– По причине старого знакомства я скажу тебе, ты меня явно недооцениваешь. У меня есть на тебя полное досье. Просто я не помню твоей фамилии или вовсе никогда ее не знал. Когда с девчонкой в основном играешь в волейбол и целуешься по кустам, фамилии как-то не спрашиваешь. Ты ведь тоже моей фамилии не знала?
– Не знала.
– Ну так вот, я тебя беру!
Он позвонил секретарше.
– Юль, принеси два кофе.
– Ну, если ты меня действительно берешь, то я немедленно приступлю к своим обязанностям. Итак, в присутствии любого твоего сотрудника, вплоть до уборщиц, мы обращаемся друг к другу по имени-отчеству.
– Понял. Права.
– Секретарша у тебя толковая?
– Более или менее. Зато красивая.
– Ты с ней спишь?
– А это имеет значение?
– Да.
– Не понял.
– Секретаршу надо бы сменить. А за пределами фирмы делай что хочешь.
– Я все же не понял.
– Серьезные клиенты при виде такой несомненно хорошенькой девушки могут счесть тебя не слишком серьезным руководителем. Кроме того, такие юные прелестные создания, с которыми спят начальники, питательная почва для промышленного шпионажа.
– Здрасьте, приехали!
– Дело, конечно, твое. Я просто излагаю тебе свои соображения.
– А что ж мне, старую грызму в приемной посадить?
– Да. Это будет лучше. Или толкового парня.
– Я подумаю. А еще что?
– Какая у тебя машина?
– У меня несколько…
– На фирму ты на какой приезжаешь?
– На «Майбахе».
– Не годится.
– Почему?
– Провинциальные понты, Юрочка.
– Круто! А на чем же мне ездить?
– «Мерседес», «Ауди», «БМВ». Вполне достаточно.
– А ты знаешь, сколько стоит «Майбах»?
– Примерно.
– Куда ж я его дену?
– Это уже не моя проблема.
– Круто!
– Скажи, сколько человек у тебя в штате?
– Сто двадцать. С тобой будет сто двадцать один. И Юльку я пока увольнять не буду.
– Дело твое. Если ты в ней уверен…
– Уверен. Она у меня уже полтора года работает. Хорошая девка.
– Юра, я только даю рекомендации. Настаивать ни на чем не буду. Скажи, у тебя на фирме что-то не так? Зачем ты пригласил меня?
– Ну, я, как ты заметила, провинциал. И с понтами. Бывает, увлекаюсь какой-то идеей и иду напролом. Потому и добился многого. Но в последнее время напролом уже не всегда правильно. В коллективе кое-где наблюдается разброд и шатание. Он раньше работал как хорошо отлаженный механизм, а в последнее время что-то стало сбоить. Вот я и подумал… А тут Павлик предложил свою родственницу. Слушай, я забыл, у тебя в Гатчине кто-то жил?
– Мамина тетка. Она, к сожалению, в позапрошлом году умерла. А у тебя? Ты ведь тоже не местный был?
– Ага, я из Кинешмы. А в Гатчине жили отцовы родственники. А ты давно там была?
– В позапрошлом году, на похороны ездила. Это теперь такой очаровательный городок… И дворец постепенно приводят в порядок. А знаешь, я когда в парке белок кормила, вспомнила, как мы с тобой там целовались… Кто бы мог подумать, что мы еще встретимся.
– Да уж… Сюрприз! Ладно, время поджимает. Короче, я тебя беру. Оформляйся! И завтра же приступай к работе!
Мы еще обсудили условия, которые меня вполне устроили, и я ушла.
Я прекрасно понимала, что работа предстоит нелегкая, меня непременно будут подсиживать недовольные моими рекомендациями, но это часть профессии. Никуда не денешься. И все-таки я была страшно рада.
Часть третья
В броне
– Слышь, Пашка, это правда, что Гудилина твоя родственница?
– Допустим. И что?
– Да крутая баба!
– И что?
– А сколько ей лет?
– Тебе зачем?
– Да интересно. Она вдовица, говорят.
– Слушай, отвянь, а?
– Она ничего, красивая… С такой можно…
– Можно в рыло схлопотать. Это запросто.
– Пашка, ты чего как неродной?
– Я как раз как родной, только не тебе, козлу.
– За козла ответишь!
– Хоть сейчас!
– Да ладно, охота была связываться.
Это был далеко не первый подобный разговор. Персона Лады Владимировны Гудилиной вызывала интерес и зачастую небеспочвенные опасения. Четыре человека по ее милости уже вылетели с работы. Правда, от этого был явный толк. В отделах, откуда уволили людей, атмосфера определенно изменилась к лучшему. Однако оценить объективно эти перемены далеко не все были в состоянии. Поползли слухи, что она любовница шефа и нашептывает ему в постели свои драконовские рекомендации.
Когда этот слушок достиг ушей Пашки, он скрипнул зубами и набрал номер Лады.
– Тетка, ты можешь сегодня со мной пообедать?
– Что-то случилось?
– Есть одна темка. Но хотелось бы вне стен фирмы.
– Хорошо.
– Тогда я за тобой зайду.
– Заходи.
Они отправились в ресторанчик на соседней улице.
– Что стряслось, Пашенька?
– Как тебе у нас работается?
– Да нормально. Вроде моя работа приносит плоды. А что?
– Скажи, а с Яншиным как?
– Хорошо. Очень правильный мужик. И прислушивается к советам.
– Это ты ему посоветовала сменить «Майбах» на «мерс»?
– Я. Ну, он же меня для того и нанял. И говорит, что доволен.
– А ты знаешь, ходят слухи, будто у вас роман.
– Роман? Да ты что! Нет, Пашка, нет никакого романа. Боюсь, я нескоро еще буду в состоянии завести роман. И уж точно никогда не позволю себе завести роман с руководителем, к тому же женатым руководителем.
– А кто-то слышал, что ты с ним на «ты».
– Значит, это Юля. Единственная рекомендация, к которой Яншин не прислушался.
– Ты советовала ему уволить Юльку? Он же с ней спит! Но при чем здесь она?
– Видишь ли, Пашенька. Выяснилось, что мы с Яншиным в далеком отрочестве дружили, когда я летом жила у маминой тетки в Гатчине. Поэтому и общаемся наедине на «ты». Но только наедине. А девица, выходит, подслушивает…
– Ты скажешь ему про это?
– И не подумаю. Это очень маленький грех. Полагаю, большинство секретарш подслушивают. А особенно секретуток.
– А что, значит, если кто-то скажет про ваш роман, можно смело давать в морду?
– Да ни в коем случае! – рассмеялась Лада. – Еще не хватало!
– А знаешь, мужики тобой интересуются. Сколько уж раз о тебе расспрашивали.
– Ну надо же! А ты что?
– Посылаю.
– Молодец! Слушай, а ты меня только за этим позвал? Проверить сплетню?
– Ну да.
– Дурачок! Думаешь, я не знаю, что у меня за спиной шепчутся? Перемывают мне косточки, обсуждают мои платья? И боятся.
– Боятся, это точно. А скажи, вот если бы ты пришла к выводу, что я, твой любимый племянник, порчу атмосферу в коллективе, что бы ты сделала? Промолчала?
