ответил я, понимая сомнения Тараса. Они с Марысей долго убегали от своего прошлого, кардинально изменили жизнь. А теперь, окончательно разорвав связь с прошлым, отчего-то вновь вернулись к старому.
— Но обычными убийствами, — тут же вмешалась Марыся, строго посмотрев на мужа, — мы заниматься не будем. Ни к чему нам это. Орден — это ресурс. Будем руководить, усиливать и получать прибыль. Получим точку опоры и попробуем жить по-новому. Поездим по свету, посмотрим разные места, попробуем вкусные блюда, — она отхлебнула чай и мечтательно улыбнулась, — здесь такой большой интересный мир, и совсем нет демонов! Этим нужно воспользоваться!
— А ты что думаешь? — я посмотрел на Тараса, и он громко рассмеялся.
— Я уже один раз принял решение раньше жены и получил по голове. Так что ничего придумывать не собираюсь. Да и план её мне нравится. Молодое тело заставляет двигаться и постигать. Так что правильно всё Марыся сказала. Сейчас приберём орден к рукам, тебе поможем и отправимся в свадебное путешествие. Или как там его называют? Медовый месяц? Или год? У нас никогда ничего такого не было, а жизнь-то прошла мимо. Попозже, когда осмотримся, подумаем, чем заняться. Может, снова купим небольшой домик, заведём хозяйство и будем радоваться жизни. А может, направим силы на что-то более правильное и полезное? Например, поможем местным детям. Сирот здесь, я смотрю, тоже хватает.
В комнате повисла тишина, которую разрушил вопрос Марыси:
— А ты, мил человек, чем планируешь заниматься?
Феофан задумался и тоже отхлебнул вкусного чая.
— Улучшу свой отряд, который станет работать без моего участия, уничтожать монстров и зарабатывать деньги. Решу, наконец, проблемы Хладовых, которых осталось не так чтобы и много, а после, скорее всего, последую вашему примеру. Новый мир действительно интересен, а я, кроме как в двух городах и бронепоезде, нигде и не был.
Немного помолчав, тихо добавил:
— Может быть, даже заведу жену и узнаю, каково это — быть настоящим отцом. В прошлой жизни на это никогда не хватало ни времени, ни желания. Хотя за потомками я всегда присматривал…
— Пфф, — поперхнулся своим чаем Тарас и, закашлявшись, ошарашенными глазами уставился на меня.
— Ого! Неужели это тот Феофан, которого мы знаем? Или кто-то другой? Тебя, часом, не подменили?
— Заткнись, старый! Твой друг наконец-то захотел остепениться и ощутить тепло семейного очага. А ты насмехаешься! — тут же одёрнула его Марыся и посмотрела на меня с теплотой и одобрением. — Всё правильно. Жить нужно для себя и семьи. Все эти битвы и войны когда-нибудь заканчиваются, а родные люди остаются с нами и привносят в жизнь новые краски.
После посещения друзей, с которыми я договорился о зачистке разломов с монстрами для боевого слаживания и проверки наших новых сил, пришло время возвращаться на базу, где меня уже встречал взволнованный чем-то отец.
— Что случилось⁈ — выскочил из салона я. — Что-то с девочками?
— С ними всё нормально, — поспешил успокоить отец.
Я облегчённо выдохнул.
— Так что же ты тут с таким лицом стоишь? Что произошло?
— Не знаю, — быстро ответил Роман Павлович, — но с графиней что-то не так! Мало того, что во всём здании похолодало, так от её кабинета расходится такая жуть, что даже Ольга не захотела приближаться.
— Поспешим, — сказал я, ощутив исходящую из здания давящую силу, и мы устремились к кабинету графини. Правда, скоро отец остановился у незримой границы, возле которой обнаружилось ещё несколько человек.
Пройдя заслон, я, не чувствуя особого противодействия, а лишь более сильный магический фон, постучал в дверь кабинета графини, которая уже покрылась толстым слоем инея, и вошёл внутрь.
Графиня обнаружилась на своём рабочем месте. Она держала в руках покрытую льдом разбитую телефонную трубку и с постаревшим лицом, на котором выделялись светящиеся голубоватым цветом глаза, смотрела на меня.
— Ульяна Романовна? — осторожно позвал я женщину, пытаясь понять, что произошло. — Как вы себя чувствуете? Может, нужна помощь?
Некоторое время графиня молчала, даже малейшим движением не показывая, что услышала мой вопрос. Я уже собирался его повторить, как в кабинете раздался наполненный холодом голос.
— Мне сделали предложение, от которого я не могу отказаться. Выхода нет.
— Теоретически, даже если тебя съели, есть два выхода, — ответил я. — Предлагаю вам открыть мне это предложение. Уверен, мы сумеем справиться с любой проблемой.
— Думаешь, что сможешь убить всех дружинников Пожарских, Коршуновых и Чижовых, а также отменить заказ на нашу ликвидацию в ордене убийц? — спросила женщина. — Если нет, то ты ничем не поможешь.
— А есть необходимость убивать всех дружинников? — усомнился я. — Возможно, надо просто избавиться от глав родов и общаться с их преемниками. Если до последних не дотянемся, то дружинники, число которых уменьшится хотя бы человек на пятьсот, уже не будут так радостно идти в бой. Так что и в данном случае есть возможность решить вопрос.
Позволив себе довольную улыбку, добавил:
— А что касается ордена убийц, то ничего проще нет. У меня есть некоторые связи в их руководстве. Заказ на меня, Гордея Хладова, поступал, но вот выполнять его никто не собирается.
— А ты не мистифицируешь меня? — впервые за разговор проявила эмоцию графиня, и давление, исходящее от неё, ослабло. — Откуда у тебя могут взяться связи с такими людьми?
— Клянусь своей магией, что не вру вам. В руководстве ордена убийц у меня есть союзники. С их стороны удара можно не ожидать.
Пристально посмотрев в мои глаза, графиня ещё больше успокоилась, а затем, собравшись с силами, произнесла:
— У меня состоялся разговор с князем Пожарским. Он предложил мне отдать твою жизнь в обмен… — свет в глазах графини стал ярче, — в обмен на жизни остальных членов рода. Хочет, чтобы я отдала меньшее и сохранила большее. Иначе… Иначе наш род прервётся…
— Как я понимаю, решение вы ещё не приняли? — уточнил я, закидывая ногу на ногу.
— На твоём месте я бы не была столь беспечна, — вспыхнула глазами графиня.
— Если бы вы всё же решились на подлость, — заметил я, — то не стали бы рассказывать мне об этом. Кроме того, уверен, вы понимаете, что Пожарскому верить нельзя. Ведь он сначала направил к нам своих людей и лишь потом решился на звонок. Получив меня, он просто избавится
