меня от желания убивать голыми руками, — призналась откровенно и прикрыла глаза, делая глубокий вдох чистейшего, но ужасно холодного воздуха.
— Согласен.
Не стала ходить вокруг да около, давно планировала поговорить с ним наедине.
— На кого ты работаешь? — произнесла едва слышно. Ветер сорвал слова с уст и унёс в противоположном от лагеря направлении, но я знала, что Дитер ничего не упустил.
— Совсем свихнулась? — возмутился наш обаятельный рыжик. — На кого я работаю? Да на того же, на кого и ты!
— Ты знаешь, о чём я.
Я по–прежнему не смотрела в его сторону, мирно созерцая занимающийся рассвет. Я выглядела расслабленно и спокойно, тогда как на самом деле бессовестно читала мысли парня, воспользовавшись его смятением.
Пси в этом плане более уязвимы, чем кажутся. Скоро он, конечно, закроется, но прежде я успею услышать желаемое.
«Плохой знак. Очень. Не лукавит, уверена в себе. Или играет? Нет, не играет. Заглянула бы в глаза, если… Хотя нет. Ай! Дамир мог её научить… Дамир! Хм» — ответ был им найден практически сразу. Мысли тут же стали мне недоступны. Успокоился и взял себя в руки.
— Рика, ты только не злись, пожалуйста, — начал Дитер. — Я… Меня попросили присмотреть за тобой и Киром.
— И?
— Что «и»? Вот, приглядываю.
— Если ты пытаешься убедить меня, что просил Дамир, можешь не стараться, — кинула, не оборачиваясь. Знала, как его бесит такое поведение.
Если моя теория верна, он выйдет из себя совсем скоро и я вновь получу доступ к части его мыслей.
— Но это так!
Дитер был твёрдо уверен в своих словах, и это обычно срабатывало, ведь люди слышат то, что хотят слышать, тем более влюблённые девушки, но со мной подобные приёмы не работали.
Но, конечно, гадёныш.
Я мечтательно улыбнулась, сделав вид, что окончательно поплыла от заботы любимого мужчины.
«Беспокоиться не о чем», — довольно резюмировал Форрен, открывшись на мгновение.
— Нет, не так, — заявила, выпрямляясь и оборачиваясь. Заглянула в глаза предателю. — Мне повторить вопрос или ты ещё что–нибудь выдумаешь?
— Звёзды, до чего вы сложная группа! — не выдержал мужчина. — Не знаю, кого из вас больше придушить иногда хочется — тебя или Кирилла! И откуда вы такие на мою голову?
Он так искренне негодовал, что всё тут же встало на свои места. Он не врал. Впервые за полгода отреагировал искренне и честно. Так, как это делают рыжие люди, эмоциональные и яркие.
— Ой, не могу, — всхлипывала я, рыдая от смеха. — Я себе такого навыдумывала! И ведь фрагменты головоломки так замечательно сложились!
— Ладно тебе, — буркнул Дитер, сокрушаясь про себя, что его расколола «белобрысая малявочка».
— Не хмурься, тебе не идет! Не расстраивайся, это рано или поздно случилось бы, — попыталась я его утешить.
— Я из–за твоего любопытного носа, деточка, проиграл Тобсу ящик дорогущего коньяка! Как тут не расстраиваться!
— Тоже мне трагедия! Зато представь, как теперь тебе будет с нами комфортно работать.
— Никому ни слова! — предостерёг Дитер.
— За дуру не держи. Учитывая обстоятельства, и слова–то поперёк не имею права сказать, ты ведь куда старше по званию.
— Вот и молодец. А теперь не мешай наслаждаться восходом солнца.
Я впервые посмотрела на одногруппника прямо и открыто, не исподтишка, и с удивлением поняла, что Дитер гораздо старше заявленного возраста. Вот тебе и весельчак, вот тебе и затейник всех шалостей и глупостей. А кураторы, конечно, молодцы, ничего не скажешь. Присмотрели, так присмотрели. Внедрили в наши ряды одного из своих и в ус не дуют.
Грамотный ход, надо признать. Плохо, что я об этом не подумала раньше. Позор мне. А Кир, выходит, вычислил крота раньше моего, но не сказал. Впрочем, он не имел на то права. Вернёмся в академию, допрошу его тщательно. Он, в конце концов, мой командир, пусть учит разбираться в людях, ведь именно я прикрываю его спину на заданиях и страхую на полосах препятствий.
— Идём к нашим, — бросил Дитер спустя какое–то время.
Я машинально последовала за одногруппником. Мысли мои были полностью сосредоточены на неожиданной развязке интриги с рыжиком. Такие новости заслуживали тщательнейшего анализа.
Кадр за кадром прокручивала я воспоминания с момента знакомства и внутренне содрогалась. Система была беспощадна к нарушителям, а мы…
Чёрт, да мы прокололись едва ли не в самом начале!
Дитер умел расположить к себе. Однако за любыми проступками и шалостями никогда не следовало наказание. Выходит, провоцировали на недостойные поступки и ждали, когда полезет хорошо спрятанная за воспитанием гниль. Разумно, ничего не скажешь.
После завтрака мы вновь выдвинулись в путь. Нам предстояло пройти не один километр и выйти к точке посадки. По задумке академии за полгода ходьбы по пересечённой местности мы справимся с внутренними демонами, сплотимся и смиримся с необходимостью выполнения рутинной работы, воспринимая её как должное.
Честно признаться, посещение Амирака мне доставляло истинное удовольствие, хоть из солидарности к одногруппниками я и делала вид, что это не так. Но после беседы с Дитером было откровенно не до того. Я шагала вслед за группой, не глядя по сторонам, не любуясь как ранее тёмным небом, не разглядывая необычной формы камни, не восторгаясь палитрой серого.
Я здорово просчиталась и сейчас сожалела об утреннем разговоре. Я сдала мужчине козыри, но главный просчёт — привлекла его внимание. Мужское внимание. Всю дорогу Дитер думал обо мне, вспоминал общие моменты, касания, но самое страшное — он был на сто процентов уверен, что я непременно достанусь ему, не считая Дамира конкурентом.
Я не знала, какие козыри в рукаве у Дитера, но ситуация не на шутку тревожила.
Глава 17. Великодушие Маруси Дамировны и страшные тайны
