Читаем без скачивания Любовь диктаторов. Муссолини. Гитлер. Франко - Лев Белоусов

Распутный образ жизни в Толмеццо оставил тяжелый след на все последующие годы — Муссолини подцепил трудноизлечимую венерическую болезнь. Решив, что это сифилис, он впал в глубочайшую депрессию и намеревался покончить с собой. Добрая половина биографов будущего дуче, касаясь этого сюжета, с уверенностью писала именно о сифилисе. Однако достаточных оснований для этого нет. В 1925 году, будучи уже главой правительства, Муссолини послал анализ крови на проверку в Англию. «Реакция Вассермана» оказалась отрицательной, и он даже хотел объявить об этом публично, поскольку слухи о его болезни активно муссировались в прессе. Предположение о сифилисе не подтвердилось и результатами вскрытия тела и изучения мозга Муссолини после гибели. По всей вероятности, он заразился какой-то иной венерической инфекцией, перешедшей в хроническую стадию и время от времени дававшей о себе знать.

Осенью 1907 года Муссолини успешно сдал экзамены в Болонском университете на право преподавания французского языка в средней школе. Спустя полгода ему удалось найти работу по этой специальности в лицее города Онелья, и с тех пор он стал с апломбом именовать себя «профессоре». Его образ жизни остался неизменным: пьянки и дебоши чередовались с периодами вынужденного затишья из-за безденежья, случайные связи сочетались с краткосрочным романом с очередной «невестой». Муссолини стал больше времени уделять политике: публиковал острые антиклерикальные статьи, вел бурную полемику с анархистами, выпускал пропагандистский листок социалистов. Он состоял под негласным надзором полиции и спустя несколько месяцев был уволен из лицея и вернулся в родную Эмилию-Романью.

Здесь его ждал сюрприз в виде прелестных дочек новой сожительницы отца — Анны Гвиди (Ломбарди). После смерти жены старик Алессандро переехал в Форли в дом к этой нелюдимой, сухощавой и сварливой вдове, имевшей четырех дочерей. Бенито сразу влюбился в одну из старших сестер Аугусту, но добиться ее не смог, поскольку она предпочла выйти замуж за могильщика. Тогда его жадный взгляд остановился на младшей, 16-летней Ракеле — очень хорошенькой, стройной, невинной, с голубыми глазами (что нетипично для итальянок) и светлыми, пушистыми волосами. Выросшая в простой крестьянской среде, смекалистая и шустрая, непосредственная и непритязательная, Ракеле с детства была переполнена предрассудками и приучена к физическому труду. Она помогала матери и неофициальному отчиму, прислуживая в открытой ими на паях привокзальной траттории.

Бенито также был вовлечен в работу: управлялся по хозяйству, вечерами чистил кувшины, мыл посуду, а в свободное время писал для одной газеты роман «Клаудиа Партичелла». В 1928 году он был переведен на английский язык под названием «Любовница кардинала». Первый литературный опыт Муссолини явно не удался. Роман получился скучный, тривиальный, лишенный какой бы то ни было художественной ценности. Однако Ракеле он понравился: ей не без оснований показалось, что в одной из положительных героинь — служанке, отдавшей жизнь за хозяйку, — автор воплотил ее образ.

Бенито был искренне очарован юной милашкой, причем до такой степени, что объявил ей о своем намерении жениться. Но молодые люди сразу расстались, так как Муссолини получил приглашение занять должность секретаря «палаты труда» и редактора местного еженедельника в Трентино — части граничившей с Италией австро-венгерской провинции Тироль, население которой в значительной мере состояло из итальянцев. Муссолини с головой ушел в работу. Он разразился целой серией гневных статей в адрес австрийских властей, притеснявших итальянцев, развернул яростную антиклерикальную кампанию, внеся в нее элементы вульгарной ругани, ненависти и абсолютной нетерпимости, затем ударился в пространные рассуждения о Ж. Сореле и синдикалистах, неомальтузианстве и дарвинизме, Парижской коммуне и Джордано Бруно. Судя по его писаниям, в то время он еще не был националистом. «Мы должны оставить национализм хозяевам», «патриотизм и национализм — это маски буржуазного милитаризма и жадного капитализма» — такими броскими лозунгами пестрела его газета.

Конечно, он был очень «неудобной» фигурой для австрийских властей. За систематические оскорбления в печати Муссолини не раз подвергался штрафам и арестам. Однажды, переполненный «благородным» гневом, он даже объявил голодовку, но это занятие ему быстро разонравилось. В конечном счете его выставили из Трентино за «распространение запрещенной печати и возбуждение насилия по отношению к государственной власти». В знак протеста местные социалисты призвали рабочих к забастовке, а в итальянских газетах промелькнуло имя Муссолини. В глубине души молодой бунтарь не мог не радоваться всему происшедшему: в Трентино ему не нравилось, а высылка создавала столь желанный ореол «преследуемого революционера». Кроме того, и в личной жизни обстоятельства сложились так, что ему лучше было уехать. Верный себе, Муссолини завел связь с замужней женщиной Фернан-дой Осс Фачинелли, работавшей в местном профсоюзе. Она родила сына, который умер через несколько месяцев. Сама Фернанда также вскоре скончалась от туберкулеза.

