– Да, – спокойно согласился старик. – Но даже будь ты здесь, ты ничем не смог бы помочь.
Демон стиснул кулаки.
– Многие пострадали?
– Мне известно лишь о соседних деревнях. Из них – две. Сколько еще разделили их судьбу, ведомо лишь наездникам… Да, возможно, дурному южному королю.
– Тревожные новости… Но я во всем разберусь.
– Полагаюсь на тебя. Однако сегодня забудь об этом. Нынче у нас общий праздник – возвращение того, кого ждали не один год, кто стал сыном нашего племени. Печальные дела подождут до завтра, не будем нарушать традиции.
Ассаэр помолчал немного, а потом, явно пересиливая себя, согласился:
– Как скажете.
Старик помолчал.
Какие все-таки полезные новости! Артефакт явно ей еще не раз пригодится. Кэллиэн вроде писал, что его хватит минут на пятнадцать… Если так, то половина этого времени уже позади. Эх, перечитать бы сейчас его записку с инструкциями! Но это было бы совсем глупо. Так и подмывало сказать: «Ну, чего вы молчите, скажите еще что-нибудь интересное!».
Инерис на миг замерла, грустно улыбнувшись. Она сама не заметила, как начала мыслить четко, ясно и по привычным лекалам, вновь превратившись в леди-наследницу...
– Эта чужачка… Она точно не понимает нас?
Инерис тут же навострила ушки. Ага, раз такой вопрос, то до сих пор они обсуждали цветочки, а дальше пойдут ягодки…
– Она совершенно не знает нашего языка, ни слова, на этот счет можете быть спокойны. – Инерис готова была поклясться, что на губах огненного мелькнула снисходительная усмешка! – Я так понимаю, этот вопрос задан неспроста. Что вы хотите узнать о ней, учитель?
Учитель? Ну ничего себе новости! Так этого двукровного типа воспитывал пустынник? Но разве пустынники не должны быть фанатичными приверженцами их традиций? Разве они не должны шарахаться от полукровок, как черные демоны от ладана?
А может, Ассаэр – вообще его внебрачный сын?!
Инерис потрясла головой. Нет, она сейчас тут напридумывает такое, чего в помине нет! Очевидно, у южан и пустынников просто разные традиции… Надо будет при случае спросить у Ассаэра.
Или у вождя.
– Кто она?
– Обычная человечка, ничего особенного, даже магии нет.
– Тогда зачем ты тащил ее из Нариме сюда через пустыню?
Инерис руку готова была дать на отсечение, что вождь недовольно нахмурился.
– На мне был долг жизни, учитель… и в уплату я поклялся защищать ее и оберегать все время, что она находится в наших землях. Дома ее пытались убить недруги, а мне пора было возвращаться на родину, – и демон пожал плечами.
Надо же, и впрямь не раскрыл ее подноготную…
В сердце против воли проклюнулась искорка тепла по отношению к этому невыносимому, невозможному во всех отношениях типу. Приятно знать, что хоть кому-то из тех, кто волей-неволей оказался рядом с ней, она действительно может верить.
– Долг жизни – понимаю и принимаю... Однако ты не просто взял ее с собой, ты привел ее сюда, в святая святых пустыни, к древнейшим остаткам Чистой жизни.
У Инерис упало сердце. Так она и знала. Конечно, они не обрадуются какой-то человечке!
– Она не осквернит их, учитель.
Тот хмыкнул.
– Это я понял и без тебя, бестолковый мальчишка, иначе не допустил бы ее в поселок. Она прошла через огненные врата, а значит, чиста…
Вот теперь Инерис возмутилась.
...Просто традиция гостеприимства, да, демон? Проверка на вшивость у нас теперь так называется?!
– Меня волнует другое, Ассаэр, – помедлив, признался пустынник. – Ты уверен, что не повторяешь сейчас прежней ошибки? – Медленно, словно подбирая слова очень и очень осторожно, демон спросил: – В нынешней ситуации это может оказаться еще более плачевным, чем раньше. Ты с ее помощью смог забыть… ту, другую?
Инерис так опешила, что даже остановилась, и на нее едва не налетел следующий за спиной «эскорт». Пришлось быстренько улыбнуться и прибавить шагу.
