— Но как я понимаю, ваша кузина еще очень молода. — Хелен усилием воли сдерживала дрожь в голосе.
— Она ровесница Бентли, только шесть месяцев назад или около того покинула классную комнату. В этом сезоне должен состояться ее дебют в свете. Если Кэм не объявит о помолвке. Сегодня тетушка ясно дала это понять.
— О!
Кэтрин сделала несколько глотков чая, устремив взгляд на портрет над камином.
— Если быть совершенно честной, мне все это представляется иронией судьбы!
— Правда? В каком смысле?
— Весь последний год беспокойство тети из-за поведения отца удерживало ее от того, чтобы слишком настаивать на этом браке. Но теперь, когда он преставился, год траура не позволяет устроить свадьбу. Думаю, объявить помолвку брат смог бы через несколько месяцев, но он не может жениться, пока мы в трауре. — Она перевела взгляд с портрета на огонь. — Да, Джоан в самом деле прелестна, но я думаю, что Кэм, возможно, рад этой отсрочке.
— Вы не знаете, что он думает по этому поводу?
Кэтрин покачала головой. Казалось, ее совершенно не удивляет любопытство Хелен.
— Мой брат ни с кем не откровенничает, Хелен. Так было всегда. Но вы же с ним давно знакомы, так что вам, наверное, это известно.
— Да, — тихо сказала Хелен, устремив невидящий взгляд в окно. Она едва не задохнулась от перехватившей горло боли. — Да, он чрезвычайно сдержанный человек.
— Простите меня, Хелен. Я, кажется, наскучила вам этими семейными сплетнями.
— Нет, нет…
— Просто мы с Кэмом… всегда были так близки. Когда наша мать умерла, а Бентли еще был совсем мал… порой у нас не было никого, кроме друг друга. Или нам так казалось. Он всегда заботился обо мне. А я, насколько могла, о нем. Мы невероятно привязаны друг к другу.
— Я вам завидую, Кэтрин, — тихо ответила Хелен. — Я была единственным ребенком, и часто мне очень хотелось иметь брата или сестру.
— Конечно. И это один из немногих доводов в пользу женитьбы Кэма на Джоан. Меня очень беспокоит Ариана, а появление еще одного ребенка в семье благоприятно подействует на нее, я уверена.
Хелен чуть не сказала, что это может зависеть от мачехи, но сдержалась. Ее это не касается. Несомненно, мисс Бел-монт станет идеальной женой для Кэма в его нынешнем высоком положении.
Хелен боролась с новым приступом отчаяния. Ведь мисс Белмонт наверняка будет любить и оберегать Ариану как свою родную дочь. Девочка будет и кузиной ей, и падчерицей.
— Да, — наконец согласилась Хелен. — Более того, я уверена, что появление мачехи очень поможет Ариане. Конечно, она глубоко переживает потерю собственной матери.
— О? Я как-то над этим не задумывалась, — рассеянно сказала Кэтрин. — Конечно, она должна скучать по матери, хотя, по правде говоря, они не были настолько близки, как можно предположить.
— Да, лорд Трейхерн говорил об этом.
— Правда? — Кэтрин подняла брови. — Неужели говорил?
— Да, мы это обсуждали, — пробормотала Хелен, торопясь развеять впечатление неуместной фамильярности хозяина Халкота с гувернанткой своей дочери. — Вы должны понять, Кэтрин, что я здесь для того, чтобы помочь ребенку. Вполне очевидно, что травма Арианы и потеря речи каким-то образом связаны с ее матерью. И лорд Трейхерн счел, что мне необходимо знать об их отношениях.
— О, Хелен, прошу вас не истолковывать мои слова превратно. Я только удивилась, и все. Просто Кэм, даже когда его отношения с Кассандрой были… не столь гладкими, все равно отказывался осуждать ее. Поэтому весьма необычно слышать, что он признал существование у нее недостатков, пусть даже и косвенно.
Боль в груди Хелен стала еще сильнее.
— Значит, его светлость любил жену.
Кэтрин едва не подавилась чаем.
— Господи, нет! — воскликнула она, перестав кашлять. — Это был во всех отношениях брак по расчету. И Кассандре, полагаю, он нравился еще меньше, чем Кэму. Она была несчастна и сделала несчастными всех нас. Первый год ее пребывания в Халкоте превратил нашу жизнь в ад.
— Вы говорите о том времени, когда еще не вышли замуж?
— Да, я вышла замуж совсем юной. Мы с Уиллом были хорошими друзьями. Он часто приезжал сюда, и как-то сам собой образовался наш брак. А жить под одной крышей с папой и моей невесткой было все равно что сидеть на пороховой бочке. Что-то постоянно взрывалось. — Кэтрин мрачно улыбнулась. — Как видите, порой я несколько бестактна. Достаточно сказать, что мы с Кассандрой по-разному смотрели на многие вещи. И я обнаружила, что толпа ее друзей, по сути, не сильно отличается от друзей отца.
— О, каким образом?
— Они вечно толклись здесь, танцевали, пили, охотились, и не только. — Кэтрин пожала плечами и снова налила чаю. — Кассандра презирала деревню, а Кэм, хотя часто ездил в город по делам, не скрывал нелюбви к городской жизни. А Кассандра жаждала восхищения своих друзей, поэтому она приглашала их в Халкот и вела себя будто королева среди придворных.
— И ваш брат не возражал?
— Поначалу нет, — медленно ответила Кэтрин. — Думаю, он считал это справедливым компромиссом. Но что до Кассандры, мне кажется, она бы предпочла, чтобы он рассердился, и однажды пожаловалась мне, что Кэм ее не ревнует. По-моему, его эмоциональная сдержанность злила ее. Разве это не глупо?
— Да, но она была молода, возможно, чувствовала себя неуверенно…
Кэтрин поджала губы и кивнула:
— Вы довольно проницательны, Хелен. Именно так и было. Кассандре всегда недоставало уверенности, ее постоянно требовалось подбадривать. Мне кажется, из-за своего происхождения, а она, мягко говоря, неблагородных кровей, ей все время было не по себе.
— И друзья, конечно, с радостью подбадривали ее.
Кэтрин вдруг смутилась.
— Да, пока Кэм не положил конец этим визитам. — Она замолчала и бросила взгляд на Хелен, словно оценивая ее реакцию. — Кассандра стала вести себя крайне вызывающе. Однажды ночью у них произошла жуткая ссора, а потом… я никогда не спрашивала брата об этом, но вечеринки прекратились.
— Совсем?
— Да, — ответила Кэтрин, закатив свои выразительные глаза. — Если раньше жизнь нам казалась адом, то, когда Кассандра лишилась поклонников, нам стало раз в десять хуже. Она то невероятно скучала, то буквально извергала энергию. Ночью металась по дому, а днем — по лесу. Но вскоре она сообщила, что находится в интересном положении, и ненадолго вроде бы успокоилась.
— Но к тому времени вы уже покинули Халкот?
— Да. Кэм наконец дал согласие на мой брак с Уиллом, а папе было все равно.
— Я… я надеюсь, вы очень счастливы, — неловко сказала Хелен. Ей стало не по себе от того, что они обсуждают прошлое Кэма.
— Я совершенно довольна, — ответила Кэтрин. — Но сегодня меня более всего беспокоит счастье брата, а не мое.
