— Ты хочешь узнать, какая моя кровь на вкус, — хмыкнула я, слегка выгибаясь и прикрывая тело куском одеяла, — или так и будем играть в кошки-мышки?
— И мышка по ходу дела тут я, — больше Леон не улыбался.
Мужчина резко отбросил в сторону одеяло, тут же притянул меня к себе, сажая сверху и, не дав опомниться от резкой волны ощущений, впился клыками в шею, вызывая при этом невероятно противоречивые эмоции.
Я никогда не думала, что боль может быть приятной. Тем более не думала, что она может вызвать такую яркую бурю эмоций и наслаждения.
В ту ночь мы не спали. Вообще…
В ту ночь я испытывала жар и невероятное наслаждение, которое хотелось продлить как можно дольше.
Мне кажется, мы уснули с рассветом.
Леон обнимал меня бесконечное множество раз и что-то бормотал в полудреме, я же просто отключилась, не в силах бороться с усталостью.
Сон… долгожданный покой… И запах.
Его запах…
***
— А чего это наш дракон цветет и пахнет? — завистливо прошептал Гарри, поедая бутерброд из ближайшего кафе. Сразу видно — холостяк. В отличие от Крайна, что пришел к ведьмам с личным контейнером, в котором лежал вкусный обед, вампир был обделен некоторыми милыми вещами, которые довольно часто происходят в отношениях.
— А чего ему чахнуть? — изумленно поинтересовалась Лара, подкрашивая губки алой помадой. О да, женщина выглядела шикарно даже в спортивном костюме. Уж не знаю, как так выходит, но на ней даже холщевый мешок выглядел бы как искусство произведения.
— Ну так ты же суккуб, — обижено заявил Гарри, наблюдая за тем, как довольный и счастливый Крайн о чем-то беседует с Риэль.
— И что с того? — не поняла Лара, — я, по-твоему, ночи напролет только и делаю, что питаюсь мужской энергией? Вот делать мне больше нечего!
— Ну, так ты ведь суккуб! — вновь изумился вампир, чуть не подавившись бутербродом. Судя по всему, еда у него была не вкусная, и вообще странно, что Гарри купил что-то в кафе с учетом его вампиризма, — суккубы не могут без этого… ты поняла, без чего.
— Вкусно? — Лара быстро перевела тему, кивая в сторону бутерброда.
— Очень! — хмыкнули в ответ, — я под слой с сыром кофе сыпанул, добавил туда водорослей и залил все тонной кетчупа. Знаешь, вроде даже какой-то вкус есть у всего этого новый… Но ты от темы не уходи… Почему дракон не издыхает от бессилия?
— Потому что я впервые за долгие годы съел целую кастрюлю борща, — довольно пролепетал Крайн, поглаживая свой животик, — вку-у-усно… Не передать словами, как! Лара замечательно готовит, между прочим.
— И кушает она тоже не хило так, — как бы между прочим заметил Гарри, косясь на меня с Леоном. Мы вдвоем сидели на скамеечке возле тренировочной площадки и поедали сухарики. Я — обычные, а вампир — сушенные водоросли.
— И этот вон… правдоруб… тоже довольный… Что, ночь удалась, да? Один я тут страдаю от голода, холода и холостяцкой жизни?
— Если для тебя твоя жизнь мучение, — заметила я, — то в случае попадания в плен к Саре, мы тебя там и оставим. Как такой вариант?
— Понял, госпожа! — Гарри весело заулыбался, скрывая внутри себя некую обреченность. Знать бы, с чем она связана… — не унывать, думать на позитив и чистить карму. Так что там с глав гадом? Что-нибудь интересное нашли?
— Нет, мой милый ученый, — Риэль как обычно сверяла данные, за мной подглядывала, следила, но делала это очень ненавязчиво, — но ваши данные мне помогли. Кстати о помощи…
Риэль позвала к себе Лару с Гарри, хмыкнула, глядя на довольного дракона, и подмигнула мне с Леоном.
— Задумала что-то гадостное? — шепнул Леон, наблюдая за ведьмой.
— Мне кажется, что да.
Ведьма довольно часто что-то обсуждала с ученым советом, собирала ведьм из клана для корректировки плана и наблюдала за мной со стороны. Меня это нисколько не смущало, не напрягало, и если быть совсем честной — не вызывало совершенно никаких эмоций, что странно.
