репрессировал огромное количество офицеров.
Глупо, конечно, избавляться от таких людей, как Дэлор и Себастьян, но история знала еще и не такие примеры недальновидности правителей.
Дальше мне рассказали о племени кхирахи – или, как их называли, пустынников – и об их испытании. Дэлор поведал о том, как едва не погиб в песках.
– Погоди, а почему у вас не пытались тераформировать пустыню? – не поняла я – в этом мире очень ценились плодородные земли. – С магией есть множество способов это сделать. Можно хотя бы сократить ее территорию и выращивать устойчивые к засухе растения. Конечно, это не быстро, однако освобождать земли от Пустоши еще сложнее.
– Уже пытались убрать пустыню. Безуспешно, – ответил Дэлор.
– Почему?
– Из-за ветра. Там он дует с Пустоши, часто случаются песчаные бури. Магически воздействовать на почву сложно, поскольку обычный песок смешан с пеплообразным из Проклятых земель. Оградить священным древом невозможно, слишком большая территория.
– Понятно, – протянула я. – А что за испытание ты прошел у кхирахи? Почему это опасно?
– Испытание – это наследие древних, тайна пустынников. Один огромный сложный артефакт, созданный в эпоху полубогов для быстрого обучения магов. Он погружает сознание в сон, где происходит обучение. В реальном мире проходит всего три дня, а во снах иногда недели.
– Во сне?! – воскликнула я. – Невероятно! Магическая виртуальная реальность! У нас пока только в фэнтези такое бывает. Интересно, почему происходят смерти?
– Вот этого я не знаю. Но риск довольно высок. Примерно треть испытуемых не выживает. Старейшины племени пытались понять почему, но это им так и не удалось.
Надо бы снова посмотреть воспоминания, которые достались от богини. Возможно, там найдется подсказка. Совершенно точно ясно одно: знаний о создании подобных обучающих артефактов Иодель мне не подгружала. Кстати, надо бы спросить у неё. Богиня могла хотя бы намекнуть, в чем причина. Если артефакт возможно исправить, чтобы исключить смерти, то я бы не отказалась поднять собственный резерв. Конечно, он у меня большой, но это такой запас, который карман не тянет.
После пришел мой черед рассказывать. Себастьяна изумила история попаданства. Он начал с любопытством расспрашивать про Землю, потом о первых месяцах здесь. Его, наверное, больше, чем Дэлора, поразило то, что я не могла ходить, но старалась все делать самостоятельно.
Затем я поведала о магах, наших усовершенствованиях в Пустоши, о моем странном – вроде как королевском – статусе и предложила Себу убежище.
– Слишком много информации, я должен все хорошо обдумать, – ответил он. – Даже если соглашусь, то предварительно подготовлюсь. Сниму деньги со всех счетов или переведу на другие, вывезу и спрячу ценности. В общем, все сделаю, чтобы гарпиям поменьше досталось.
– Все можно сделать и немного позже, у нас будет год, а может и больше, прежде чем тебя объявят пропавшим без вести, – напомнил Дэлор. – А уже потом…
– Не думаю, – отрицательно покачал головой Себастьян, – в теневом ведомстве знают, как подделывать тела. Я трижды сам брал образцы крови и тканей со сгоревшего в лаборатории тела, и каждый раз магический анализ четко указывал, что это ты. Я готов спорить, что ди Тезио не будет ждать год, чтобы объявить о моей пропаже. Родственникам через пару месяцев предоставят «моё тело», а если я появлюсь после этого, объявят самозванцем. Мои тетушки ради денег будут рады это подтвердить. А потом меня просто убьют тихо и без затей, не пытаясь выдать смерть за несчастный случай.
Неприятная у Себа ситуация. Со всех сторон обложили. Останется он в столице – покушения не прекратятся, пока одно из них не увенчается успехом. А если спрячется, то теневики под руководством этого скользкого ди Тезио быстренько соорудят труп, который выдадут за тело Себастьяна. Похоже, Пустошь для него – действительно, лучший вариант.
За разговорами мы засиделись за полночь. Когда часы пробили полпервого ночи, я засобиралась в свои покои. Спать уже хотелось основательно. Дэлор вызвался меня проводить. Уже почти дойдя до открывающегося зеркала, я вдруг вспомнила, что не спросила о том, можно ли заблокировать выход, и резко остановилась.
Так получилось, что Дэлор запирал ход и остался чуть позади, поэтому не успел или не пожелал остановиться. Он налетел на меня, я покачнулась, но не упала, потому что генерал обхватил за талию. Прижавшееся сзади мощное тело было горячим и будило совершенно однозначное желание. Мы просто замерли в узком темном коридоре, и я не могла найти в себе сил, чтобы вырваться.
Дэлор наклонился к моей шее и прерывисто дышал, щекоча чувствительную кожу и запуская мурашки по спине. Моя высокая прическа и широкий вырез платья давали ему простор для «диверсий». Невесомо, словно крылья бабочки, его губы касались шеи и плеч. Моё дыхание сбилось, сердце застучало быстрее, я сцепила зубы, чтобы не застонать. Всего лишь несколько касаний, даже поцелуями это не назовешь, а у меня такая реакция! Почему? Надо это прекращать.
Я решительно развернулась к Дэлору лицом и попыталась отступить на шаг, но запнулась о подол платья и снова оказалась прижата к твердой груди. Генерал ослабил хватку, позволив мне немного отстраниться, но не расцепил руки. Я подняла взгляд и обомлела, забыв, что хотела сказать.
Над нами застыл бледный голубоватый магический светляк, позволяющий рассмотреть дорогу впереди. Лицо Дэлора в таком свете выглядело волшебно. Черные волосы растрепались, губы приоткрылись, под моими ладонями судорожно билось сердце, часто вздымалась твердая грудь. Синие глаза потемнели, и в них словно горело пламя.
– Я обещал не давить на тебя, не приставать с поцелуями, но очень сложно удержаться, – хрипло прошептал генерал, проведя подушечками пальцев по моей щеке. – Невозможно…
Он наклонился к губам, которые уже покалывало от желания, и я поймала себя на том, что с нетерпением жду поцелуя. «Синее пламя – самое горячее, несмотря на обманчиво холодный цвет» – почему-то вспомнилось мне. А потом я уже ни о чем не могла думать. Поцелуи с Дэлором – это что-то выносящее мозг. Его губы, запах, голос, прерывистое дыхание, подрагивающие руки, гуляющие по моей спине, плечам, чуть сжимающие ягодицы – все это сводило с ума.
Если бы в этот момент Дэлор предложил уединиться в спальне, я бы согласилась, не раздумывая. Все опасения забылись, снесенные желанием. Я отчаянно желала его прикосновений, поцелуев, объятий, медленной, сводящей с ума нежности и огненной страсти. Мне хотелось узнать, каков он в постели, посмотреть на него
