— Красивая, как кобыла сивая! — один из вариантов ответов ребенку на этот вопрос, сказанный «доброй» мамой.
Есть разные варианты ответов родителей:
— Оттого, что ты вертишься у зеркала, краше не станешь!
— Хватит пялиться на себя в зеркало. Лучше бы уроки делала!
— Нет, вы слышите, что она спрашивает! И в кого ты только такой вертихвосткой растешь!
— С такой рожей, как у тебя, в зеркало не смотрят! — Это ответ «доброго» папы. Ответ, который звучал потом в женщине на протяжении многих лет ее жизни, когда она подходила к зеркалу. (Не дай Бог нам так любить и слышать наших детей!)
Любить ребенка — это услышать внутренний смысл его послания и ответить на это внутреннее послание. Это понять, услышать не только смысл его слов, но и поступков, потому что дети говорят с нами иногда своими поступками — привлекая к себе наше внимание, взывая о помощи, иногда — просто выражая какой-то запрос.
Я помню удивительную ситуацию, которую я пережила с моим совсем еще маленьким внуком. Я укладывала его, шестимесячного, спать. Я запеленала его и положила в кроватку, но он начал плакать. Я взяла его на руки и начала качать. Плач только усиливался. Он ревел и извивался в моих руках. Я понимала — ребенок что-то говорит мне, чего-то он хочет. Но — чего? Я ослабила его пеленки, думая, что ему неудобно быть спеленутым, — он продолжал плакать и извиваться. Я начала качать его ритмичнее — он продолжал плакать. Я начала качать его плавно, большими замахами рук — он плакал. Я поставила его вертикально и так начала качать — он плакал. Я тихо начала петь колыбельную песню. Он продолжал плакать. Я начала петь громко — он плакал и извивался в моих руках.
Мне уже стало просто интересно — чего же он хочет? Ведь о чем-то же говорит его плач и эти его телодвижения! Я пробовала все возможные варианты укачивания — ни один ему не понравился. Я просто положила его на спину в кроватку. Он плакал и извивался. Я, не зная, что с ним делать, повернула его на бочок. Он замолчал, как будто его выключили. Закрыл глаза, вздохнул, как бы говоря: «Ну наконец-то!» и уже спустя мгновение крепко спал.
А я тихо рассмеялась. И вспомнила анекдот: бабушка укладывает внука спать и поет ему колыбельные песни. Час поет, два поет. Устала, замолчала на мгновение. Внук открывает глаза и спрашивает: «Бабушка, а можно я теперь посплю?»
Если мы научимся слышать наших детей, их слова, их поступки, если осознаем ценность (взаимную!) нашего общения с ними — мы всегда найдем время и возможности побыть в этой близости. И она поможет нашему взаимопониманию на долгие годы.
Однажды дочь позвонила мне, находящейся в длительном отсутствии, чтобы поговорить со мной. Я выслушала ее, дала ей ту поддержку, о которой она просила. И она сказала фразу, которая меня развеселила:
— Ты, наверное, уже устала меня слушать! Сколько лет ты меня слушаешь — тебе уже, наверное, надоело выслушивать все мои истории, все мои переживания! Ты меня слушаешь уже двадцать пять лет! У тебя уже наверное уши устали меня слушать!
— Нет, детка, ты ошибаешься, слушаю я тебя двадцать четыре года. В первый год жизни ты ничего членораздельного не говорила. Ты не волнуйся, я тебя слушала, слушаю и всегда буду слушать, пока жива.
— Прикольно! — сказала дочь. — Представляешь, мне будет семьдесят лет, тебе девяносто, я буду тебе звонить, обсуждать с тобой своего дедка или какие-то покупки с пенсии, а ты будешь слушать меня со слуховым аппаратом…
— Так и будет, детка, — только и сказала я.
И да будет так — пусть наши дети станут нашими близкими друзьями на долгие-долгие годы…
Любить ребенка: интересоваться им и его жизнью
Настоящая жизнь ребенка скрыта от нас. Она — внутри. Это внутренний мир ребенка. И если мы хотим создавать близкие, открытые отношения с ребенком, если мы хотим дружить с ним, мы должны знать его мир.
Знаем ли мы мир наших детей? Знаем ли мы их мысли, чувства, пристрастия?
Что ты знаешь о внутреннем мире твоего ребенка?
О чем думает твой ребенок, когда просыпается? В каком настроении он просыпается? Нравится ли ему быть, жить рядом с тобой?
Какая у него любимая еда? Любимый фильм? Мультфильм?
С кем он дружит? Как зовут его друзей? С кем он враждует и почему? Какое место занимает в классе или группе детского сада? Пользуется ли авторитетом среди ребят во дворе?
