Бояться, – ответил тот.
Надя нахмурилась, не совсем понимая, почему мартышки внезапно стали пугливы. Разве они не кинулись на них в прошлый раз так, словно собирались растерзать? Их даже потери в своих рядах не пугали до тех пор, пока не пришел Харох.
– Нас много, – добавил Каэрон. – Поэтому опасно. Идемте дальше!
Последние слова он произнес гораздо громче, явно привлекая тем самым внимание остальных.
– Но… – Надя усомнилась в правильности такой идеи.
– Они зовут других! – пояснил Каэрон, не дожидаясь, когда она задаст вопрос полностью. – Если ждать, то придется драться. Идем вперед. Прикрывайте головы.
Рудые не стали спорить, явно признав, что логика в словах Каэрона была. Надя не знала, правда ли мартышки зазывали остальную часть своей стаи, но проверять ей точно не хотелось.
Как только они побежали, мартышки принялись кричать сильнее. Еще они трясли деревья, отчего лес наполнился настоящей какофонией звуков.
Без происшествий не обошлось. Иногда обезьяны швыряли в них вовсе не плоды или ветки, а камни. Кроме этого, не стоило забывать, что некоторые рудые не могли поддерживать темп из-за проблем со здоровьем.
С каждой минутой Наде казалось, что мартышек становится все больше и больше. Их крики звучали невыносимо. Она поняла, почему местные звали этих обезьян крикунами.
Недалеко от охотничьего домика пара смелых мартышек все-таки решили остановить их физически. Они спрыгнули на землю и понеслись на их отряд. Разбираться с ними пришлось Каэрону.
С прошлого раза он явно стал лучше понимать, как максимально быстро справиться с этими животными. Ему удалось обезвредить осмелевших мартышек так быстро, что даже Надя, видевшая его сражения, опешила.
Не было ясно, к чему могли привести эти убийства, но явно ни к чему хорошему, но им повезло – они добрались до цели. Об этом стало понятно потому, как мартышки, несмотря на гнев, начали отставать.
Можно было только представить, как сильно их пугал Харох. Видимо, противостояние между ним и стаей длилось давно и мужчине удалось убить обезьян столько, что те даже приближаться к нему опасались.
– Добрались, – выдохнула Надя и проверила остальных.
На лицах многих можно было заметить царапины или даже кровь.
– Бешеные, – сплюнул Зорг. – Что б вы пропали!
Остальные рудые с ним полностью согласились.
Когда стало понятно, что крикуны не сунутся к дому, все немного расслабились и принялись оглядываться. Почти сразу люди замерли, глядя на кучу необработанного мяса.
– Это… – Зорг выглядел ошеломленным.
– Я говорила правду, – хмыкнула Надя. – Мяса много. Мы не сможем его переработать сами.
Некоторое время рудые молчали, но потом в их глазах появилась решимость. И жадность. Они не собирались отказываться от чего-то столь хорошего.
– Не стоит ждать, – напомнил о себе Каэрон. – Время идет. Надо торопиться.
Его слова заставили остальных встрепенуться. Он был полностью прав. И пусть до ночи было еще далеко, не стоило забывать об обратной дороге. Идти ночью по лесу никому не хотелось.
В какой-то момент Надя заметила, как Зорг оглядывался, словно искал кого-то. Нетрудно было понять, кого именно.
– Он в лесу, – сказала она, но более ничего уточнять не стала.
Зорг, услышав ее слова, кивнул и, перехватив нож удобнее, приступил к разделке ближайшей туши.
Выторгованные фрукты и овощи Надя сложила в дом, решив, что разберется с ними позже. Их она намеревалась нарезать тонкими пластинками и засушить. Но сейчас нужно было закончить с мясом.
Рудые набивали опустевшие мешки до самого верха, так, что те едва завязывались. Надя не запрещала, лишь беспокоилась о том, смогут ли после мужчины поднять такой вес.
Когда все было заполнено, люди Зорга собрались вернуться.
– Ждать, – произнес Каэрон.
Надя с вопросом на него взглянула и заметила, что ее спутник в этот момент напряженно смотрел в сторону леса.
– Нельзя идти, – заговорил он спустя некоторое время. Рудые нахмурились. Никто из них не понимал, а чем была причина. – Крикуны ждут. Их много. Больше, чем было.
И тогда Надя осознала проблему. Местные обезьяны были умны и коварны. Не стоило ждать, что они оставят людей в покое и направятся к себе домой после провала.
– Может быть, вы переночуете у нас? – предложила она рудым. Конечно, дом ей не принадлежал, но ведь они вполне могли спать под открытым небом.
– Нечего им тут делать, – услышали все внезапно еще один голос. Из леса в этот момент вышел хмурый и раздраженный Харох. Он выглядел немного растрепанным. – Я провожу их, – буркнул он и добавил: – А вы займитесь своими делами.
Рудые переглянулись, закинули спокойно мешки на плечи и последовали безмолвно за Харохом. Вскоре они все скрылись среди яркой зелени леса.
– Думаешь, с ними все будет в порядке? – спросила Надя, немного беспокоясь.
– Узнаем позже, – ответил ей Каэрон, явно не желая разбрасываться пустыми обещаниями.
Надя вздохнула и обратила внимание на устроенный около дома беспорядок. Им стоило поторопиться и доделать все, что они начали, чтобы не оставлять ничего на ночь.
– Некоторые кости можно сварить, – произнесла она, отделяя то, что им все-таки придется выбросить, от частей, которые Надя собиралась съесть во что бы то ни стало.
– Зачем? – удивился Каэрон. – Разве мяса мало?
– Ничего ты не понимаешь, – хмыкнула Надя и посмотрела на напарника горящими глазами. – Внутри них самое вкусное. Костный мозг.
– Его тоже можно есть? – заинтересовался он.
Каэрон выглядел в этот момент как гурман, который узнал о новом блюде.
– Конечно! – Надя улыбнулась. – Разжигай костер и ставь большой котелок. Сейчас сварим, попробуешь!
Глава 57
Открыв глаза, Каэрон посмотрел бездумным взглядом на темный потолок хижины.
Он не мог уснуть.
И дело было вовсе не в условиях. За последние дни ему довелось ночевать в таких местах, в которых имелся лишь самый минимум удобств. Да и раньше, до попадания сюда, он не был особо привередливым в этом плане. Во время учений и даже после ему порой доводилось спать в разных местах.
Дело было в теплом теле, которое так трогательно жалось к нему во сне. А еще в тихом дыхании, щекотавшем кожу на шее. От этого по его телу бежали мурашки, а внутри что-то каждый раз сжималось и пульсировало.
Повернув чуть голову, Каэрон посмотрел на спящую пристальным взглядом.
