нас с тобой лучше, если исчезнет, — прозрачно намекнула она на необходимость содействия исчезновению мужа. Догадывалась о симпатии Шмидта к Саше и не говорила прямо — боялась.
Не ответил, потому что пока не обладаю всей информацией. Гадать на кофейной гуще не привык… В последнее время ты часто нервничаешь по пустякам, — Дмитрий Андреевич неуклюже попытался переключиться на другую, менее опасную тему. Не привык дипломатничать. — Наверно, слишком много работаешь. Давай поедем куда-нибудь, отдохнём, выбросим из головы все неприятности? Если согласна, я мигом организую…
Отличная идея, про себя согласилась Ольга. Система, созданная Беловым и его братьями, работает чётко, без перебоев и простоев, словно отлаженный насос, бесперебойно перекачивает на банковские счета приличные суммы. Белова вошла во вкус, превратилась в заботливую хозяйку Фонда. Не представляет себе жизни без руководства многочисленными филиалами, отделами и фирмами.
Оставит Фонд на пару недель — ничего страшного не произойдёт. Зато возвратится в Россию отдохнувшей, свежей, полной сил, и тогда разберётся с хитроумным муженьком. Отыщет его и задаст уже однажды заданные вопросы. Решай, милый, выбирай между жизнью и кошельком! Если тот в очередной раз увильнёт от честного ответа, придётся применить более радикальные методы воздействия.
Вот только куда поехать, где провести незапланированный «отпуск»? На Канарах сейчас все отели забиты новыми русскими, . С толстыми золотыми цепями на бычьих шеях, в сопровождении подруг — явных проституток, они разгуливают по пляжам, надираются в ресторанах и кабачках…
Нет, на Канары она не поедет!
Провести время в подаренной Сашкой вилле в Майами? Неплохая мысль, но там на неё неизбежно накатятся воспоминания о прежней жизни, когда она была верной подругой Белова. Какой там отдых — сплошные переживания.
Тоже — не в цвет!
— Согласна, милый. Давай посетим Балатон, — неожиданно решила она, усевшись на колени сожителя. — И тебе, и мне не мешает подлечиться. Там — целебная водичка, опытные врачи, культурные и вежливые сёстры. Никаких стрессов — тишина и покой. Господи, до чего же я соскучилась по покою!
На Балатон, так на Балатон, подумал Шмидт, машинально поглаживая Ольгу по спине. Хоть к чёрту на кулички! Лишь бы подальше от московских киллеров, которым безразлично кого убивать, лишь бы платили.
— Как решишь с Ваней? Возьмёшь с собой или оставишь дома?
Пусть сама решает, случись что-нибудь с мальчишкой, он — в стороне. Дмитрий Андреевич предусмотрительно отстранился от решения простой проблемы. Это тебе не гамлетовсвое «быть или не быть».
Действительно, немаловажная проблема! Взять мальчика с собой? Нет, этот вариант отпадает. В последнее время он стал просто невыносим! Дерзит и Шмидту, и матери, постоянно вспоминает отца. Какой он добрый, понимающий, сильный и смелый! Говорит, а сам косится на Шмидтоа Будто сравнивает его с отцом и это сравнение явно не в пользу дяди Димы.
Отправить его в Интернат? Нельзя — опасно! После взрыва в главном корпусе школы, Ольге каждую ночь снятся изуродованные тела, мертвые или искалеченные мальчики и девочки.
Что из того, что элитное учебное заведение для особо одарённых детей охраняет целая дивизия внутренних войск? Разве плохо охранялся Дом Правительства в Грозном? Или — госпиталь в Дагестане? Или — главный корпус Интерната, где, слава Богу, обошлось без жертв. Вдруг террористы решат повторить наезд на оставшиеся целыми корпуса?
Намного безопасней оставить сына дома, под надзором гувернантки, двух служанок и парней из числа охранников Фонда. Предварительно проинструктировать их и пригрозить наказанием за малейшее упущение.
— Оставим дома, — расстёгивая рубашку любовника и забираясь под неё подрагивающей рукой, невнятно проговорила женщина. В последнее время всё чаще и чаще её охватывает желание принадлежать мужчине. Что это — преддверие климакса, когда организм спешит восполнить недополученное раньше наслаждение, или даёт о себе знать потревоженная Беловым «физиология»? — Тебе не кажется, что мы уделяем слишком мало внимания другим, более приятным проблемам… Раздень меня, милый…
Действительно, мало, про себя согласился Виктор, послушно освобождая женщину от одежды. Вот только ведёт она себя с ним, как с мужской принадлежностью, купленной в магазине «Интим». Не ласкается — повелевает, не признаётся в любви — приказывает. О какой страсти можно говорить!
— Поцелуй меня в грудь, — будто подслушав крамольные мысли любовника, приказала Ольга. — Теперь — в другую… И поскорей перенеси на диван…
Когда отпылал закат и все звёзды погасли, она брезгливо отодвинулась от вспотевшего любовника. Завернулась в простынь и сухо проговорила:
— Хватит заниматься ерундой. Кроме секса имеются другие, более важные проблемы… Оденься и поезжай в турагентство!… Учти, жить мы будем только в пятизвездном отеле, питаться — только в приличном ресторане!…
Шмидт покорно кивал. Да, только в пятизвёздном… Конечно, в приличном ресторане… Всё будет сделано по её желанию… Он со злостью дёргал заевшую молнию на брюках, путался в шнурках туфель.
Подумать только в кого превратилась наивная и скромная девочка, влюблённая в скрипку и в произведения великих композиторов? В обыкновенную бабу, зацикленную на сексе, власти и богатстве! Бедный Белов, как только он выдержал столько лет, ежедневно общаясь с этой… Клеопатрой!
Ольга, раскинувшись на диване, с презрением смотрела на любовника. Где были её глаза, когда она впервые легла в постель с этим ничтожеством? Почему женский инстинкт не подсказал ей, с кем она решила связать свою жизнь? Разве сейчас мало на рынке любви сильных и надёжных партнёров?
Жаль, нельзя жить заново!…
Для разнообразия решено не лететь к выбранному месту отдыха — ехать на поезде. Во первых, слишком часто самолёты падают с неба на землю. Во вторых, удобное купе на двоих, с туалетом и мягкими диванами. смена впечатлений — всё это должно успокоить нервную систему.
Выехали на вокзал за час до отправления экспресса. Один джип — впереди «мерина», второй — позади. Оба забиты настороженными телохранителями. Шмидт проявляет чудеса настороженности. Четыре парня поедут вместе с ними, займут соседние купе. Остальные, после отправления поезда, возвратятся домой для охраны Вани. Его безопасность гарантирована.
Когда отдыхающие подошли к стойке таможенного досмотра, неожиданно запел мобильник.
— Мама, только что звонил отец, — в голосе мальчишки звучит радость. — Спросил, как я живу, как учусь…
Вот он, очередной трюк Сашки под куполом цирка, раздражённо подумала Ольга. Значит, его не убили и не похитили — спрятался в какую-то нору и выжидает.
Откуда звонил?
— Не знаю… Кажется, издалека — плохо было слышно…
Ничего не просил передать мне?
Мальчишка помолчал. Его буквально распирало торжество. Папа не забыл о нём, пообещал приехать и привезти сыну гостинцы.
— Всего три слова. Всё отдам сыну. Так он велел тебе передать. Только одному сыну… Мама,
