или добровольные осведомители. Вообще стараюсь избегать лишних встреч, насколько это возможно в открытой степи. Моя гигантская фигура легко привлекает к себе внимание.
К вечеру следующего дня меня встречает один из клановых прихвостней. Его, как и меня, заметно издали. В степи не так уж много укромных мест. Это я проверил лично, когда вставал на ночлег. Да он и не пытается скрываться, а словно сам призывает к сражению, взобравшись на холм.
Выжженное солнцем лицо подобно степной земле. Сухое и безрадостное. Обветренные губы и взъерошенные тёмные волосы. Глаза на выкате, как у той рыбы. Я запомнил его. Зовут Лим. Догонял пленников и в битве не участвовал.
— Обезьяна так далеко убежала от своего леса? Не страшно? — хорохорится он и пытается походить на своего господина даже словами. — Впрочем, не важно, какое ты животное. Станешь ступенькой для моего роста и кормом для нашей степи.
Он сжимает кулаки, занимая боевую стойку, и по его телу пробегает дрожь. Явно сам не верит, что сможет одолеть меня, но что-то заставляет его так рисковать. Неужели обещание плодов Кровавой Сакуры так затмевает его рассудок? Или же страх господского наказания? Небось, Валкор свалил собственное поражение на него и велел принести мою голову, иначе Лим лишится своей.
— Не хочется даже руки марать о такую шваль, как ты. Однако же придётся, иначе вы продолжите изводить невинных людей, — я разминаю кулаки, долгой беседы не будет.
— Невинных? — взмахнув рукой, противник закручивается вокруг себя камни. — Это смерды, идиот. Их участь — страдать и пахать, пахать и страдать! Своей никчёмностью они подписали себе смертный приговор! Теперь подохнут от голода, ведь свой урожай сами и просра…
Закончить он не успевает. Миг. И уже катится кубарем по земле от моего удара. Кулак с хрустом вонзился ему в грудь, вызвав болезненный вскрик. Лим сразу же вскакивает, выдёргивая из-за пазухи охапку свитков. Его Ки сжигает пергамент, и в воздухе загорается несколько печатей.
Забавно. До этого не встречал тех, кто действительно использует эти одноразовые техники, положенные на бумагу.
Лёгкий Шаг ускоряет, превращая мой рывок в единое скользящее движение. Навстречу мне вздымается каменный вал. Разгоняюсь и тараном прошибаю эти стены. Их к тому же украшают шипы, вылезающие со всех сторон, но мне они навредить не могут. Крепче Камня стойко выдерживает давление.
Ломаю стену за стеной, создавая горы крупных обломков и мелкого щебня. Чужая аура мечется неподалёку, постоянно смещаясь в попытках уклониться от моей атаки.
Шиш тебе.
Выныриваю из вороха каменных осколков, как рыба из воды. Оплетающий Побег опутывает ноги врага, мешая бежать. Мои кулаки точно находят его слабые места — акупунктурные точки. Барабанным ритмом нарастают удары, и его мотыляет из стороны в сторону. Однако корни не дают ему упасть.
Ядро силы, расположенное в груди, трещит под моим напором. Врага охватывает зеленоватый свет, и он стрелой отлетает прочь. Помогает себе встать с помощью выстреливших из земли каменных столбов, но выглядит уже крайне паршиво.
Ноги Лима подкашиваются. Распахнутая одежда обнажает ушибленное тело: по бокам расцветают тёмные кровоподтёки, на сломанных рёбрах запеклась густая алая корка. Лицо опухло и неузнаваемо: глаз заплыл, разбитая бровь заливает его юшкой, нос свёрнут набок.
Тяжело дыша и харкая яркой слюной, он ещё пытается держать оборону, но конечности бойца предательски дрожат и не слушаются. Пошатнувшись, он опирается о столб и тихо поскуливает от боли. Движения его потеряли былую резкость, превратившись в жалкую возню изувеченного зверя.
— Гробница! — кричит он, широко расставив руки.
Земля открывает свою чёрную пасть под моими ногами, вот только меня там уже нет. Лёгким Шагом смещаюсь вплотную к врагу, и его рёбрам вновь приходится отвечать за длинный язык своего господина.
Оплетающий Побег разрастается мелким кустарником. Лим так легко попадает в мою ловушку, что становится очевидно, он привык издеваться на безропотными крестьянами, а не отстаивать жизнь в поединке.
Не в силах выбраться из терновника адепт пытается контратаковать, но куда там. Тело душегуба дёргается под шквалом моих ударов. Кастеты сминают кости и плоть, и вот осколок ребра пронзает его чёрствое сердце, заставив воина безмолвно осесть посреди шипастого кустарника.
Его смерть меня не трогает. Коли жил без жалости к окружающим, не плачь, когда и тебя не пощадят.
Время едва поспевает за моими ногами. На пятый день на берегу пересохшей речки замечаю небольшой город. Вокруг него тянется добротная высокая стена. Смотровых башен восемь, по две с каждой стороны. В северной части возвышается небольшая мрачная пагода. Вот значит, где находится клановый дворец.
В город мне удаётся пробраться под покровом ночи. По улицам шатается скверно экипированная стража. Доспехи сильно потрёпаны, оружие проржавело. Да тут проблемы не только с деньгами, но и с дисциплиной. Какой воин не станет следить за собственной бронёй и клинком? Только тот, что давно обленился, гоняя беззащитных крестьян, и не знает регулярных тренировок.
Пока мне нет дела до них. Эти горемыки не похожи на злодеев и мало чем отличаются от самих крестьян. Такие же худые и болезненные. Разве что одёжкой. Хотя эти обноски, кроме как посмешищем, назвать не могу.
Тёмным пятном скольжу по крышам небольших домиков, проводя внутреннюю разведку. Людей на улицах почти нет, а редких прохожих поспешно загоняют внутрь стражники.
Как удаётся подслушать, сейчас в городе введён комендантский час. Жителям строго запрещено выходить после заката, и для этого нужно специальное разрешение. Если его нет, последствия для нарушителя могут быть весьма плачевные.
В местах скопления стражей замечаю людей в алых одеждах, правда, менее пышных, чем у Валкора. Достаточно долгу слежу за ними, и, наконец мне представляется удачная возможность. Кланового адепта и стражника в темноту пустых улиц затягивает Оплетающий Побег.
Допрос проходит быстро и жёстко. Представитель Алой Сакуры молчит до последнего и обескровленный теряет сознание. После этого городской стражник сразу начинает говорить.
В этом населённом пункте творится всё то же, что и на остальных землях клана Алой Сакуры. Открытого бесчинства нет, но то тут, то там пропадают люди. Стража ничего не может с этим поделать. Помочь обычным жителям не в их силах, когда сам легко можешь потерять голову. Ведь в ситуациях, где замешаны члены правящего клана, правда всегда на их стороне. Приходится терпеть и надеяться, что ты не будешь следующим неугодным.
Приходится крепко связать обоих пленников, засунуть им кляпы и спрятать в одной из пустующих халуп. Через какое-то время они или сами освободятся, или их
