затем мы с Марысей атаковали Тараса.
Подруга, которую мы тоже проверили, показала себя весьма неплохо. До нас ей, конечно, было далеко, однако её скорость и техника находились на высоком уровне. В нашем родном мире она заслуженно носила ранг богатыря.
— Никогда бы не подумал, что ты такая сильная, — честно признался я после того, как разлом был зачищен и Марыся устроила пикник на живописной полянке.
Присев на плотное покрывало, я с аппетитом вгрызся в протянутый бутерброд, а Тарас с гордостью произнёс:
— А то! Знаешь, сколько я её тренировал? Долго! Да только на уровень вывел, ну а она меня своим премудростям учила.
В голове всплыла аналогия, подброшенная памятью Гордея, и я усмехнулся.
— Чего ржёшь? Давно ядов не пробовал? — нахмурилась Марыся и выразительно покосилась на еду в моих руках.
— Да нет, — отмахнулся я. — Просто вспомнил, что в этом мире есть картина «Три богатыря». Она прям про нас.
— Ага, — согласилась Марыся. — У меня в голове что-то такое тоже мелькает. И книга с похожим названием тоже имеется.
— Я бы книгу про нас тоже прочитал. Здесь переселение душ называют иссекай, — Тарас задумчиво посмотрел на жену и воскликнул: — Слушай, Марыся, а ведь ты в юности мечтала стать писательницей! Помнишь? Ты мне всегда об этом говорила! Почему бы в новом мире подобным не заняться⁈ Всё ведь позволяет!
— Делать мне нечего! — всплеснула руками женщина. — Сикаи твои писать!
— Иссекай, — поправил её муж. — Ну, почему бы не написать? Ничего ведь даже придумывать не надо! Всё уже есть! Как мы переместились втроём в другой мир, как Феофан жил, не зная нас, а мы, рискуя жизнями, к нему подбирались. Потом про все его бои, конфликты и как орден убийц под контроль взяли!
— Такой книги точно никогда не будет. Нечего на себя компромат собирать, — отрезала Марыся и задумалась. — Хотя наша жизнь — это действительно какой-то приключенческий роман.
— Ну вот, — заметил её эмоции Тарас. — А никто ни о чём не догадается! Нужно просто написать, что все совпадения случайны, герои вымышленные!
Понимая, что жена не соглашается, друг сменил тактику.
— Тогда про наш старый мир пиши! Про автюков, например! Про нашу жизнь!
Тут уже я покачал головой.
— Нет, друг, как подсказывает память Гордея, здесь проза не пользуется такой уж популярностью. Больше читают какие-нибудь приключения.
— Ну так пускай напишет про автюков и приключения, — продолжил вещать Тарас. — Можно же как-то хитро всё сделать! Чтобы через боевик люди в этом мире узнали, что есть такой мудрый, работящий и хорошо отдыхающий народ — автюки. Про шляпы наши соломенные, про одежды красивые, вышиванки, к примеру.
Отметив, что Марыся не перебивает, Тарас продолжил:
— Ну и про приключения, конечно же, тоже нужно писать. И даже ничего придумывать не надо. Вспомни, как мы этим недоброжелателям Ивана из фармакологической компании мстили! Которые хотели его убить и как мы поставили их на место! Я даже название придумал! «Автюки наносят ответный удар!» Как вам? А⁈
Я засмеялся, когда в голове всплыла ещё одна аналогия, а Марыся неожиданно для меня воскликнула:
— А ведь это идея!
— Писать про автюков? — сдержанно обрадовался Тарас.
— Нет, конечно! Я говорю про Ванечку нашего, — с недовольством посмотрела на него жена. — Он ведь настоящий герой! В десять лет остался один… — взгляд её скользнул на меня, — ну, почти без никого. С одним только кровавым убийцей-наставником с поехавшей головой.
— Эй! — возмутился я. — Что за наговоры⁈ Может быть, лучше написать, что с очень умным, сильным, дальновидным и заботливым наставником ранга богатырь⁈
— Не льсти себе, — фыркнула Марыся и добавила: — А вообще я начну с драмы. Про то, как его убил отец, а дед воскресил, отдав в обмен свою жизнь. Как он очнулся и увидел, на что способен его буйный наставник. Потом опишу дорогу в Моршанск, встречу с демонами, где вы познакомились, — её взгляд сместился на мужа, — со щедрыми и очень гостеприимными автюками, которые приняли вас как родных и помогли скрыться от неприятностей!
Тарас одобрительно хмыкнул, а я усмехнулся и, заметившая мою насмешку Марыся продолжила:
— Как жестокий мясник-наставник учил наследника княжеского рода быть воином, сделал его охотником на демонов, учил их убивать и отправил в имперскую школу. Про то, как Иван встретил старшего брата, на которого напали наёмные убийцы, защитил его и, пробудив в себе магию рода, привлёк внимание тех, кто считал его погибшим.
— Не забудь про пьяного мастера, — напомнил Тарас и ткнул пальцем себе в грудь, — про скромного автюка, который в нужный момент вспомнил о своём бурном, но тёмном прошлом и спас Ивана.
Марыся благосклонно кивнула.
— Потом ещё напишем про то, как он стал бояричем и жил в поместье Темниковых, как поступил в кадетский корпус, противостоял козням наследника Носирианской империи, а затем стал его другом и защитил всех от прорыва демонов.
На некоторое время она задумалась, а Тарас продолжил:
— Потом можно написать книгу, как он отправился на войну, смело воевал с противником и как мы ему помогали.
Неожиданно для себя в обсуждение втянулся и я.
— Там ещё потом был конфликт с Зорницыными, когда Иван дал им по зубам, не забывая зарабатывать деньги на своих проектах.
— А после он встретил любовь! — каким-то мечтательным тоном произнесла Марыся и довольно улыбнулась. — Ах, какая из них красивая пара получилась! А как они встретились! Мне же потом Марго не раз про это всё говорила! Такая история любви! Закачаешься!
Немного помолчав, она вздохнула, посмотрела на меня и продолжила:
— А потом была смерть наставника, который его, можно сказать, вырастил.
— Опять драма, — многозначительно заметил Тарас. — И настоящее взросление. Ведь больше за спиной нашего Ивана никого и не было. Теперь он сам принимал все решения и отвечал за них.
Тут уже я возмутился.
— А ничего, что наставник не просто погиб? А защищал его от демонопоклонников? Жизнь ему спасал? Что если бы этот урод не набрался дармовой энергии крови после жертвоприношения, то я бы его прихлопнул⁈
— Жалкие оправдания, — отмахнулась Марыся, — только вот на этом заканчивать нельзя. Ещё нужно сыграть свадьбу, деток вырастить и закрыть демоническую
