сама выразилась.
– И что же дальше? Он вернулся домой?
– Он робот! Точно робот, – вставил братик с восторгом. Спрыгнул со стула и принялся изображать только ему известного робота.
– Почему бы и нет, – улыбнулся Женя. – Хотя от человека не отличить. Так вот, значит… От Тихого океана он повернул назад и опять сразу, без остановки и перерыва. И представьте себе, вновь добежал до Черного моря. Искупался и побежал обратно. Он сильно оброс, похудел. Когда кроссовки изнашивались, ему дарили новые фанаты во встречных городах. Однако вдруг, неожиданно, у самых Уральских гор Серый Беглый перешел на шаг, а потом и вовсе остановился. Сказал просто: «Я устал и хочу домой». Повернул назад и побежал на родину. Ко-нец.
– То есть вернулся все-таки домой, к семье? – уточнила Мария, с облегчением улыбнувшись.
– Бабуль, он все еще бежит, – ответил Женек так, точно всем это давно известно. – Может, сейчас мимо Комсомольска пробегает.
– Ну нет, не может быть, – внезапно нахмурилась она. – Я наши новости, которые в республике, каждую неделю смотрю, и про твоего заводного бегуна уж должны были сказать, но нет.
Женька прятал улыбку.
– Во-о-от, – протянула она. – А говоришь, сказки – это скучно.
– Но это не сказка, это ки…
– Сказка, сказка, – махнула рукой бабуля, а затем наклонилась к нему, пододвинувшись. – Но ты мне скажи, почему он бегал без остановки?.. И почему все дальше и дальше от дома?
Женька задумался. Разве ему не хотелось просто бежать? Наверняка хотел сделать что-то запоминающееся, что не делал никто… Что еще может быть?
Бабушка явно ждала что-то другое. Но что Женя не знал, поэтому выдал готовый ответ, который припомнил из фильма:
– Кажется, у него перед этим всем умерла мать. От болезни.
– Эх, дружочек, – покачала головой Мария. – Так ты самое главное в этой истории пропустил. Потому он и робот у тебя.
Женек снова пожал плечами. У нее, значит, в сказке все должно быть хорошо и замечательно, а у него… Он протянул ей доску с рыхлой кучкой морковной стружки.
– Вот, бабуль, я всё.
– Ну, тут молодец. Скоро и суп научишься варить. Какая польза, а, от заточения!
Бабушка довольно засмеялась.
После она разрешила, пока не вернулась мама, посмотреть телевизор. Как раз показывали первый полуфинал Чемпионата Мира. Несмотря на то, что матч был достаточно сенсационным из-за того, что в одном шаге от финала оказалась сборная Кореи, игра вышла не особо яркой. Немцы забили единственный гол ближе к концу, а Саша, проголодавшись, слинял на кухню еще раньше. На последних минутах пришла мама. Женек выключил телевизор и распахнул книгу, которую все это время предусмотрительно держал в руках.
– Четыре страницы со вчера? – упрекнула она, заглянув в книгу. – Что ж ты делал целый день?
Глупо полистав страницы, Женька попробовал выкрутиться:
– Думал о своем поведении…
– И до чего додумался? – мама стянула с головы косынку и со вздохом опустилась в кресло.
– Ну, типа что яблоки это не игрушки, тем более чужие… и спелые.
– И всё? – спросила мама уже менее серьезно.
– Ну, еще груши, конечно.
– Уже хорошо.
– А еще что зло это гниль приставучая, – вспомнил Женя. И отметил, что знание это отложилось, хотя он и не старался.
– С бабушкой пообщался. В кои-то веки. Какая польза-то от заточения, – усмехнулась мама. – Говорит, суп вместе готовили. Будем пробовать.
Она смахнула косыночкой капельки пота со лба, встала и пошла на кухню.
* * *
Вечером Женька лежал в их с братиком кровати и терпеливо вникал в «Детство» Горького, такое непохожее на его. Приходилось перечитывать предложения по два-три раза и затыкать уши – за тонкой перегородкой в зале смотрели телевизор. Мама, дядя Юра, тетя Лиза отдыхали после рабочего дня, Сашка был с ними. И Катя. Только она была не счастливее Женька, потому что сестры не взяли ее с собой на танцы в клуб. Выходить в зал не стал – лучше бы уснуть поскорее, чтобы еще один день наказания прошел, да и смотрели они «Кто хочет стать миллионером?», а ему больше нравилось «Слабое звено».
Когда стали готовиться ко сну, они с Сашей сбегали в туалет, на обратном пути Женя заглянул к бабушке пожелать спокойной ночи.
– Идите в постель, а я сейчас, – ответила она с загадочным прищуром. – Только не моргайте, а то уснете тут же, а у меня для вас история на ночь есть.
Женька с Сашей вернулись в комнату и уселись по разным концам кровати.
– Кто первый моргнет, тот спит у стены, – объявил Женек. – Понял? На счет раз, два, три.
В следующую секунду братик хлопнул веками.
– Ты моргнул! – поспешил заметить Женя, чтобы Сашка не успел отвертеться. Но тот и не думал:
– Ага, – кивнул без доли огорчения.
– Спишь у стенки.
– Ага, – обрадовался братик и пополз в этот закуток.
Пришла бабушка. В ночной сорочке, в тапочках на голые ноги. Что-то в ней переменилось. Не сразу Женя сообразил, что впервые видит ее без платка на голове. Седые, точно посеребрённые, волосы были сплетены в косу, которая покоилась на плече. Мария вдруг постарела. И это странно. Он знал, она бабушка и, конечно, ей много лет, но почувствовал это только теперь. Почему-то ждал, что она придет с книгой в руках, раскроет ее и прочтет свою сказку, но руки ее оказались свободны и, удивительно, тоже немолоды. И как он раньше не замечал.
– Когда этот дом только строили, – начала Мария, присев на край кровати, – а строили тогда всей деревней, звали соседей, друзей, кумов, сватов, – в перерывах между работой, когда мужики уходили обедать, или в дни, когда стройка пустовала, дети бегали по стенам, перегородкам и половым доскам, такая у них игра была в догонялки.
– Как это, по стенам? Вертикально вверх, что ли? – не понял Женька.
– Дом только строился, и стены не были высокими, они поднимались бревно за бревном, понимаешь? В первые дни они были высотой в три, четыре, пять бревен. И пол не был уложен полностью, только несколько досок для рабочих. И вот, когда стройка останавливалась, дети залазили на верхние бревна и бегали по периметру дома, срезая по перегородке между залом и кухней или по половым доскам. Им очень нравилась эта забава, потому что, если ты играешь в нее, значит, ты бесстрашный, ловкий и находчивый. Ведь нужно быть смелым, чтобы коленки не тряслись, когда бежишь по бревну над землей, нужно уметь держать равновесие и нужно иметь смекалку, чтобы тебя не догнали.
– А-а, понял, понял, мы тоже, бабуль, – вспомнил Женька. – Только мы ходили
