правдивости зависит то количество информации, которое я тебе предоставлю, — сообщил предельно откровенно.
— Да, он мне сильно нравится! — Упрямица посмотрела на меня с вызовом.
— Но это не любовь? — Я буквально впился взглядом в подругу и она отвела взгляд.
— Не знаю. Я не знаю, Дамир, — сникла Таня, — я … наверное, я просто не хочу его любить.
— Но, — протянул я, заставляя её всерьез поразмыслить над вопросом, а не прятать голову в песок.
— Уже поздно, да. Ты это хотел услышать? Да, я уже влюбилась. И меня это бесит! — призналась она как на духу. — Кирилл слишком умный, им невозможно крутить!
Узнаю свою подругу.
— Ах, горюшко–то какое! — Я не выдержал и бессовестно заржал. — А другого ты бы не полюбила, Таня. Ладно, ближе к делу. Кирилла готовят в Совет и ему нужна «правильная» жена. Если ты хочешь быть с ним, стоит очень постараться, чтобы у правительства не изменились планы на ваш счёт и контролировать их непрерывно. Веди себя разумно и делай то, о чём просят, не сопротивляйся. Верность совету вознаграждается.
— И вот мы, наконец, подошли к твоей роли во всей этой истории, — напомнила юная леди, что речь шла в ином ключе. — Почему ты в это влез?
— Я правильно понял, что ты бежала в лабораторию не столько развлекаться со своими «кровавыми делами», сколько к Киру?
— Ты и об этом знаешь? — удивлению Тани не было предела.
— Только тссс!
— Дамир! Ты с ума сошел? Не лезь в это! — не на шутку испугалась девушка.
— Ты же меня не выдашь, опасаться нечего! — Нарочито легкомысленно пожал плечами.
Таня только глазами хлопала, но видно было — переживает. Всерьёз озабочена моей осведомлённостью. И неспроста, да. Её исследование засекречено по высшему разряду. Настолько, что она сама до конца не осознаёт, во что влезла. А я недавно понял и до сих пор нахожусь под впечатлением. Перевариваю.
— Танюш, успокойся. Не забывай, кто я и где работаю. Да у меня тут, — обвел рукой свои владения, — сосредоточены едва ли не все знания, необходимые членам Совета. Так что выключай фантазию и включай мозги, — закончил пламенную речь любимой фразой.
— Не уверена, что все члены совета знают про этот эксперимент, — ошарашено произнесла она.
— И отлично. Я был бы счастлив тоже не знать. Наверное. Хотя нет, — прекратил зарывать голову в песок. — Так, вернёмся к нашим баранам. С Киром тебе надо помириться и объяснить, что Генрих…
— Подожди, я думала, мне нужен Генри, чтобы позлить Кирилла, вызвать его ревность. Ты ведь для этого организовал моё участие в проекте, — убеждённо проговорила Таня.
— Не перебивай. С Генрихом дружи, расскажи, что любишь другого, не лги ему никогда и ни в чём, лучше говори, что у тебя подписка о неразглашении, эту информацию он примет. Запомни: его не провести. Игры, показные эмоции, завуалированные намёки — нет, нет и ещё раз нет. Не с ним. С Жан–Жаком не общайся вообще, он плохой человек, опасный, нечистоплотный и рисковый…
Я перечислял весь заготовленный список полезных ей сведений, а Таня сидела как громом пораженная. И впервые за последние годы настолько потеряла контроль над собой, что я без проблем считывал её мысли.
Уверенная в себе, своих силах, воодушевлённая, она прибыла на бал к Оли Гольдштейн, где буквально одной фразой Генрих Крауф едва не разрушил её мир.
Я терпеливо ждал, когда прекрасная, но безумно несчастная и потерянная Таня Монро вынырнет из пучины тёмных мыслей и был приятно удивлён поведением Маруськи. Она бесшумно подобралась к Тане и положила ей в руку кусочек шоколада. Восхитительный аромат какао с острым перцем будоражил рецепторы и расстроенная девушка среагировала на раздражитель — положила лакомство в рот. И буквально через мгновение пришла в себя.
— Дамир, ты ведь знаешь, что мне сегодня сказал Генрих, да? Потому даёшь эти советы?
— Да.
Говорить о том, что я и подслушивал и подсматривал происходящее на стерильно–безопасной, как заявляет служба безопасности Гольдштейнов, территории не стал. Мои разработки иногда остаются лишь моими. Знаю, эгоистично, но после появления в моей жизни Ангелочка лишь убедился в своей правоте. Чем больше у меня будет аргументов для совета, тем больше шансов заполучить умницу и красавицу Идарику Вишневскую. Девушку, которая искренне влюблена в меня, а не в мою гениальность или сбережения.
— Это правда, — убито прошептала Таня.
— Да, малыш, это правда. И чтобы ты не обижалась на родителей, честно тебе скажу: такова цена счастья. Они не виноваты.
— Всё равно…
— Тебе нужно время на то, чтобы осознать, смириться, принять. Я встретил тебя сегодня специально — не хотел, чтобы ты долго горевала и тем испортила игру. Важно, чтобы ты выполнила задание отца, Таня. Несмотря ни на что. Ради вас с Киром, ради себя самой. Не допусти, чтобы эмоции лишили тебя доверия совета.
— Они всегда должны знать, что на меня можно положиться, — прошептала Таня убито.
— Да. Великие звёзды, на тебя смотреть страшно. Так, давай я побуду хреновым другом для Кира, но хорошим для тебя. Ничего ему не говори, пусть ревнует, — решил я поддержать юную леди морально. Кажется, Маруська говорила, что девочкам порой нужно строить козни своим мужчинам для поднятия самооценки.
Таня моргнула. Посмотрела заинтересованно.
— Эта мысль немного меня приободрила, — призналась она.
— Вот и отлично. Сосредоточься на том, чтобы вдоволь поддразнить Кирилла, а Крауф тебе подыграет. Кстати, ты знакома с Анжелой, которую должна будешь ему представить? — переключил я её на рабочие моменты, зная, что ответственная Таня соберётся с духом и всё преодолеет, если ей будет, на что отвлекаться. — Маруся тебя познакомит.
— Я могу прямо сейчас начать про неё рассказывать! — оживилась кофемашина, радуясь, что ей дали слово. — Анжела — выпускница факультета невест, а
