– Здравствуйте… я бы хотела, чтобы вы мне подтвердили подлинность данной копии и верность ее оригиналу.
– Что это? – крайне недовольно спросил он.
– Копия свидетельства о рождении.
– Но это ведь не ваш документ. – Даже несмотря на свою близорукость, он смог разглядеть имя и определить, что я никак не Дэвид Барле.
– Это мой будущий муж.
– Хм… А как вы можете это доказать? У вас есть какой-то документ?
– Нет, но я могу показать наш брачный контракт.
Как я все-таки предусмотрительно сделала, что забрала себе все документы, даже те, которые вроде бы и не должны были мне никогда пригодиться. Он бегло взглянул на странички с подписью, которую я как раз подделала накануне, и исчез, убедившись в законности моего запроса. Несколько минут спустя старик появился, с трудом волоча ноги, видимо, сказывались годы и бесконечная скука.
– Оно соответствует оригиналу.
– По всем пунктам? Даже родители…
– Оно полностью соответствует оригиналу, говорю я вам.
– Спасибо. Вы были очень любезны, – почтительно сказала я. Потом сделала вид, что ухожу, но тут же вернулась к его столу.
– Я бы не хотела злоупотреблять вашей любезностью…
– Что? – рявкнул он.
В этот утренний час я оказалась единственным посетителем, которому что-то от него было нужно. И оттого, что мой визит несколько задержится, никто не пострадает, разве только он начнет клевать носом над своими бумагами на несколько минут позже.
– Скажите, а в вашем же ведомстве выдаются акты о смерти?
– Да.
– А возможно ли проверить, фигурирует ли там одно имя?
– Какое?
– Дельбар.
– Это ваш родственник?
– Нет… – я решила немного приврать. – Это мать первой жены моего будущего мужа.
Он посмотрел на меня испепеляющим взглядом, но потом расценил, что, пожалуй, так удастся проще и быстрее от меня избавиться, тем более что ничего противозаконного в моей просьбе не было.
– Вы знаете ее имя?
– К сожалению, нет, – покачала я в ответ головой.
Старик быстро застучал по клавишам, а потом спросил:
– Вы даже примерно не знаете, когда она умерла?
– Это может быть когда угодно, в любое время, начиная с шестидесятых годов и до сегодняшнего дня.
– Так… – заскрипел он зубами.
Я изо всех сил искала в памяти какие-нибудь детали, которые помогли бы его поискам. Но ничего не вспоминалось, разве что…
– Дельбар – это была ее фамилия по мужу.
– А девичья фамилия?
– Без понятия. Но ее мужа звали Жан-Франсуа, он умер в 2005-м, если я ничего не путаю.
– Жан-Франсуа Дельбар, нотариус?
Он удивленно поднял на меня глаза.
– Да.
Нет ничего удивительного в том, что в таком маленьком провинциальном городке служащие мэрии прекрасно знакомы с нотариусом.
– Вот, нашел. Флоранс Дельбар, урожденная Монтроризе, вышла замуж в 1965 году.
– Это она! – радостно воскликнула я.
– Но, согласно данным в моей базе… госпожа Дельбар до сих пор жива.
Он сказал это таким тоном, словно меня сие известие должно очень сильно разочаровать. Но для меня, напротив, эта новость была самой лучшей, какая только возможна в рамках моего расследования. Вот он, ключевой свидетель юности Дэвида, Луи и Авроры! Хоть один из их близких, кто избежал смерти…
Я не стала больше злоупотреблять его терпением и спрашивать, есть ли у них адрес, по которому сейчас она проживает. Высшие силы благоволили моему расследованию, так как имя Флоранс я обнаружила в справочнике, который находился в открытом доступе в компьютере, стоящем в холле библиотеки.
Улочка, где находился ее дом, была маленькой и ничем особо не отличалась от всех остальных улиц квартала Параме, который располагался приблизительно в двух километрах к востоку от центра города. Погода стояла хорошая, и несмотря на то что дул прохладный северный ветер, я решила дойти дотуда пешком, прогуляться по песчаному берегу и полюбоваться морем.
Идя пешком, я заметила, как меняются цвета на море, как они зависят от расстояния, волн, освещения, какими разными оттенками может отливать вода: от изумрудного, почти прозрачного до серо-зеленого, темного, с металлическим отблеском.
Дом номер семь совершенно ничем не отличался от своих соседей: гранитные стены и сланцевая крыша. Я нажала на звонок и добрых пару минут простояла под дверью, ожидая, пока мне откроют. Но за дверью не раздавалось даже никаких шорохов. Тогда я решила позвонить в дом номер пять, где в конце концов мне открыла маленькая пожилая дама в бигудях и фартуке.
– Вы девушка из ассоциации?
– Нет. Я пришла навестить вашу соседку, мадам Дельбар. Но, видимо, ее нет дома.
– Это вполне вероятно.
Наверное, она прониклась доверием ко мне, потому что тут же спустилась со своего крыльца и подошла ближе к решетке, мне показалось, для того, чтобы лучше рассмотреть меня. Похоже, она была немного удивлена.
– Вы ее родственница? Племянница, нет?
– Да, – нагло соврала я.
– Вы не предупредили ее о том, что приедете?
– Нет… я тут случайно оказалась.
– Да, вам не повезло. Она ведь почти из дому не выбирается… Разве что сходит повидать мужа.
Я сразу поняла, о чем она говорит, и спросила, как пройти на кладбище, чтобы найти там фамильный склеп семьи Дельбар.
Я горячо поблагодарила женщину, избегая в то же время ее тонких расспросов, и направилась по широким богатым улицам, построенным примерно в 1900 году, в сторону кладбища.
Надо мной в небе со скоростью падающих звезд собирались облака. При входе на кладбище я заметила каменную серую будку, где сидел сторож. Я помахала ему рукой, и он тотчас же вышел из будки.
– Чем я могу вам помочь, мадемуазель?
Он меня уже не помнил, ведь с прошлого нашего визита с Соней уже прошло около года.
– Я хочу спросить, знаете ли вы, где находится фамильный склеп Барле?
– Барле? Какого Барле? Которого нынче постоянно показывают по телевизору?
– Да, точно так.
– Подождите, сейчас посмотрю…
Сказав это, он достал из кармана своего дождевика небольшую записную книжку и начал водить пальцем по каждой строчке, ожидая найти то, что искал.
– Вот… Барле. Е 17. Это туда, – сказал он и махнул рукой влево. – Я могу вас проводить, если желаете.
Он улыбнулся беззубой улыбкой и пошел провожать меня, тяжело топая сапогами.
Наконец мы пришли.
– Андре и Гортензия Барле, – объявил он, указывая рукой на темный памятник.
– Их всего двое?
Мужчина еще раз перелистал свою книжечку, потом поднял на меня преданный и немного грустный взгляд, как у собаки.
– Очевидно, да…
Похоже, здесь не хоронили всех подряд. Обычно рядом лежали сразу несколько поколений одной семьи. На самом деле Барле выбрали Сен-Мало и решили именно здесь устроить свой фамильный склеп, как только у них появились первые деньги. Но Арман мне однажды объяснял, что они родом скорее с юга, область Нантов.
