в бочке за домом. Рядом обнаружилось деревянное ведро, у которого вместо ручки была привязана веревка.
Дожидаясь, пока вода закипит, она принялась подготавливать мясо. Вот только вскоре Наде стало понятно, что Харох был полностью прав. Мяса было настолько много, что переработать все самостоятельно они вряд ли смогут.
Минут через тридцать после начала из леса до них донеслись шорохи и треск. Вскоре на поляну выскочили весьма проворные полосатые животные с пушистыми хвостами и черными носами. Они были похожи на скунсов и их размер не отличался излишним гигантизмом.
– Какие милые, – произнесла Надя, улыбаясь. Наконец, в этом мире она увидела кого-то, кто не выглядел так, будто собирался в любой момент сожрать ее. – Пушистики, – проворковала она, размышляя о том, чтобы угостить малышей мясом.
Она справедливо решила, что раз те пришли, значит, даже несмотря на свои малые размеры, были хищниками.
– Будь осторожна, – предупредил ее Харох, глядя с опаской на зверьков. – Они ядовитые.
– О, – Надя была удивлена, впрочем, она почти сразу вспомнила, где именно находилась. – Никаких укусов, понятно.
– Дело не только в них, – Харох отрубил от одной из туш заднюю ногу и бросил ее ближе к зверькам. Те ощерились, но не убежали. Они пару мгновений водили носами из стороны в сторону, а потом с остервенением набросились на добычу. – В них ядовито все: слюна, мясо, отходы, даже шерсть.
– Что? – Надя была удивлена. Она посмотрела на зверят с недоумением. – Как шерсть может быть ядовитой?
– Они любят умываться собственной слюной, отчего та вместе с ядом всегда остается на шерсти, – пояснил Харох.
– Весьма… – Надя покачала головой, – продуманно.
Каким-то образом малыши умудрились съесть больше, чем должно было поместиться в их тела. После этого они тщательно почистились и ушли в лес.
Чтобы закоптить мясо, требовалась коптильня. Оказалось, что Харох отлично знал, как ее сделать. Судя по всему, в его прежнем доме практиковали такой способ приготовления мяса.
Он вместе с Каэроном довольно сноровисто вырыли траншею, которую после они накрыли сеткой из лиан. Затем на нее были положены крупные листья и насыпана земля.
С одного конца траншеи позже нужно было развести костер, но сначала мужчины занялись возведением короба. Для этого Харох по кругу вбил в землю длинные палки. Затем намотал на них от самой земли до верха по кругу лианы. Щели он замазал грязью, смешанной с глиной, а низ тщательно засыпал. Это было нужно для того, чтобы дым не уходил.
Крышку он сделал так же из лиан, но потом сверху натянул кусок змеиной высохшей кожи.
Для сушки у Хароха имелись специальные щиты из связанных между собой палок. Такие щиты можно было разместить, как угодно. Их можно было просто положить на пару пеньков или камней. Или прислонить друг к другу под углом, накидав после на палки ленты мяса.
Надя заметила, как внимательно Каэрон наблюдал за всем, что делал Харох. Ее спутника явно очень интересовал простой быт местных жителей.
Вскоре на поляне перед домом горело пара костров. На одном мясо варилось, на другом жарилось, вокруг них на расстоянии стояли стойки с нарезанными тонкими мясными лентами. Дым от одного из костров попадал в траншею и после в короб, где было развешено нарезанное тонкими пластинами мясо.
Поначалу Наде казалось, что они успешно справятся с таким количеством сырья, но чем дальше, тем больше у нее зрело понимание, что их сил могло быть мало.
И тогда к ней пришла идея.
В конце концов, у них под боком находилось большое убежище, в котором проживало множество людей. Не было сомнений, с таким количеством помощников они точно справятся.
Глава 54
Она уже собиралась сказать об этом, как вспомнила, что Харох не был хорошего мнения о жителях убежища. Кажется, он назвал их трусливыми.
Надя взглянула на мужчину. Ей стало интересно, почему у него сформировалось такое мнение.
Прежде чем что-то говорить, она тщательно обдумала сложившуюся ситуацию.
Харох жил отдельно в небольшом доме, но при этом не так далеко от убежища. Неужели он раньше тоже жил там?
До этого момента у Нади сложилось определенное мнение касательно людей в убежище. Она считала, что там проживали лишь скорбные и рудые, которые по каким-то причинам утратили полную боевую мощь.
Надя осмотрела Хароха. Никаких видимых повреждений у него не было. Неужели она в чем-то ошибалась? Если да, то в чем?
К сожалению, без разговора на интересующую ее тему, узнать было крайне сложно.
– Мяса действительно много, – начала она издалека.
Харох метнул в ее сторону довольный взгляд.
«Я ведь тебе говорил», – так и читалось в нем.
– Боюсь, втроем мы не сможем ни обработать его, ни употребить, – продолжила Надя.
– Всегда можно закопать, – равнодушно произнес Харох, явно не слишком расстроенный потерей такого количества еды.
Надя нахмурилась. Так мог думать только человек, которому легко доставались любые ресурсы в этом диком мире. Надя помнила, как ей приходилось экономить во время пути до знакомства с Каэроном, а все потому, что она не была уверена, что сможет самостоятельно добыть себе поесть, если быстро потратит запас.
– Может быть, есть другой выход? – задала она волнующий ее вопрос, даже не собираясь размышлять над тем, чтобы действительно закопать мясо.
Харох бросил на нее быстрый взгляд и задумался. Через пару минут он покачал головой.
– Только два варианта, – начал он, – либо переработать, либо выбросить.
– Продать? – внезапно вмешался в их разговор Каэрон.
Надя встрепенулась и повернулась к своему спутнику. Она испытывала в этот момент прилив благодарности. Тот выглядел так, словно случайно предложил идею, но по мельком брошенному в ее сторону взгляду, Надя поняла, что он догадался, чего именно она добивалась недавно.
Харох, услышав это предложение, замер, а потом нахмурился. Некоторое время он сидел молча, а затем бросил нож, которым разрезал кусок, и встал.
– Делайте, что хотите, – свирепо произнес он, – но без меня!
После этих слов Харох подошел к крыльцу, поднял прислоненный к дереву колчан со стрелами, затем взял оружие, похожее на арбалет, и сердито направился в сторону леса. Во всем его виде угадывалось недовольство.
Надя хмыкнула.
Харох пусть и выглядел недовольным, но запрещать им не стал, а значит, не настолько против он был.
Как только мужчина скрылся в лесу, Надя осознала еще
