class="p1">Ну!
Последний рывок!
Запрыгиваю на самый высокий заборчик и падаю с другой стороны – тут падать можно. Вскакиваю для последнего броска и пересекаю линию старт-финиш!
Всё!
Прошёл. За линией гравитация нормальная…Блаженство.
Падаю на колени, потом опускаю корпус ниже, упираясь руками в пол.
Жадно хватаю воздух руками.
– Ну-с…неплохо, боец. – слышу голос лейтенанта. Рекорд? Точно – рекорд. Может освободят нас теперь это этого кошмара?
– В норматив уложился с небольшим запасом, – меж тем продолжает лейтенант. Уложился? С Запасом? Не рекорд взвода? Не верю свои ушам.
– Неплохо, весьма неплохо для нуба. Если ни кто не нако…
Буумммссс!
Резкий звон заставляет его замолчать. Мы все хорошо знаем этот звук – кто-то впилился лбом в потолок коридора.
– Накосячил. – вздыхает ротный.
– Ну что ж, козявки вы головоногие и элитарные. Ещё круг. И, исключительно из уважения к вашей элитарности – два Же!
Падаю на пол. Полежу. С двукратной я не пройду полосу.
– Встать! – орёт ротный.
– Строй! Гоотовсь! Первый…пошёл!
Глухой удар спустя пол минуты показывает, что мы застряли тут надолго.
Отсек с полосой мы покинули только перед ужином. Правда покинули – это слишком громко сказано. Последние прохождения можно было описать одним термином – проползания. В прямом смысле.
А на следующее утро было новое построение. Честно признаюсь – мы, нубы, приползли на него со стонами и в скрюченном состоянии. Болело всё, болели даже те места, которые, казалось бы не были непосредственно заняты в том истязании.
– Ну что, бойцы, – бодро начал свою речь лейтенант, но окинув взглядом наш скрюченный участок строя вздохнул:
– И инвалиды… Нубьё. После построения – марш в мед часть! Там вас, – он изобразил руками жест, наверное обозначающий его следующие слова:
– Раскрючат. А для остальных хочу сообщить следующее.
– Первое. Мы покидаем эту неблагодарную, но платёжеспособную планету. История с Энском, где нас, как вы помните – не было, начала развиваться по неблагоприятному сценарию. Но! У нашего Примарха есть связи там, – он ткнул пальцем в потолок ангара.
– Так что хорошая новость – нас прикроют на самом верху.
– А плохая? – раздался голос неугомонного 1-2-4.
– Для этого придётся поработать. И оплата, увы, не первого класса.
С правого фланга послышалось недовольное хмыканье.
– Цыц, висельники! – прервал шум командир.
– Довожу до ваших куриных мозгов, диспозицию.
Шум не утих, но его градус изменился с недовольного на нейтрально-оптимистический. Если лейтенант говорил про птиц – это был хороший признак. У всех нас свои тараканы в голове. Лейтенантские, судя по всему, терпеть не могли морепродукты и обожали птичек.
– Мы выдвигаемся…выдвигаемся, – он активировал свой комм и некоторое время пытался выговорить название системы, но так и не осилив длинное название сдался.
– В систему Шваргх…кастено…зи…б…зиб. Пофиг. Вам название без надобности, мне тоже. Главное – выполнить задачу, так, орлы?
Орлы подтвердили.
– Вот. Понимаете же! Диспозиция следующая.
Диспозиция вырисовывалась интересная. Некая планета в системе с трудно выговариваемым названием, взятым из диалекта буров, начала развивать био технологии. Успешно надо сказать – развивать. На планете уже отказались от закупок наземного транспорта – выращивали своих псевдо лошадей, морского – псевдо дельфины и во всю готовились покорить и воздушный океан, во всю модифицируя птиц. До этой грани на их исследования всему человечеству было плевать, мало ли каким бредом занимаются фермеры Богом забытой планеты. Не хотят покупать трактора и комбайны, обходясь местной живностью – да флаг им в руки, попутного ветра и так далее.
Но два года назад, вольный торговец, промышлявший поставками медицинских препаратов самого широкого профиля, сюда попадали и наркотики и оборудование для генных манипуляций, вдруг сообщил, что на планете начали испытывать боевые биологические формы. Тогда эти новости вызвали только кривую усмешку среди экспертов по оружию.
– Пффф… Можно вырастить выносливую как бык лошадь, – говорили они.
– Выдрессировать дельфинов, что бы те загоняли рыбу в сети. Но вырастить танк или зенитку, а тем более энергетическое оружие… Бред и бесплодные мечтания.
Тема заглохла так и не став сенсацией.
Год спустя, во время плановой исповеди, странствующий миссионер ордена Святого Варфоломея Мученика, рассказал своему исповеднику, что он той планете он видел громадных бронированных монстров, чей внешний вид оскорбителен для верующего. Что те, богомерзкие создания, плевались огнём на сотни метров и испускали из своих органов лучи, резавшие броневые плиты на нескольких сотнях метров. Что были создания ужасного вида, метавшие иглы в руку длинной и прицельно попадавшие в ростовую фигуру – и пробивавшие её насквозь! Несмотря на надетую на неё тяжёлую пехотную броню! Грехи ему исповедник отпустил, посоветовав меньше грешить с вином. В конце концов Vina bibunt homines, animalia cetera fontes (Вино пьют люди, животные – ключевую воду. – лат.). Но рассказ запомнил и спустя несколько недель, за кружечкой красного монастырского, рассказал о суеверном миссионере своему другу. Друг, как ни странно, рассказом заинтересовался – он плотно сотрудничал с Имперскими ВС и тоже, шутки ради, рассказал об этом уже своему знакомому – Лорд-Генералу от Инфантерии, разве что самую малость приукрасив исповедальный рассказ миссионера.
Генерал, закономерно поднял его на смех, но протрезвев всё же решил проверить – сработала старая армейская привычка – не уверен, сомневаешься? Поручи кому ни будь это дело. Он и поручил – молодому и ретивому не в меру капитану из своего штаба. Капитана к ним только прислали и он горел желанием принести Большую пользу Империи.
Как оказалось позже – принёс.
И вот, спустя два с половиной года от визита на планету торговца эту Систему с невозможным названием, пересёк, спешащий куда-то по своим делам дальний разведчик. Судя по тому, как он парил охладителем во время заправки у местного светила, спешил он в ремонт. Заправившись он продолжил свой путь, оставив после себя густое зелёное облако стандартного охладителя. Внимательный наблюдатель удивился бы размерам этого облака, но стандартная автоматика навигационного буя просто зафиксировала факт пролёта неисправного корабля, отметив факт сброса хлад агента. Отметила и перестала его фиксировать. А зачем? Рассосётся же – так полагали программисты, когда-то составившие программу слежения.
А оно, облако то есть, не рассосалось. Не рассосалось, а медленно поплыло к нужной планете. Прикрываясь надувным муляжом облака и подтравливая из микроскопических отверстий настоящий агент, к планете двинулся самый настоящий, созданный по последнему слову техники, Имперской техники, разведывательный зонд.
Уйдя из зоны действия сенсоров буя он сбросил ставший ненужным пузырь-облако и, при помощи крохотного прыжкового модуля, приблизился к планете, став, на короткое время её спутником.
Сделав несколько сотен витков вокруг планеты он благополучно сгорел в её