После пробуждения прошло довольно много времени, постепенно приходя в себя наступило осознание, что чувства меняются. Окружающий мир уже не казался столь радужным, но при этом он был словно более наполненный правдой. Я подмечала детали, обращала внимание на лица тех, кто меня окружает и каким-то невероятным образом умудрялась угадывать не только настроение, но и мысли. Нет, я не слышала того, что люди думают, но я видела их мысли в мимике, в движениях тела, во взгляде.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В клане началась паника, ведьмы нервничали. Но держались достойно. На их лицах не дрогнул ни единый мускул, но вот глаза… В глазах отчетливо виделось непонимание ситуации, а так же жажда как можно скорее во всем разобраться.
Находясь среди ведьм, я видела многих представителей и других кланов, Риэль приглашала кого-то тайно, кого-то в открытую, но под предлогом очередного совещания и разборок относительно территории. Конечно же обсуждались совсем иные вопросы, нежели кто кому и когда дорогу перешел.
— А может не надо? — стоя рядом с Леоном, я наблюдала за тем, как вампир пытается повторить эксперимент с цветком. Нам выделили зал, так же попросили набрать команду из тех нелюдей, кому мы доверяем и Леон полностью взял это на себя — я мало кого знала, но могла наблюдать со стороны, — может все же они передумают, а?
На очередном собрании появился Томас. Бедный глава магов чуть ли не рыдал, сидя рядом с Риэль и разговаривал при этом по телефону. Ведьма тоже нервничала, молча подслушивала и чуть ли не молилась.
— Чего это с ними? — не сразу поняла я, наблюдая за тем, как просыпается страх в глазах колдунов.
— Не знаю, — тихо заметил Леон, но подходить ближе не стал. Точнее ему не дали. Стоило парочке заметить нас, как те дружно и довольно активно замахали руками, тонко намекая, что “а не свалил бы ты отсюда, смерд несчастный”.
— Слушай, Себастьян! Ты со своим Вышеградом уже заколебал меня! — грозно прошептал Томас, сжимая кулаки, — у нас тут свой апокалипсис, а ты мне звонишь и говоришь, что у тебя Яга от Кощея рожает очередное вселенское зло (прим. автора: отсылка к книге “Берегись, Кощей! Ведьма в отпуске”) и вам нужен необитаемый остров! Где я тебе сейчас на территории России найду необитаемый остров, а?
Не знаю, что там ответили на том конце, но Риэль резко побледнела, уставилась на Томаса и молча, зато довольно активно замахала руками в качестве протеста.
— Себастьян, — маг пытался сохранить спокойствие и держался молодцом, — я понимаю, насколько это важно, и понимаю, что этот ребенок может стать очередным злом, но это ты проглядел! Какого лешего в Лысегорье такое происходит? Вы вообще отдельно от нас существуете! Нет у меня никакого острова, единственное, что могу сделать, это поговорить с коллегами на островах в средиземном море…
— Да у них там у самих полная… — шепнула Риэль, тяжко вздыхая, — ну почему если кто-то собирается уничтожать мир, то обязательно появляется еще кто-то, кто желает того же, да еще и в нескольких уголках мира одновременно? Какой-то кошмар…
— Простите, а что за Яга? — я не могла не спросить… Это было просто невозможно, а любопытно-то как!
Риэль глубоко вздохнула, опустила плечи, и продолжила, явно подбирая слова:
— У нас есть наш мир, в котором мы живем… хотя, наверное, я не так объясняю…
— Короче, — Леон все же вмешался, тихонько улыбаясь, — есть место, что-то вроде Лукоморья, но называется Лысегорьем, где живут Кощей с Ягой. Черный кот, русалки на ветвях сидят, эльфы бродят и прочие прелести жизни. Так вот, они живут обособленно от нашего мира, сидят на источнике энергии другой полярности и стоит им шагнуть на нашу землю, как их магия условно теряется. Условно, потому что меняется полярность, и тело не успевает адаптироваться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— И теперь местная власть этого Лысегорья просит помощи, потому что проглядела союз ведьмы Жизни, управляющей стихиями, и мага Смерти, что тоже к стихиям питает любовь, — рыкнула ведьма, — и их ребенок до ужаса опасен и… а хотя леший с ними! Что там с нашими тараканами? Вы набрали команду?
