– Так когда же?
Я молчу.
– Всё. Я больше не буду спрашивать.
Вася опять стучится в гримёрку, уже не заглядывая.
Я отхожу от него, надо идти.
– Пока, – говорю.
– Пока.
Он идёт по коридору, за ним Вася, за Васей я. Плетусь постоять за сценой, хоть немного ещё на него посмотреть.
Стоим с Васей за кулисами. Треплемся о чём-то. Говорит, что сегодня репетиция с задержкой началась, что-то из костюмов было не готово. А с любимым моим – только сейчас будет первая сцена, а время уже пять часов.
– А чего вы его в театр привезли так рано? Мы сейчас с ним часа полтора в гримёрке сидели, разговаривали…
– Так он сам настоял. Все телефоны оборвал, чтобы его из дома забрали. Говорю ему: рано ещё, мы сегодня поздно начали. А он через пять минут опять звонит: пришлите за мной машину…
Я иду домой от метро, улыбаюсь сквозь бурю.
Все телефоны оборвал, боялся меня пропустить.
Любимый мой.
СМС-битва
Это все прекрасно. Но как нам жить дальше? Ни слова не было сказано о том, как мы будем теперь. «Когда ты приедешь?» Это – то же самое, что «Давай сделаем вид, будто ничего не было. Будто ты не находила волос крашеной девицы у меня в постели, не уходила из моего дома в отчаянии, не просыпалась по ночам от собственного крика…»
Мы, конечно, можем сделать вид. Только я теперь боюсь тебя, любимый, как огня. Боюсь, что ты меня снова подставишь под этот удар.
Ты ведь свободный мужчина. Можешь спать с каждой, на кого взгляд упадёт.
Поздно вечером пишу ему сообщение:
«Я не могу и не хочу ставить тебе условия. Но есть вещи для меня невозможные. Я знаю, что у тебя есть семья, и я это принимаю, хоть это и непросто. Но еще какие-то женщины – я не смогу это принять. И понять – тоже не могу. У нас с тобой так мало времени, и кто-то еще?…»
Ответ мне приходит рано утром, когда я еще сплю.
«Итальянка!.. Можешь просто жить?. Дышать?. Есть? Пить? Любить?..) TAKE IT EASY, HONEY!..»
«Я хочу любить тебя, не путаясь в чьих-то волосах, не думая, что при мне ты пишешь кому-то смс „я тоже скучаю, детка“, хочу знать, что я не застану тебя с другой женщиной, и мне не разорвет сердце на куски…»
«Да живи спокойно, мы ж взрослые автономные особи, КЭТТИ…»
«Автономная особь, я задам тебе простой вопрос. Ты не будешь против, если я одновременно с тобой буду спать с Иваном Кузнецовым?»
«Не, я не против!. Мы с ним давно дружим, парняга нормальный, хоть и непростой, как ни странно…»
«Я рада, что ты не против».
«А ты была замужем?»
«Нет. И детей у меня нет. Только любовники. Я автономная особь».
«Ну тада понятно. Вот тебе и не хватает этих „семейных“ разборок! социальная функция недовыполнена!))) да не парься, все будет у тебя! Красивая, молодая, талантливая итальянка!. Не грузись только. И не грузи!..)»
«Может, тогда еще и режиссер Андрей? Он давно на меня глаз точит…»
«Да любой каприз, Кэтти-cat!»
«Не вопрос. Значит, будет Андрей».
«Чмок!»
Щеки горят у меня от бешенства. И руки трясутся.
«В общем, спектакль „Чайка“ для меня знаковый. Буду как анекдот потом рассказывать. Действительно смешно. Никакой Нине Заречной не снилось».
«Зачем так про За-Зу… (… Ей всякое снилось!. Не поверишь!. давняя подружка моя ж, хорошая девка».
Я глазами щелкаю по этой смс-ке, ничего понять не могу: какая За-За, какого чёрта? Потом озаряет: это он про Эльзу Бриус, известную московскую актрису, она лет десять назад сыграла Нину в фильме «Чайка». Фильм был не очень удачным, Эльза слегка переросла свою героиню, лет на пятнадцать-двадцать, я думаю, это как-то бросалось в глаза. Там же мой любимый играл Дорна, врача.
Значит, они снимались вместе. Снимались вместе – вместе спали. Кстати, это – не единственный фильм, где они вместе.
Он мне зачем сейчас об этом говорит?
Лепит по морде, со всей дури, в ответ на Кузнецова и режиссёра Андрея. Значит, обиделся. Значит, задело. Тебе можно с кем ни попадя спать, а мне – нельзя?
Я замираю на время, ослепленная этой За-Зой… Твою мать.
Отлично. С чего мы начали, и куда мы пришли.
«Дорогой Ангел! Храни моего любимого от всех бед и невзгод. И пусть жизнь у него будет красивая и счастливая. И пусть счастливы с ним будут его родные и близкие». Записка, кот. я вчера не передала с подарком. И уже, видимо, никогда не передам. Другой уровень теперь. С Наступающим тебя, любимый!»
«Не дави. На ШЕЮ не дави!. На шею НЕ ДАВИ!..» Карлсон. Эсквайр. Искренне Ваш».
Опять подкатывает к горлу тошнота. И перед глазами все плывет от безысходности.
***
До Нового Года остается два дня. Я решила, что буду веселиться. И точка.
Новый Год
Говорят, что в Новый год сбывается всё, что ни загадаешь. Я терпеть не могу эти слова. У меня никогда ничего в Новый год не сбывается. Иначе по моим сценариям давно бы уже снимали фильмы лучшие режиссёры, я получала бы за них кинопремии, и жила бы где-нибудь на морском берегу рядом с любимым мужем.
Всего этого пока не случилось, но я каждый Новый год, не теряя надежды, все загадываю и загадываю.
Итак.
Дед Мороз, первое.
Я хочу, чтобы мне позвонил мой любимый, часов в десять вечера, тридцать первого числа, и закричал в трубку: «Котя, я в Питере! Срочно бери такси и приезжай ко мне!» И я бы приехала. И мы сидели бы с ним вдвоем у телека, ели бы какие-нибудь салаты, пили бы шампанское (он – апельсиновый сок) и занимались бы любовью прямо на полу, под бой курантов…
Я понимаю, что это – криминальное желание. Оно загадывается за счет других людей, как минимум, трёх. Его жены и двух сыновей. Которых я хочу обделить в этот праздник. Я понимаю, что оно не сбудется. Ни за какие коврижки он не бросит семью в Новый Год ради того, чтобы заниматься со мной любовью под бой курантов, а, если бросит, я же первая кину в него камень. Потому что так поступать с родными и близкими нельзя ни при каких условиях. Если он вдруг прилетит ко мне в Новый год, это будет означать лишь одно: он так сильно поссорился с женой, что от обиды пошёл на крайние меры. Я не хочу, чтобы он ссорился с женой, и не хочу, чтобы использовал меня в качестве мести. Но ведь Новый Год – волшебный праздник. Поэтому я загадываю встретить его со своим любимым.
