что я здесь делаю прямо сейчас, то разбираю трофеи, добытые мной у бандитов. И общаюсь с теми, кто пытается меня удушить и отравить.
Тут я демонстративно сорвался на кашель. А туманной взвеси в воздухе и впрямь становилось всё больше и больше.
— Народ! Кхе-кхе! Я тут один остался! Бандиты кончились! Уберите свою дымную гадость — мне уже дыхание задерживать тяжело становится.
На той стороне снова поднялся звуковой барьер и начался еле слышный спор.
— Ну что? Атакуем без дальнейших переговоров? — голос командира.
— Это кажется подозрительным…
— Нет, нет! Я официально передаю Вам командование, ибо подставляться с нападением на возможного Избранного и носителя Божественного права не готов!
В ответ опять раздался сдавленный мат. Результата дискуссии я решил не дожидаться и снова подал голос:
— Ну серьёзно! Кха! Черт! Я пошёл искать противогаз! — И я действительно поднялся, чтоб демонстративно потопав, направиться к одному из дальних ящиков, на что тут же последовала реакция.
— Не двигаться! — тут же окрикнул командир, в голосе которого прорезалась сталь.
— Угу! Не двигаться и терять сознание? Спасибо! Меня уже сегодня один раз чем-то подобным вырубили — так я тут и оказался. Повторения как-то не хочется.
Ещё несколько секунд напряженных шуршаний на той стороне:
— Стой! Сейчас туман уберем.
Я почувствовал движение воздуха, и газ улетучился сквозь дыры в стене. А из выбитого мной ранее проема появились первые люди.
Закованные в черную броню, противогазы на головах и оружие в руках, оптические приборы странной формы сдвинуты на лбы поверх противогазов.
Ну прям какой-то стим-панк-спецназ, пронеслось в моей голове, пока я оценивал все прибывающих и прибывающих людей. Они быстро наполнили помещение и почти меня окружили.
— Командир штурмовой группы ОГПУ Рыбарин, — представился вышедший вперед маг Огня, снял шлем-противогаз и окинул нечитаемым взглядом представшую экспозицию.
А посмотреть тут было на что. Это же тот самый зал, в котором мы основательную бойню учинили. Следы от взрывов. Ну, и кое-что я добавил от себя уже после, чтобы криминалисты, если таковые тут появятся, не смогли найти некоторых компрометирующих меня улик.
— Товарищ Николаев, — мужчина встал прямо в центр кровавой лужи. — Как Вы, я думаю, понимаете, к Вам есть ряд вопросов, на которые мне был хотелось получить максимально честные и своевременные ответы.
— Своевременные — это прямо сейчас?
— Совершенно верно! Я рад, что мы уже начали понимать друг друга!
Я театрально вздохнул, не прекращая при этом почесывать Кузю. Во-первых, чтоб не делать резких, нервирующих собравшихся вокруг людей движений, а во вторых, чтоб иметь возможность запустить «живой снаряд» в любого, кто попытается на меня наброситься. Всё же паранойя — залог долгой жизни параноика. И доверять человеку сразу, как только тот объявил, что представляет ОГПУ, как-то не входит в список адекватных реакций. На мой взгляд.
— Спрашивайте.
— Собственно, основных вопросов у меня три. Как Вы тут оказались? Что тут произошло? И где остальные бандиты?
— А! На последний вопрос ответить легче всего, — я кивнул в сторону сваленных Дружком тел. — Вот последние остававшиеся в живых. Каких-то других, насколько мне известно, в катакомбах больше не водится. А насчет первых двух вопросов. Это потребует небольшой предыстории.
— Ничего страшного. Если бандитов больше нет, то время у нас имеется.
— Ну, раз имеется, это просто замечательно! — я довольно кивнул, ибо и сам был вполне заинтересован в том, чтобы наша беседа длилась подольше и желательно без перебазирования в иное место. — Значит, дело было так: шел я с завода, никого не трогал. И думаю, дай загляну на своё прежнее место жительства. Ностальгия — всё же столько лет там прожил. Да и проверить хотел, может, из кладовой что прихватить для домашних нужно. В общем, иду я и слышу: «Не подскажите, в какой стороне ближайший колодец?»…
Глава 19
Следующие минут пятнадцать, пока часть отряда ОГПУшников проверяла, действительно ли местные катакомбы зачищены от преступных элементов, я изображал кота-баюна. В смысле, вещал товарищу Рыбарину и комиссару Шилову драматически-комедийную историю о похищении бедного и несчастного меня.
Про отрезание конечностей и прочие надежные меры по нейтрализации одного Избранного из повествования пришлось вычеркнуть. Даже если бы мне очень захотелось, я не мог светить своими возможностями. Особенно в ракурсе того, что заказчик похищения всё ещё неизвестен, и может попробовать и повторить.
А без подробных объяснений озвученная история начинала отдавать натуральным Чарли-Чаплинским фарсом. И вырубили-то меня плохо, и животные-то мои смогли проследить за бандитами и проникнуть в их тайное логово (наше почтение сотрудникам компетентных органов, которые уже столько времени были не в состоянии провернуть подобную операцию). Дальше шли: плохо закрытый сундук, отсутствие охраны и перепившиеся на радостях бандиты, которые по меткости недалеко ушли от штурмовиков из саги о Звёздных войнах…
Надо сказать, намеченных целей я добился. Если в начале выступления на меня смотрели как на опасного психа, который, купаясь в крови, голыми руками разорвал пару сотен головорезов, то под конец командиру отряда явно представлялась группа «боевых клоунов», которая в попытке повязать одного сбежавшего пленника сама себя и перестреляла. Не спорю, в такую альтернативу верить приятнее.
Однако, комиссар не так легко поддавался внушению, и чем дальше, тем больше его взгляд хмурился и выражал весьма лаконичную мысль: «А не пи… брешешь ли ты нам часом, дорогой фрайерок?».
— И вот я присел дух перевести, — подытожил я свой «отчет», что как раз совпало с возвращением последних бойцов, подтвердивших мои слова о полном отсутствии противников.
— Понятно, — сухо процедил Шилов. — Благодарим за содействие в задержании банды опасных преступников.
— Да всегда пожалуйста! — я прямо-таки источал дружелюбие.
— А теперь прошу проследовать за нами в отделение, чтоб мы могли зафиксировать Ваши показания.
Зря я, видимо, источал. Вернее безрезультатно. Тут мужчина отвлёкся от меня и обратился к одному из бойцов:
— Нужно составить предварительную опись найденных нами вещдоков!
Вот точно зря. Я мысленно хмыкнул, так как этот хмырь явно решил оформить МОИ законные трофеи в качестве вещественных доказательств, которые хрен потом вытащишь с их складов.
— Кстати, — это голос подал молчавший до сих пор командир, — Вы заявили, что помимо вот этой животины, — кивок на Кузю, — с Вами был гигантский волк. Так где же он?
— Оправил за подмогой! — на голубом глазу ответил я.
— За какой подмогой? — насторожился командир отряда.
— За единственной, в которой на тот момент мог быть уверен! — я позволил себе улыбку, поскольку в следующий миг по туннелю разнёсся радостный вой, подхватываемый всё новыми и новыми волчьими голосами.
Бойцы тут же перегруппировались,
