очнувшейся от летаргического сна девушке, голос подал Марено. Он излагал мысли грубо, с изрядной долей сарказма в голосе.
— Проще было бы рассказать — чего ОН не сделал. Дай-ка подумать... Сперва был ультиматум. Ну, знаешь, мы уже прощаемся друг с другом, потом видим надменного и удивительно гуманоидного демона. Затем угрозы жестокой расправой, потому что удерживаем тебя в плену! Отмечу, наше знакомство развивалось как по маслу, пока все не испортили Храмовники. Это отвлекло его... м-м-м... минут на пять... Нет! Семь, да, приблизительно семь минут. Крики, вопли, странные влажные и хрустящие звуки. Стараюсь не слишком фантазировать на тему происходившего снаружи нашего укрытия в тот момент. И затем снова явился этот рыцарь в сияющих доспехах, спешащий на выручку дамы.
— Не надоело паясничать? Старый циничный человек.
Майя захихикала на слова матери, а отец вздохнул и, не оборачиваясь, примирительно взмахнул рукой.
— Да, госпожа. Буду держать испорченность под контролем.
Кира перевела удивленный взгляд с Норы на спину Марено и обратно.
— Не придавай значения его словам, Кира. Просто он до сих пор переваривает произошедшее. Это встряхнуло его упорядоченный мирок. И наш тоже, разумеется.
— Но... Я же... Погодите! Всё, что я сделала — это произнесла формулу зова...
Кира говорила все более неуверенно, смотря на улыбающуюся Нору, а переведя взгляд на девочек, и вовсе замолчала под откровенно восхищенными взглядами.
— Нет, ты не права, юная магесса. Я и в подметки не гожусь моей госпоже, когда речь заходит об обходительном отношении или высоком искусстве дипломатии, — Марено, чуть обернувшись, подмигнул супруге, — но в магии разбираюсь поболе.
Нора сделала дочерям большие глаза, но, переведя взгляд на Киру, просто кивнула. Марено, меж тем, продолжил голосом, уже лишенным ехидства:
— То, что было сделано, может по сути являлось простым. Однако в то же время — содержало в себе искру уникальности. Какую, полагаю, смогут воспроизвести немногие в этом мире. Ты не звала абы кого, Кира. Ты звала конкретную сущность, по имени, на которое она была готова откликнуться. Знание таких имен -сокровенное знание магов, занимающихся Тенью и тем, что сокрыто в ней. И если говорить совсем серьезно: Михаил — создание незаурядное. Он расправился с полновесным отрядом храмовников, словно это были дети. Конечно, для них все было таким же сюрпризом, как и для нас.
Щеки Киры при этих словах покрыл легкий румянец стыда — на большее организм пока не был способен, независимо от интенсивности эмоций.
— И все же... Это было из ряда вон. Могу назвать единичные эпизоды призыва сущностей такого ранга, прошедшие в итоге столь гладко и без человеческих жертвоприношений. Тут есть чем гордиться.
— Муж прав, но он чурбан. Главное — все мы обязаны тебе жизнью. И свободой.
Нора тепло улыбнулась и поцеловала Киру в лоб. Всхлипнув, Кира попыталась протереть увлажнившиеся от слез глаза дрожащей рукой. У неё мало что получилось, но на помощь поспешила Ферена, промокнув слезы чистой тряпицей.
— Спасибо... Спасибо вам всем.
Кира слабо улыбнулась и шмыгнула носом.
— Знаете, я была уверена — Михаил придет. Не знаю, почему. Ведь видела его всего пару раз, но была уверена — он ответит на зов. И была уверена... что... Что не очнусь после призыва. Во время первого призыва он получил все, о чем мечтают обычные создания Тени.
При этих словах Марено обернулся, уже открывая рот для вопросов. Только острый взгляд супруги заставил его приподнять брови, закатить глаза и вернуться к управлению кобылой. Кира даже не заметила этой немой сцены, смущенно рассматривая торчащие из-под подола платья пальцы ног в теплых носках, продолжая говорить:
— От меня ему могла понадобиться только душа. И все же, он опять обманул мои ожидания, выставив полной дурой. Столько ночей... И я ни на шаг не приблизилась к пониманию с чем... С Кем имею дело.
На некоторое время пассажиры повозки погрузились в молчание. Которое первым нарушил бывший старший чародей:
— Думаю тебе стоит сконцентрироваться на времени. Его снова в достатке. Теперь время есть на что угодно. В том числе, чтобы найти ответы.
— Мудрый муж прав. Отдыхай Кира. Сейчас ты в безопасности и среди друзей.
Майя и Ферена дружно закивали при словах матери. Кира улыбнулась, на этот раз шире и искреннее. А затем закрыла глаза и через пару вдохов снова погрузилась в сон без сновидений.
Интерлюдия 11 «Средняя дочь»
Время событий — Глава 23 Сон (после главы)
Персонаж — Кира Драун, Марено и остальные
Когда дороги, петляющие между побережьем и Виммаркскими горами, сливаются из многих в несколько, а затем спускаются вниз — открывается впечатляющий вид на пространство Восточного полуострова до самого моря. Это прекрасная равнина, продуваемая свежими морскими ветрами, что силятся одолеть стоящие позади горы. Вместе с тем — земля здесь плодородная. В результате, полуостров — это прижимающиеся к земле крыши фермерских хозяйств, свежие пашни и обширные луга для скота, по которым беззаботно бегут тени облаков.
На самом дальнем его конце, словно страж на посту, раскинулся Оствик. Когда-то — крепость, прикрывающая пролив, разделяющий Недремлющее море и буйный океан. Однако с тех времен вокруг крепости выросло оживленное поселение, процветающее рядом с важнейшим морским торговым путём. Вплоть до момента высадки отступающих войск Кун. Весь полуостров тогда подвергся разорению, в огне уцелела только крепость. В итоге захватчиков сбросили с полуострова в море, но это оставило неизгладимый след в памяти живущих здесь людей. С тех пор Оствик принял текущий вид — единственный в своем роде город-порт, окруженный двумя стенами и лишенный пригородов или трущоб за их пределами. Первая стена была низкая и впечатляла только шириной. В длинных промежутках она напоминала больше высокий вал, чем фортификации из камня. Вторая стена, отстоящая не более чем на 20-30 шагов от первой, представляла полноценное крепостное сооружение. Её высота позволяла свободно обстреливать первую стену и пространство между ними. Они были построены в разное время несколькими поколениями правителей города. И только после появления второй стены угасла тяга к дальнейшему возведению защитных укреплений.
Эту и другие истории, посвященные региону, с видимым удовольствием рассказывала Нора, пока повозка с пятью путешественниками вяло петляла между местных лугов и полей. Знания женщины оказались обширны и детальны, она с готовностью отвечала на заковыристые вопросы, приходившие на ум Майе, Ферене или Кире. Вопросы сестер больше касались впечатляющих моментов сопротивления полуострова вторжению Кун, а также географическим особенностям региона. В