– Дело не в этом, да и я не из тех, кто дважды входит в заросли гештрир. Учитель… не нужно напоминать мне о моем позоре.
– Смотря в чем для тебя заключался позор – в том, что ты привязался к той, кого не должен был встретить, или в том, что она ушла от тебя, гордо и свободолюбиво, как женщина не должна уходить от мужчины.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Учитель, я изменился, а о том времени и думать давно забыл. Мой братец постарался на славу, – неожиданная горечь в голосе. – Не говоря уже о том, что годы жизни на чужбине порой учат большему, чем иных десятилетия на родине.
– В этом ты прав. И многое ты постиг в этом добровольном изгнании? – он покачал головой.
– Об этом расскажу после. Главное – и я прошу вас предупредить всех – пока не го...
Перед глазами пронеслась синяя вспышка.
– Эрг хашш’дор дарг сста каро, – совершенно невразумительно закончил демон.
Ее время истекло.
Как же не вовремя-то! О чем предупредить всех?
Мысль о том, что подслушивать вообще-то нехорошо, Инерис так и не посетила.
Ну ничего себе "ягодки"!
Выходит, личный разговор у этих типов считается более секретным, чем беседа о политике?!
«Моим гостям тут будут рады»! Убить этого демона мало – ее чуть не посчитали за его подружку!
И очень интересно, о ком сейчас шла речь? Что это за «та, другая»? Неужели до нее он приводил сюда еще какую-то женщину?
Эта мысль почему-то испортила и без того неважное настроение окончательно.
К счастью, впереди показалось ограждение – чисто символическое, из веревки, поверх которой висели, чередуясь, черные, красные и белые флажки.
Ассаэр соизволил отвлечься от беседы с учителем (не назвать бы его так самой в разговоре!) и пояснил, обернувшись через плечо:
– На ограде защитные заклинания. Лучше не пытайся пролезть под этой веревкой, пользуйся одним из трех входов.
– Я и не собиралась, – оскорбленно вздернула нос Инерис. – В отличие от тебя, я достаточно хорошо воспитана, чтобы не пробираться в чужой дом украдкой!
Выпалила – и прикусила язык. Вдруг воспримут ее колкость как оскорбление?
Но вождь с трудом сдержал ухмылку, услышав ее ответ.
А ведь возможно, он единственный, кто здесь говорит на общем языке…
Они прошли мимо двух камней, намертво вкопанных в землю по обе стороны тропы, и Инерис невольно отвлеклась, с интересом оглядываясь по сторонам.
Поселок оказался не то что большим, а огромным! Куда там их деревням...
Всюду, насколько хватает взгляда, шатры разных цветов и размеров, но одинаковые по форме – похожи на большую палатку, крыша которой покоится на нескольких высоких столбах. В центре даже отсюда виднелись три круглых – как ей объяснил Ассаэр, один принадлежал уважаемому старейшине, другой, слева от него, занимала жрица.
– А третья?
– Потом узнаешь, – отмахнулся демон.
Демоны с любопытством выглядывали из шатров, многие при виде Ассаэра начинали широко и радостно улыбаться. Ее вид, к счастью, вызывал у местных лишь любопытство и некоторую настороженность, но не откровенную враждебность. Инерис вздохнула чуть спокойнее.
Но ненадолго.
Между шатров, как и в их деревнях между домов, вовсю играли дети.
Инерис не без интереса понаблюдала за тем, как девочки притворяются, что пекут лепешки на камнях. У них бы в роли хлеба выступили широкие, плотные дубовые листья, угощениями служили ягоды, иногда грибы, фрукты, на худой конец, цветы… А здесь дети просто плевали на руки и придавали насыпанному песку грубую форму толстой лепешки, вместо сладостей клали на мелкие блюдца горки разноцветных камешков. Пустыня…
В отдалении с хохотом дрались на мечах мальчишки.
Эта простая и во многом привычная сцена заставила ее сбиться с шага.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Озарение болезненной судорогой сдавило горло.
В животе поселилось тягостное, гнетущее ощущение – страх в сочетании с всплеском застарелой неприязни, о которой она за время странствий с полукровкой почти забыла.
Мечи были деревянными, а мальчишки – совсем маленькими, не старше шести лет. Но это было отрезвляющим напоминанием о том, что перед ней вообще-то враги, а не друзья.
