меня тут же накрыло чувство вины.
Боже, какая же я ужасная жена.
— Прости, — прошептала я, прикусив губу, когда он наконец сфокусировал на мне свой ошеломленный взгляд. — Я не хотела… — Я снова потянулась, чтобы его утешить, но тут же одернула себя и убрала руку.
Но он поймал ее в воздухе и мягко притянул к себе, прижимая к своей груди. Это малейшее прикосновение заставило мое сердце биться быстрее.
— Что случилось, Хоуп? — спросил он сонным голосом, сжимая мою ладонь в своей. — Почему ты не спишь?
Потому что я ужасный человек, и меня терзают призраки прошлого.
— Просто думаю, — тихо ответила я.
Джордан повернулся ко мне, не выпуская мою руку. — О чем?
— О жизни, — ответила я, не решаясь сказать больше. Джордан никогда не должен узнать того, что знаю я. Никто не должен. Никто, кроме Хантера. Мне придется унести свои секреты в могилу. — Завтра семейный вечер у Картеров, — сказала я другим, более легким тоном, сменив тему с преступлений на что-то более привычное. — Ты пойдешь со мной в этот раз?
Я слышала в своем голосе надежду, почти мольбу, и это меня раздражало. Мне не хотелось умолять собственного мужа провести вечер с моими друзьями. Но мы вместе уже больше месяца, а Джордан до сих пор избегал встреч с ними и с моей семьей. Каждый раз, когда я приглашала его, он находил причину отказать. И сегодня я не особо надеялась на другой ответ.
— Завтра я дежурю в центре для условно освобожденных, — спустя несколько секунд тишины сказал он, подтверждая мои догадки. — Марк не сможет. У его жены скоро роды, и он не хочет оставлять ее одну по ночам. — Пожав плечами, добавил: — Я не мог сказать «нет».
— Поняла, — попыталась скрыть я разочарование и, конечно, потерпела фиаско. Я никогда не умела скрывать свои чувства. И сейчас я была разочарована в собственном муже.
Семейные вечера у Картеров проходили каждую неделю с тех пор, как я себя помню. Мы собирались все вместе, ели, болтали, спорили, смотрели фильмы.
Это была традиция. И мне было до боли обидно, что Джордан продолжал избегать ее.
Как мы должны были развивать наши отношения, если он даже не пытался наладить контакт с моей семьей?
С детства мой отец всегда говорил: «Сам постелил себе постель – сам в ней и спи».
Что ж, я выбрала свою постель – свою супружескую постель с Джорданом.
Теперь мне оставалось только лежать в ней.
— Ты злишься? — спросил он, вырывая меня из мыслей.
— Нет, — честно ответила я шепотом. Просто мне… одиноко.
ГЛАВА 23
Хоуп
— Куда ты идёшь? — спросила Аннабель, стоя на крыльце и выглядя как безупречная королева красоты, пристально глядя на меня.
— А как ты думаешь, куда? — огрызнулась я, прерываясь на разминку, чтобы повернуться и злобно на неё посмотреть. — Я иду на пробежку. По-моему, это было чертовски очевидно, учитывая мой наряд и тот факт, что я на улице разминаюсь.
— Пробежку? — Она запрокинула голову и рассмеялась. — Мне взять камеру? — поддразнила она, её глаза вспыхнули весельем. — Это ведь, наверное, знаменательное событие в твоей жизни, да? Джордан говорил, что ты ненавидишь спорт.
— У Джордана слишком длинный язык, — пробормотала я себе под нос. — Худая стерва.
Аннабель нахмурилась. — Что?
Я невинно пожала плечами. — Что?
— Ну, удачи, — сказала она после паузы. — Позвони, если попадёшь в беду. Я приеду за тобой.
— Обязательно, — сладким голосом отозвалась я, повернувшись к ней спиной и заталкивая наушники в уши. Я бы скорее умерла от пота и обезвоживания, чем попросила эту женщину приехать за мной.
Саундтрек из «Отряда самоубийц» оглушал меня через наушники, когда я отправилась на свою первую добровольную пробежку.
Однако, оказавшись за пределами подъездной дорожки и пробежав пол улицы, я осознала, что это была ужасная идея. Я была не в форме и уже задыхалась, но мне нужно было двигаться.
Я не могла провести ещё ни секунды в этом доме, наблюдая, как Аннабель и Джордан играют в счастливую семью с Райдером. Дружба дружбой, но видеть это было настоящей пыткой, и мне требовался хотя бы временный побег.
— Позвони, если попадёшь в беду. Я приеду за тобой.
Только через мой труп!
Разминая запястья, я побежала так быстро, как только могли нести меня ноги.
Когда, чёрт возьми, моя жизнь стала такой запутанной?
Мои щёки пылали, лёгкие протестовали, а жгучее чувство в теле стало невыносимым. Задыхаясь, я осушила бутылку воды и простонала от разочарования, когда поняла, что она пуста, а в горле всё ещё пересохло, как в пустыне Сахара.
Дыши, Хоуп, просто дыши.
Сконцентрируйся на дороге перед собой.
Нет, к чёрту это, просто сконцентрируйся на том, чтобы не шлёпнуться
