меня, так что я сделал откат.
Это была плохая идея.
- А-а-а! - я орал и надрывался, царапая себе грудь, ведь сердце просто рвало мою плоть, пытаясь выскочить наружу. Глаза словно стремились вырваться из орбит, чтобы посмотреть на глупца, который осмелился использовать мистическую силу. Ноги и руки самопроизвольно выворачивались, их разрывали спазмы и судороги.
Я едва не лишился сознания, а тело с трудом могли удержать четверо сильных солдат, прибежавших на крики. Да-а... мышцы то у меня оставались по прежнему тренированными.
Зато я сумел откатиться на эти пару мгновений. Я понял это, ведь часть запаса сил была потрачена. Больше я не рисковал. В тот день.
На второй раз я подготовился. Заранее заткнул рот деревянным бруском, который буду сжимать зубами. Потом лёг на кровать, приказав обвязать руки и ноги ремнями, дабы не вывернуть и не поломать их. Заставил верных Ротбара и Бернарда удерживать меня, а далее поставил метку.
Всё. Теперь, при возврате в это положение, я уже не самоубьюсь по неаккуратности, как едва не сделал в первый раз. Нет, теперь всё должно быть проще...
Потом я взял себе отдых, чтобы психологически подготовиться и настроиться, но на следующий день никак не мог решиться. Долго ходил вокруг до около, мысленно возвращаясь в этот миг снова и снова. Был рассеян и раздражён.
Пытка, мне предстояла самая натуральная пытка... Попробуйте, для интереса, даже не сломать себе ногу, а... прикусить язык или губу. Ну, или самому себе прищемить дверью палец.
Тут, хе-хе, самое страшное даже не страх боли, а её ожидание. Ты тратишь секунды, минуты, десятки минут... чтобы подготовиться к ней. А мне предстояло нечто, что будет гораздо более неприятным. И невольно начинаешь искать причины, почему этим вообще лучше не заниматься. Почему подобное стоит отложить и не использовать.
Да уж... хреновое ощущение!
- Перед смертью не надышишься, - в конце концов хмыкнул я и сделал возврат.
Визг был заглушён деревяшкой, которую я едва не выплюнул, но вовремя сообразил удержать и сжать на ней челюсть. Рыцари крепко удерживали моё сопротивляющееся тело. Я бился в путах порядка минуты, а потом всё начало затихать. Во внутреннем мире трещины чаши болезненно пульсировали, но стабильно проводили силу и не стремились разваливаться. Я специально проверял их каждый раз, регулярно обмазывая скрепляющей жидкостью источника. Но толку, увы, более не было. Жидкость может и скрепляла, но точно не восстанавливала. Хе-хе, если брать аналог, то как сильно не заливай сломанное клеем, а целым оно уже не станет. Вот и тут также... Но какое-то укрепление я, буду надеяться, смог себе придать.
Да и в целом мне показалось, что во второй раз всё прошло немного лучше. Может попривык, может и показалось, а может на самом деле полегче.
Поставленная метка сгорела на второй день. Что же... я снова почти всесилен. Как в детстве. Только вот к возвратам добавились ещё и приятные ощущения, хе-хе.
Толку теперь, что у меня много энергии плюс сила верующих? Я не могу её тратить! Веселуха!
А ведь действительно смешно! Вновь вернуться к тому, с чего начинал! Только вот без возможности роста, во всяком случае до тех пор, пока не смогу нормально восстановиться.
Но даже так я ежедневно ставил метку, хоть и далеко не каждый раз к ней откатывался. В общей сложности, возвращался в прошлое всего шесть раз. Первый — проверка. Второй — закрепление. Два следующих уже по нужде, хоть и незначительной... Хех, звучит, как описание похода в туалет. Но нет, это... а хотя? По уровню полезности ушло недалеко. Я всего-то, как и раньше, начал отыгрывать небольшие преимущества, которые возвышали меня в глазах остальных.
Предвидение играет свою роль...
В первый раз это была остановка драки между мелкими лордами Штормового предела и Севера, которые повздорили из-за ситуации произошедшей у Старка с Баратеоном. Второй же раз — на совете перед финальным обсуждением стратегии взятия столицы. Зная, как поведёт себя каждый из лордов, я сыграл словно по нотам, чётко, лаконично и скрупулёзно — так, как я и люблю. Все, даже Аррен, остались довольны своей ролью и дальнейшими действиями, которые, кстати говоря, удались. «Взятие столицы» прошло как по маслу! С первого раза причём, а ведь я ожидал вынужденного возврата! Хотя... мы ещё не взяли Королевскую Гавань до конца, так что рано об этом говорить. Может быть Винклер не смог обнаружить все «схроны» Дикого огня и придётся-таки, откатываться? Ему, конечно, помогали алхимики из группы Россарта, которые быстро переметнулись к новому главе, но мало ли? Вдруг последний десница Эйриса сделал что-то втихаря даже от них?
Ну да ладно, что же пятый мой возврат? Куда был потрачен он?
На Демея.
С какой же маниакальной страстью мои дрожащие от предвкушения руки схватили скальпель. Я... соскучился по нему. На самом деле, как давно я уже не использовал его в деле? Как давно пальцы не входили в оставленные им раны? Как давно щипцы не выдёргивали ногти и языки?
Пожалуй, моя тоска - это ненормально. Я понял и осознал это. Я осмыслил, что стал зависим от боли. Той, которую причиняю и той, которую получаю. Может, так повлияла на меня вынужденная боль и разбитый источник силы? Сломал мои духовные скрепы, аха-ха!
Странные желания, странные ощущения, странная сила. Делает ли это странным меня самого? Пожалуй. Я самый странный человек из всех, кого я кода-либо знал.
Первые разрезы были нежными, плавными, нанесёнными со всей любовью и старанием. Маленькие и аккуратные друзья, которые разбежались по коже. Только и успевай их ловить! Но как бы я не старался, их количество лишь росло, а не уменьшалось. Однако, увеличиваясь числом, они приобретали почти сверхъестественную способность, с которой не могла сравниться даже моя мистическая сила. Они заставляли говорить правду.
Я потратил на своего первого помощника почти целый день. Это было интересное время. Мы много общались. Пожалуй, он один из самых близких мне людей в этом мире. Даже ближе Серсеи. Ведь кто мне последняя, если отбросить влечение?
Сторонница, разделяющая взгляды и будущая мать моих детей. Кто мне Демей? Несоизмеримо большее, если убрать сексуальный подтекст. Он практически стал мне братом. Уверен, будь у меня младший и сохрани он жизнь до этого дня, то стал бы кем-то похожим на моего верного Демея.
Как Киван у Тайвина, как Станнис у Роберта... почему младшие братья настолько хороши? Даже Эддард у Брандона был таким. Исполнительным и верным.
У меня