Возвращаясь домой, Бенито испытывал нечто, похожее на угрызения совести: за весь период пребывания за границей он ни разу не удосужился написать своей невесте и лишь однажды сделал для нее приписку в открытке, посланной отцу. Увидев ее после долгой разлуки, он понял, что Ракеле стала еще более привлекательной и желанной. Привычная тяга к обладанию понравившейся девушкой вспыхнула с новой силой, и Муссолини пошел напролом.

Однако на этот раз он не мог прибегнуть к привычным насильственным методам. Во-первых, потому что Ракеле фактически была членом его новой семьи; во-вторых, потому что ему действительно казалось, будто он глубоко и искренне полюбил ее. Страсть Бенито была столь пылкой, что он хотел создать семью, невзирая на юный возраст своей возлюбленной. Кроме того, она вполне соответствовала его представлениям о той женщине, которая могла бы стать женой: физически крепкая, выносливая, безусловно любящая и преданная, уважающая и слегка побаивающаяся супруга, фактически не имеющая никаких интеллектуальных интересов и не мешающая мужу заниматься своим делом. Интуиция не подвела Муссолини: Ракеле оказалась не только хорошей женой, но и плодовитой, любящей матерью, с которой они прожили вместе 35 лет.

Вернувшись из Австрии в Форли, ревнивец и сумасброд Бенито подверг Ракеле подлинной тирании: он не разрешал ей бывать в одиночку в людных местах и на народных гуляньях, прислуживать в харчевне, взяв часть ее работы на себя, устраивал жуткие скандалы в случае малейших отклонений от запретов. Мать Ракеле и отец Бенито были категорически против их брака, не без оснований полагая, что девушка не будет счастлива с «революционером». Тем более что она получила соблазнительное предложение о замужестве от некоего Оливейро, состоятельного топографа из Равенны. Алессандро, искренне желавший счастья падчерице, ухватился за это предложение. Однако Бенито сумел не только предотвратить помолвку, но и быстро добиться своего.

Однажды, намереваясь произвести впечатление и укрепить победу над юным созданием, он впервые повел свою суженую в муниципальный театр. После спектакля он предложил восторженной девушке стать его женой. По словам самой Ракеле, в то время она уже пылко любила Бенито и восхищалась им. Скромно потупив взор, она промолчала, что означало безусловное согласие и повиновение. Крестьянские женщины Эмилии-Романьи считали вполне естественным подчиняться мужской воле, лишь бы эта воля была. В таких делах у Муссолини ее хватало с избытком, поэтому тон его предложения не допускал возражений. Теперь оставалось лишь добиться согласия матери Ракеле. Актер и позер, в избытке наделенный характерным итальянским темпераментом, Муссолини явился в дом к своей будущей теще с револьвером в руках и потребовал отдать ему дочь.

В случае отказа он угрожал убить сначала Ракеле, а потом себя самого. Маловероятно, что у него хватило бы мужества и глупости нажать на курок, но требуемый эффект был достигнут.

Молодые люди стали жить вместе. Они никоим образом не оформили свои отношения, так как Бенито, рьяный бунтарь и противник условностей, считал гражданскую регистрацию брака буржуазным предрассудком. Тем более для социалиста-атеиста не могло быть и речи о католическом обряде. Впоследствии, под давлением различных обстоятельств, ему пришлось согласиться и на то, и на другое.

Молодожены сняли две небольшие меблированные комнаты в полуразвалившемся палаццо «Ме-ренда» на одноименной улице. Их единственным, но безусловным достоинством оказалась стоимость — менее 15 лир в месяц. Бюджет семьи — 120 лир — состоял поначалу лишь из жалованья Муссолини, которое он получал, работая в секретариате социалистической федерации в Форли. Часть средств уходила на партийные нужды, поэтому в семье нередко оставалось меньше половины. Этих денег едва хватало на самый скромный образ жизни и скудный рацион. Конечно, Муссолини не голодали, но иногда им приходилось довольствоваться одной капустой (картошку в Италии едят очень мало). Их имущество состояло из четырех простыней, стольких же тарелок, ложек и вилок. Все это было получено от родителей. Для покупки любой новой вещи приходилось откладывать деньги. Бенито очень неаккуратно носил одежду, быстро приводил ее в негодность, набивая карманы газетами и протирая локти. Ракеле как умела создавала домашний уют, вела хозяйство, а вечерами успокаивала мужа, разгоряченного за день политическими дебатами, завершавшимися иной раз стычками на кулаках. Время от времени Муссолини брал в руки скрипку, на которой его научил играть уличный музыкант. Он не обладал музыкальным даром, играл не очень хорошо, но громко и мощно. 1 сентября 1910 года, спустя семь с половиной месяцев после начала совместной жизни, у Бенито и Ракеле родилась дочка. Ее назвали Эдца.