Какие уроки любит? Какие ненавидит? Каких учителей любит? Кто ему не нравится? Почему?
Чем интересуется твой ребенок? О чем он мечтает? Делится ли он своими мечтами?
В кого он влюблен? В кого он был влюблен? Как звали этого человека? Почему любовь закончилась?
Какие огорчения были у твоего ребенка? Из-за чего он грустил? Чего боится твой ребенок? В чем он не уверен?
Чего ему не хватает в жизни? Что ему нужно от тебя? Какая поддержка нужна твоему ребенку?
Если мы все это будем знать, нам легче будет стать близким человеком своему ребенку. Легче будет оказать ему поддержку. Причем ту поддержку, которая ему действительно нужна.
Чтобы познать человека, нужно его полюбить.
Людвиг Фейербах
— Но каким образом я могу знать, что у него внутри? Что надо сделать, чтобы знать, что у него внутри? — часто спрашивают родители.
И ответ на этот вопрос прост. Чтобы узнать это — надо подойти близко к ребенку.
А для этого надо убрать дистанцию между нами. Смешно представить ситуацию, когда ты из соседней комнаты кричишь ребенку: «Что там у тебя внутри происходит? Что ты чувствуешь? О чем ты думаешь? Поделись со мной!» Пока между нами дистанция, никто не будет тебе открывать душу, впускать тебя в свой внутренний мир.
Но между нами и нашими детьми уже существует иногда дистанция, созданная нашей критикой, непониманием, отвержением. Поэтому (я не говорю тебе сейчас ничего нового!) прекрати использовать методы воспитания, которые устанавливают дистанцию! Иначе нам никогда не понять наших детей.
Нам надо приблизиться к нашим детям. Приблизиться чисто физически — быть рядом, смотреть в глаза, слушать. Нам нужно приблизиться психологически — присоединяться к ним, к их внутреннему миру. Об этом мы поговорим дальше.
Любить ребенка: уважать его право на желания
«Мало ли чего ты хочешь!» — кто из нас не слышал эту фразу. «Хотеть не вредно!» — говорили нам в детстве, и теперь мы говорим это своим детям…
В воспитании «по-старому» и такие вот реплики, и само отношение к желаниям детей, как к чему-то глупому, незначимому, — было нормой. И роль родителя в таких ситуациях была ролью вершителя: хочу — исполню желание, не хочу — не исполню.
Как часто говорили родители: «Я еще посмотрю, заслужил ты это или нет!» Как будто дети — собаки, которые должны выслужиться перед хозяином, чтобы им дали желанную кость.
И, как правило, родители в таком неуважении к детям и их желаниям даже не утруждали себя объяснениями, почему они отказывают ребенку. «Потому!» — один из самых распространенных ответов. — «Потому что я так решил!»
В нашем новом отношении к ребенку, как к равноправной и уважаемой личности, конечно же, должно быть заложено и уважение к детским желаниям.
Я думаю, что вообще наличие желаний, свобода выражения их: «Хочу! Хочу!» — и говорят о свободе личности ребенка. И ребенок как личность — имеет полное право хотеть чего-то (как и не хотеть!), о чем-то мечтать, о чем-то заявлять. Одной из основных характеристик «завязанного», послушного ребенка является полное отсутствие самовыражения, полное согласие с тем, что за него решат, что для него хотят родители.
Поэтому какое счастье, что наши дети — живы и свободны настолько, чтобы хотеть, желать и теребить нас своими постоянными «хочу!». Важно только наше грамотное родительское отношение к их желаниям! Потому что наше отношение к их желаниям есть показатель того, насколько мы уважаем ребенка. То есть считаем важным его самого, его интересы, желания, просьбы.
Нам нужно научиться уважать эти желания (это не обязывает нас их выполнять!). Нам нужно признать право наших детей на свободу иметь свои, иногда отличные от наших желания. В этом и будет заключаться уважение к личности ребенка, которое он должен чувствовать, чтобы осознавать себя личностью.
Но как часто мы привыкли просто отказывать, даже не задаваясь вопросом: нужно ли отказывать? Действительно, нам проще отказать, чем позволить что-то ребенку. Нам так спокойнее. Нам так удобнее. И в этом, если быть честным, и есть основная причина наших отказов. Но разве мы должны воспитывать наших детей, исходя из соображений нашего удобства и спокойствия?
Если мы хотим вырастить свободных, уверенных людей — мы должны позволить детям исходить из их интересов и желаний. (Хотя бы иногда!) Если мы хотим воспитать ценного и значимого человека, мы должны дать ему почувствовать эту его ценность и значимость. И именно для этого — уважать и удовлетворять значимые для него желания и запросы.
