Стук повторился. Лисица заметалась по комнате вновь, уже в поисках одежды.
«Боги, да какая разница, в чём я?! Я же не собираюсь на бал», — наконец, плюнула в сердцах девушка и, сжимая Ежевику, подошла к двери.
— Кто это?
— Околот, — донёсся густой бас. — Пришёл от хозяина.
Лисица отодвинула задвижку и отпрыгнула назад, выставив перед собой включенный рефрактор. Другой рукой она пригладила торчавшие после сна волосы. Дверь открылась, и мужчина, который ещё позавчера предлагал ей бежать, медленно переступил через порог. При виде девушки и её позы на его лице всплыла заинтересованная улыбка.
— Я тут принёс тебе верхнюю одежду.
Только сейчас девушка обратила внимание на то, что в его мускулистых руках лежала невысокая стопка сложенных вещей.
— Здесь есть платья и штаны нескольких цветов. Я не знаю, какие тебе нравятся. В общем, вот — выбирай, а я подожду за дверью. Как будешь готова, выходи — я проведу тебя к Сутраку.
Лисица осторожно подошла к мужчине и приняла у него стопку одежды.
— Спасибо, Околот.
Кивнув, мужчина шагнул назад и закрыл дверь. Девушка разложила вещи на постели и начала одеваться.
«Что же, если они оставили чистую одежду, то вряд ли намерены тут же пачкать её кровью».
2
Околот привёл её в помещение, которое служило личным кабинетом Сутрака. К этому выводу Лисица пришла с удивлением, ведь хозяина таверны она считала вором и хозяином таверны. Комната с множеством шкафов и письменным столом не вязалась ни с одним из этих образов. Не добавляли убедительности и два магических светильника, которые освещали кабинет с яркостью десятка факелов. Сутрак сидел за столом, читая письмо. Услышав гул потайной двери, он поднял взгляд на девушку, которая шагнула через порог вместе с Околотом.
— Дружище, побудь снаружи. Я хочу поговорить с гостьей наедине.
— Добро, — кивнул тот и исчез в потайном проходе. Девушка подошла к столу и села в пустое кресло. Сутрак положил письмо перед собой и улыбнулся.
— В первую очередь должен сказать, что салатовый цвет прекрасно тебе идёт.
Лисица опустила глаза.
— Спасибо.
— Во вторую очередь хочу поблагодарить тебя за работу. Этой ночью мои мозоли на заднице в кои-то веки блаженно молчали. Где ты научилась так ловко работать по металлу?
— Отец научил.
— Значит, ты дочь ремесленника?
— Верно. Он работал разных дел мастером у одного фермера, недалеко от Элеура.
— Понятно. Должно быть, он хорошо зарабатывает, если его дочка может позволить себе рефрактор.
— Рефрактор я украла, конечно.
— Конечно. Несомненно, подобрала с трупа.
— Тьфу-тьфу, нет. Я украла его, пока хозяин отвлёкся.
— Понятно. А откуда у тебя кристаллы сциллитума? Неужели хозяина отвлёк гарем отборных красавиц?
Девушка пожала плечами. Сутрак вздохнул.
— Я думаю, ты лжёшь. Причём по лицу вижу, что это вызывает у тебя странную смесь удовольствия и стыда.
— А что вы?
Мужчина поднял бровь.
— А что я?
— Вы ведь тоже лжёте насчёт того, кем являетесь. Откуда у вас столько золота, чтобы покупать у рефраманта огонь для светильников? Что это за кабинет, который подошёл бы больше какому-нибудь дивайну и купцу? И наконец — почему вам от меня что-то нужно, помимо навыков плотника и кузнеца?
— Я никогда не говорил, что являюсь только хозяином таверны. Я никогда не называл себя вором. Я глава тайной разведки в Забрасине, и мне нужно знать, зачем здесь появилась дочь самого… — он запнулся, выразительно глядя на девушку.
Лисица несколько раз по очереди надула щёки.
— Вы ведь ничего не знаете. А я не верю в то, что вы работаете на Дивинат. Как мы можем прийти к взаимному доверию?
— Кое-что я всё же знаю, — мужчина взял в руки письмо, которое лежало перед ним, и протянул девушке. — Вот, прочти. Здесь стоит печать и подпись одного важного человека в Дивинате. Учитывая то, о чём здесь говорится, ты можешь вычеркнуть меня из списка своих врагов. Более того, если я прав насчёт тебя, то у нас есть общие цели, а у меня к тебе — работа. За неё я заплачу хорошие деньги.
Девушка пробежалась взглядом по содержимому письма. Сутрак тем временем разглядывал её, уперев подбородок в ладонь. Закончив читать, Лисица подняла глаза на мужчину. Он действительно был главой тайной разведки. В отставке. Мог ли он играть в какую-то свою игру или действительно искренне нуждался в помощи и хотел помочь ей?
«В любом случае, дурочка, не вздумай сболтнуть лишнего. В прошлый раз твой длинный язык привёл к катастрофе».
Деликатный кашель Стурака вырвал её из раздумий.
— Ну что, приоткроешь завесу тайны?
Лисица минуту молчала, взвешивая все за и против. Потом, набрав в лёгкие воздуха, она начала рассказ.
Глава 15. Наказание
9 лет назад, 1098 год от создания Триединой Церкви.
Гирем лежал на диване, обитом мягкой кожей гесторнеса, и держал в худых руках раскрытую книгу. Фолиант был настолько объёмным, насколько и древним. Мальчик перевернул страницу и обнаружил, что дошёл до середины. Зевнув, покрутил головой, потом посмотрел на песочные часы, стоявшие на круглом библиотечном столике. Прошло больше трёх часов.
«Она должна была закончить утреннюю уборку», — подумал Гирем и встал на ноги. С колен скатился рефрактор; жезл с глухим стуком упал на ковёр. Громко охнув, мальчик быстро поднял оружие, словно кто-то мог украсть его. Повесив рефрактор на пояс, он подошёл к большому зеркалу на стене и покрутился перед ним, любуясь отражением.
«Вот только бы ещё уметь им правильно пользоваться», — мысль, некстати пришедшая в голову, несколько подпортила настроение. Вздохнув, Гирем оторвался от созерцания подарка, вернул фолиант на полку и вышел в коридор. Перейдя на бег, мальчик едва не сбил одну из служанок. Спустившись по лестнице вниз, он махнул рукой Шейле, которая подметала пол, и вылетел на тёплый весенний воздух. Сощурившись от яркого солнца, снял с пояса рефрактор и взмахнул им, представляя, как посреди двора раскалывается земля, а оттуда, скрежеща каменными связками, выбирается огромный голем.
Сбоку неожиданно донёсся вскрик. Опустив жезл, Гирем посмотрел в ту сторону. Молодой конюший замер, держась за сердце и тараща на него глаза.
— Боги, дивайн! Я уж было подумал…
— Не бойся, я его даже не включал, — улыбаясь, мальчик помахал рефрактором. — Просто воображаю.
— Тогда будь осторожнее с воображением, дружок, — раздался сзади голос Алана. — Оно у тебя довольно богатое.
Дядя вышел на улицу, держа за руку ребёнка. Гирему Негал всегда казался непонятным существом. Белобрысый, с глупым взглядом и оттопыренными ушами, он был точно таким же, как и Бедос, родившийся на несколько минут позже брата. Гирем подошёл ближе к Алану.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
