нами, так как мы опасались, что он может что-то сделать. Его отсутствие очень быстро заметят и скоро начнут искать, а потому стоит поторопиться.
Мы добрались до входа в лагерь, что преграждало просто огромное бревно. Здоровенный ствол дерева, обрубки ветвей которого заострили, превращая в своеобразные колья… Или шипы, как на вездесущих колючих лозах. Местные, когда им надо было, с помощью магических лоз и такой-то матери ставили его на попа, но на то, чтобы сделать это тихо и втроем он не был рассчитан вообще. Таурены вполне могут его сдвинуть, но вот пробраться внутрь незаметно для них затруднительно. Еще Кэрн сказал, что может попробовать его сломать своей алебардой, но не с одного удара точно, а если начнет долбить, то это услышат остальные и придут нас убивать.
Так что роль открывающих должны взять на себя мы, а точнее я. Изначально, мне должны были помогать еще трое, но из-за вмешательства шамана пришлось двоих отправить подавать сигнал и прикрывать нас.
— Большое… — хмыкнул я, смотря на просто огромное полено. Без понятия, где они такое добыли и как тут установили, но голыми руками сдвинуть его не получится.
Благо для этого у нас предусмотрено решение.
Я вытаскиваю из подсумка специальные бумажные амулеты, которые для меня сделал Зак. Это амулеты левитации. Их нужно прицепить к предмету и тот временно станет невесомым, так что даже я смогу легко отодвинуть. Амулеты сделаны из бумаги, довольно хрупкие, но за то время что у нас было ничего лучше Закриэль просто не успевал сотворить.
— Прикрывай, — дал я команду Марти.
Тот кивнул и стал вглядываться в белую пелену.
Увы, у нас тоже обзор не самый лучший в таком тумане. Нет, местами лучше, чем у остальных, но даже мы через такое видеть не можем.
Пока я развешивал амулеты, Марти следил за округой.
Вроде все тихо, а потому я активировал их и огромное бревно чуть-чуть оторвалось от земли. Аккуратно подняв его, начинаю осторожно двигать назад. Дело осложнялось тем, что оно начало скрипеть, и пришлось потратить несколько секунд на наложения звуковой иллюзии, дабы заглушить эти звуки. Увы, слишком многое оно не скроет и придется быть аккуратнее.
Шаг… еще шаг… осторожно и не спеша, ведь всякое может случится…
— Враг! — сказал Марти.
Тут из тумана спокойно выходит один из свинолюдов и тут же замечает нас.
Рывок!
Моментально оказываюсь возле него и бью пальцами в глотку, не позволяя тому пискнуть, а затем втыкаю нож в голову.
Убит…
Но проблемы на этом не закончились, и появилось еще два патрульных.
Один то ли заснул на ходу, то ли просто был подслеповат, но нас он не заметил и прошел вперед к бревну, и только пройдя мимо очнулся.
Рассекаю его горло, а затем ловлю тело.
В это время второго добивает егерь.
Быстро утаскиваем тела в сторону и маскируем их.
— У нас проблема, — шепнул парень, указывая на бревно.
Подхожу к нему и с ужасом смотрю на испачканные в крови бумажные амулеты. Из-за этого руны растеклись и потеряли силу. Не все амулеты пострадали, но треть так точно и теперь бревно стало просто непреодолимым.
— Бездна… — тихо выругался я.
Меж тем, максимально тихо как могли, подошли таурены и Кэрн дал сигнал, что он со своими бойцами на месте.
— Что будем делать? — спросил Марти.
Я и сам лихорадочно искал решение проблемы.
Мертвых патрульных очень скоро начнут искать, как и шамана, а потому счет пошел на минуты.
— Есть идея, — мрачно произнес я. — Прикрывай меня и не дай никому подойти близко.
— Понял…
Парень не стал задавать вопросов, а я подошел к краю бревна и, встав в боевую стойку, стал готовиться.
Лапа тигра — это очень сильный удар, способный опрокинуть даже рыцаря в полном доспехе, а может и коня. Но его силы не хватит на то, чтобы оттолкнуть бревно… однако если само движение наполнить не просто духовной энергией, а самой силой ветра, то… то отталкивающая сила будет увеличена в разы…
Этого я еще никогда не пробовал, но видел, как такое применяют.
Все же силы «Ветробега» я изучал, мягко говоря, факультативно. Да, это полезно — знать, что и как тренировать, на случай если через пару сотен лет достигнешь в своем ремесле пусть и не совершенства, но отметки, дальше которой никто еще не заходил. Но это знание взять и применить в бою попросту невозможно. Нет ни нужных рефлексов, ни выработанной тактики, ничего.
Лор’Темар был прав говоря, что у меня мало опыта в использовании монашеского стиля. У меня почти не было нужды много сражаться как монах, а потому многое я просто не умею. Я был ценнее для Шадо Пан когда занимался лечением раненых и только на этом аспекте я концентрировался, но сейчас придется припомнить основы. Благо цель не двигается и не пытается ударить меня в ответ, а значит молниеносные рефлексы и не нужны — хватит обычного сознательного контроля.
Принимаю широкую стойку и отвожу правый кулак назад, вперед выставляя левую ладонь. Начинаю концентрировать энергию в своей руке и чувствовать импульс, идущий от пятки, проходящий по ногам, позвоночнику и заканчивающийся пульсацией в пальцах.
Ветерок закрутился вокруг меня и с каждым мгновением усиливался, но никак не хотел концентрироваться вокруг одной точки, двигаясь хаотично.
«Не дергайся, ближе… давай…» — повторял я, про себя пытаясь направить ветер в нужную мне сторону, но воздух, словно дикий конь, был не согласен поддаваться узде и всячески сопротивлялся контролю.
Это начало раздражать, но я не позволял эмоциям взять над собой вверх и продолжил пытаться.
Меж тем моего уха, достигли звуки шагов и хрюканья.
Другие патрульные заметили отсутствие сразу трех коллег и заволновались, а потому задвигались активнее.
Двое пробежали мимо и благодаря плотности тумана не засекли нас, но вот следующая группа оказалась уже ближе…
И прошла мимо…
Пока везет, но это ненадолго.
— Идут к нам… — произнес Марти и приготовился меня защищать.
Я же не отвлекался и продолжал концентрироваться на нужном моменте, все также безуспешно пытаясь обуздать ветер. Сейчас я поистине чувствовал себя наездником, на лихом и диком коне, что никак не хотел понимать мои действия. Все попытки ласково и осторожно приструнить нрав животного ни к чему не приводили, а попытки договориться просто игнорировались, что все сильнее порождало злость внутри меня, но этому я не позволял выйти наружу и подавлял, дабы не нарушить концетрацию…
— Тут!
Из тумана показалось сразу двое свинолюдов, и Марти тут же вступил с ними
