из первого отделения, которые лежали на земле контуженными были просто перемолоты в кровавую кашу. Успевшим добраться до стен повезло ещё меньше. На моих глазах одно из освободившихся существ, больше напоминавшее динозавра из детских мультиков, схватило пастью одного из солдат, подбросило в воздух и поймало, перекусывая тело на две, почти равные половинки. Чуть в стороне орал и отмахивался ножом другой боец – собрат первого динозавра меланхолично пережёвывал его ноги, слегка приподняв извивающееся тело над землёй.
Я приник к прицелу карабина и выпустил длинную очередь, целясь в морду монстра. Магазин был заряжен чередующимися бронебойными, зажигательными и трассирующими пулями – так что я увидел, что попал точно куда метил. Безрезультатно – в том плане, что динозавр только сморгнул, будто отгонял надоедливую муху и продолжил свою трапезу. Другим же результатом было то, что мою стрельбу заметили защитники Объекта и меня качнуло воздушной волной от чего-то пролетевшего совсем рядом.
Инстинктивно отпрянув я поскользнулся на непонятно откуда взявшейся луже крови и опрокинулся на спину.
Буммм!
Кусок борта, на который я только что опирался исчез в бело-жёлтой вспышке и упругая волна воздуха отбросила меня к противоположной стене.
– Жив? – надо мной наклонился Войховский.
Я неуверенно кивнул и он резко дёрнул меня за руку, переводя в полусидящее положение.
– Огонь! – лейтенант ткнул меня выроненным мной при падении карабином и привстал, осматривая окрестности.
– Ну я ва… – договорить он не успел. Что-то негромко щёлкнуло, меня, на миг, ослепило бело-жёлтой вспышкой попадания и командир неуверенно осел на пол кузова.
Его правой руки, плеча и куска тела просто не было.
– Ва…ххх…вы… – он судорожно глотал воздух разинутым как у выброшенной на берег рыбы, ртом.
– Сейчас, я сейчас, – я принялся вытаскивать аптечку, поддерживая его за спину, но он слегка шевельнул левой рукой.
– Ос…тавь. М-не…не н-над…до. Уже. – его глаза закатились и я опустил тело на пол.
Индикатор в форме буквы К в моём шлеме сморгнул и погас.
Зелёными оставались только четыре, нет, уже три огонька и услужливая автоматика дополнила их коротенькими стрелочками, отмечая, относительно меня, направление, где ещё бились оставшиеся в живых легионеры.
Судя по направлению – оставшаяся тройка вела свой последний бой где-то в районе грядок с кладками.
Я осторожно выглянул в пролом борта.
Пространство перед изрядно потрёпанными зданиями было пусто, если не считать кровавого тряпья, раскиданного по всему его пространству. Животных тоже видно не было и я осторожно сполз на землю, что бы сразу перекатиться под БТР и дальше, внутрь квадрата.
Со стороны грядок снова послышалась стрельба карабинов – стреляли судя по всему в упор, длинными очередями. Вскрик, очередь оборвалась, и у меня в шлеме погас ещё один огонёк. Теперь нас оставалось только двое. Двое из почти шести десятков бойцов, высадившихся из Петровича несколько часов назад.
Я сделал несколько шагов назад прикидывая – куда бежать, но тут же остановился, упершись спиной в борт последнего, формировавшего нижнюю сторону квадрата, транспорта.
Может на нём?
К Петровичу?
Там должны дежурить пилоты!
Уйти с планеты!
Мысли неслись скачками и опомнился я только когда БТР, взревев двигателем, начал отворачивать от Объекта. Когда я запрыгнул на место водителя и как его завёл – я не помнил. Выворачиваю джой управления движением, стараясь поставить между зданиями и своей тушкой как можно больше металла и плавно продавливаю рычаг-ползунок тяги. Он движется туго и медленно.
Усиливаю нажим – он поддаётся и мотор оглушает меня перегруженным рёвом. БТР резко дёргается, как лошадь, которую одновременно пришпорили и дёрнули за поводья и я с трудом удерживаюсь на водительском месте.
Бу-Бум!
Сдвоенный удар сзади снова пытается выбить меня из водительского кресла – и ему это почти получается, но только почти. Качаю джой из стороны в сторону, заставляя тяжёлую машину двигаться неровным, случайным зигзагом. Это помогает – два снаряда выпущенные откуда-то сзади пролетают мимо, оставляя за собой какой-то белёсый след – прямо как у самолёта.
Очередной поворот и прямо, прямо, поворот – в памяти всплывает хаотичное мельтешение шариков на ножках. Мне бы сейчас так…но мой БТР не предназначен для таких манёвров – пока мне просто везёт.
Бумммм…цвиньк!
Очередное попадание подбрасывает корму машины вверх, а, когда она касается земли корпус резко уходит вправо.
Оглядываюсь – правой гусеницы и нескольких катков по корме нет. Только торчат какие-то разлохмаченные куски металла и обрывки проводов.
Суууки!
Хватаю карабин и выкатываюсь на левую сторону машины так, что бы между мной и зданиями был, пусть на короткий миг, корпус БТР.
Трава здесь низкая, выгоревшие на солнце желтоватые стебельки едва достают мне до щиколотки, местами её и вовсе нет, будто её кто-то выгрыз, оставив после себя практически лысую поверхность. Это не окрестности Энска, с его травами по пояс – тут не спрячешься. Впереди, шагах в двухстах, замечаю не то кучку камней, но то небольшой холмик и чередуя рывки в разные стороны, перекаты через голову и даже подпрыгивая рвусь к ним.
Несколько раз слышу звуки стрельбы, но, похоже что точность падает с расстоянием – их белёсые следы проходят мимо, в нескольких метрах от меня.
Что, мазилы? Съели?!
Твари…только бы добежать…залягу. Отобьюсь.
До. Темноты.
Откидываю забрало – кондей брони не справляется, и хватаю ртом воздух, совсем как лейтенант.
Стоп.
Не думать о нём.
Накличу.
Рывок, падение, перекат в сторону.
И – с низкого старта прямо.
Ещё метров двадцать.
Почему не стреляют?
Отпустили?
Делаю перекат и выхожу из него в стойке для стрельбы с колена.
Преследования нет?
Обшариваю взглядом пространство перед и за опрокинувшимся БТРом.
Никого.
Тишина.
Отпустили?
Пригнувшись добегаю до небольшой горки светлых камней. Они блестят на под лучами местного солнца как слюда и состоят из множества маленьких кристалликов. Под моими пальцами крошится небольшой камушек и я, внезапно догадавшись что это, слизываю несколько мелких кристаллов с перчатки.
Соль.
Обычная пищевая соль.
Посреди поля.
Зачем?
Земля вздрагивает и я отрываю взгляд от груды соли – от лежащего на боку БТРа ко мне несётся динозавр. Родной брат тех монстров, которые сожрали пару легионеров перед зданием лаборатории.
Рефлекторно падаю на колено и хлещу длинными очередями по надвигающейся туше. Её грудь покрыта крупными роговыми пластинами и пули отскакивают от неё, не причиняя никакого вреда животному.
Не прекращая стрелять опускаю ствол, надеясь поразить его в низ живота или в огромные ляжки.
Рикошеты прекращаются – видно как пули проникают в плоть монстра, ни как не влияя на его поведение. Коротко щёлкает затвор – всё.
