шарахнуло?
- Я заплатил за то, что делал, пока думал, что имею на это право. Он тоже заплатит. И когда это произойдет, у него будет две дороги, как было и у меня. Оставить все, как есть, или попытаться испаравить максимум из того, что возможно исправить. Это будет высокая плата за слабость, но она научит его быть сильнее.
- И какая же это будет плата?
- Ты.
Мурашки проходят по телу, а Воланд слегка кивает, как будто видит меня насквозь.
- Я считаю, что открытые отношения - это полная хуета, в основном, потому что…Знаешь, в чем их главная проблема?
- В чем?
- Это все равно измена, а каждая измена - это снаряд по вашему дому. В первый раз у него была возможность вернуться и все починить. Тот, кто верит, что возможно прожить жизнь без ошибок, перечитал Библии. Люди созданы, чтобы ошибаться. Мужчинам особенно. Главное, это то, что ты делаешь потом. Кто-то не выносит уроков, кто-то старается исправиться. Раскаяние и покаяние - вот что важно, если ты допустил ошибку. Может быть, я так сильно верю во второй шанс, потому что он мне самому нужен? Не знаю, но я правда надеюсь, что если ты искренне раскаиваешься, у тебя будет возможность доказать, что с тобой не все еще так плохо. Твой супруг об этом не думал. Он слишком глубоко увяз и допустил, чтобы каждый последующий удар уничтожил слишком много. От вашего дома ничего не осталось. Даже фундамента, только убитая связь. Самое главное в отношения - это не секс. Секс - это последующее выражение чувств. Самое главное - это близость. Та тонкая связь, нить, которая объединяет двух людей даже на расстоянии. Все можно пережить, если есть близость. Я ее часто вижу между своими друзьями и их женами. Она буквально осязаемая, и у вас она тоже была. Сильная связь и абсолютная близость. И именно поэтому свободные отношения для вас стали конечным пунктом. Когда есть такая связь, в нее нельзя мешать третьих лиц. Третьи лица - главные убийцы близости и связи. После такого нет пути назад. У вас нет пути назад. Он потерял тебя, даже если пока ты не готова это признать, но он тебя потерял. После такого не остаются с человеком. После большой любви и большого предательства, уже ничего не восстановить. Ты навсегда запомнишь, как он планомерно убивал вашу близость, и теперь, когда от нее остались только воспоминания, ты никогда не сможешь посмотреть ему в глаза и почувствовать того, что чувствовала до его ошибок. Когда он это поймет, он получит свое наказание. Он заплатит и заплатит сполна за все свои необдуманные поступки.
Воланд говорит об этом, как о свершившемся факте, но если раньше я бы непременно разозлилась, то теперь…просто молчу. Потому что это правда.
Я долго пыталась понять, что же чувствую? Почему я это чувствую? Почему у меня внутри такое вот выжженное поле. И я знаю, что ответ очевиден, конечно, но…я чувствовала, что за этой очевидностью есть что-то большее. А сейчас я все понимаю: я чувствую смерть этой самой близости и думаю, что она умерла в тот самый первый раз.
Эти полгода я несу панихиду.
Вот она правда…все закончилось еще тогда, просто я не могла это признать, но коснувшись дна, признать - это единственное, что мне осталось…
- Я училась на певицу в Гнесинке, но в ноябре я бросила учебу, - говорю тихо, а потом добавляю, - И Дамир об этом не знает.
- Почему?
- Я бросила или не рассказала?
- По порядку.
Тихо усмехаюсь и тру глаза, в которых появляются слезы. Это больно. Я всю жизнь хотела стать певицей, но теперь…все рухнуло. И я точно знаю «почему»…
Встаю и медленно подхожу к окну, обнимая себя руками.
- Однажды вечером, после того как это впервые случилось, его не было дома. Он пошел в очередной раз…с ними…куда-то…но это уже не имело значения. Я не злилась, а…если честно, была рада, что его не будет. Мне не хотелось его видеть. Когда я на него смотрела, то перед глазами снова возникали образы…
Быстро вытираю слезу и улыбаюсь.
Странная это эмоция, кстати. Улыбка разочарования. Думаю, ее надо внести в отдельную касту градации «когда все так плохо, что хоть вой». И думаю, что эта каста будет самой страшной. Когда у тебя уже не остается ни слез, ни криков, ни желания разводить драму. Когда ты настолько устал, что больше ничего не чувствуешь. Улыбка разочарования означает, что это конец…
Прикладываю палец к стеклу и ползу им за маленькой капелькой дождя, которые бьются в окно последние пару минут.
Как будто природа чувствует, что я наконец-то готова все признать, и плачет вместо меня, потому что плакать нужно.
Когда умирает любовь - она заслуживает, чтобы о ней плакали. Да я и плакала, но теперь у меня осталась только улыбка разочарования. Горького, как пепел. Он оседает на моих легких и душе, которая навсегда запомнит, что значит предательство…
- Я тогда смотрела интервью…не помню, кто она. Жена какого-то бизнесмена. Это не суть вообще, просто…ее слова тогда заставили меня задуматься.
Воланд тихо подходит ко мне со спины и также тихо спрашивает.
- О чем?
- О своем будущем, - бросаю на него взгляд и тихо усмехаюсь, - Он ее бросил, оставил без штанов, а у нее не было нормального образования, потому что замуж она выскочила еще совсем девчонкой. Так глупо, да? Я раньше об этом не думала вообще. Мне нравилась моя сказка: певица и футболист. Вместе навсегда. Звучит же, да? Но в реальности все не так просто и радужно оказалось. Я же понимаю, что как только я разведусь с ним, у меня не останется поддержки. Если Дамир еще и не захочет этого? Он и меня оставит с голой задницей. Что я буду делать? Мечта мечтой, а кушать хочется всегда.
Он медленно моргает, и я отвожу глаза обратно на залитое маленькими бусинками-слезами окно.
- Я забрала свои документы и пошла на какие-то экономические курсы. Ну, они называются не так, конечно же. Что-то на офисном, на взрослом. Бухгалтерия, бизнес. Мне это сложно дается, но я думаю, что справлюсь.
- Я уверен, что ты справишься, но такой радикальный шаг…
- Это единственный выход, потому что ты прав…
Я снова смотрю ему в глаза и киваю.
- Я чувствую, как ношу в
