документ. — Первый вариант — сам Пакшен. Но зачем, если он только что заключил мир? Неверно понятый приказ? Запоздалая связь?
— Не успели отдать верный приказ? — предположил я. — Тогда вскоре наши разведчики должны донести, что селение оставлено.
— Разведчики? — уточнил Вардо. — Ты все же кого-то отправил туда прямо сейчас?
— Я попросил Конральда сделать это, потому что нам надо готовиться к утру.
— Военные операции — не мое дело. Разведка — хороший шаг, — резюмировал Вардо. — И хорошо, что решили дождаться утра. Нельзя принимать поспешных решений прямо сейчас.
— А если прямо сейчас на берег высаживаются войска? — предположил я. — Часовые на башнях будут отвлечены теми солдатами, кого мы приняли к себе, а тем временем враг малыми силами перейдет все линии обороны и захватит город.
Вардо и Кирот переглянулись.
— Кажется, ты стал слишком подозрительным, — заметил Кирот. — все бойцы сдали оружие. Наши жители присматривают за ними. Я уверен, что ничего дурного не случится.
— Отшельник тоже так говорил. Аврон сказал, что Отшельник переметнулся. И Фелида говорила.
— Кто такая Фелида? — спросил Вардо. — Я слышал это имя, но мельком, и так и не понял, кто она такая.
— Девушка, ученица Конральда, наемника, — пояснил я. — Она пропала, когда мы отбивали вашу резиденцию за Полянами. А теперь она якобы устроилась на хорошем месте… — начал я, но тут же исправился: — про Отшельника же известно лишь то, что он нас предал.
— А, быть может, это сделала и Фелида? — предположил Кирот.
— Она недавно была здесь, — сказал я. — Предупреждала. Звала с собой. Я не мог бросить людей.
Я не ожидал увидеть восхищения на лицах этих людей. И не увидел. Кирот даже малость скривился, точно в последний миг спохватился, что его мысль «дурак!» проступит на лице слишком явно.
— Похвально, — проскрипел Вардо.
— Достойная преданность настоящего правителя, — добавил Кирот. И сам продолжил: — Все же я бы не был уверен в том, что Фелиду стоит сбрасывать со счетов.
— А давайте вернемся к Валему, — попросил я. — Первостепенный наш предатель сейчас даже не здесь. А как раз по ту сторону реки. Итак, Пакшен, если это он напал на деревню, сделал это скорее случайно, ничего хитрого в этом нет? А кто еще мог сделать? Мордин? — спросил я.
— Если Мордин, то это предупреждение нам, чтобы мы не связывались с Пакшеном, — выдал Вардо. — Но в этом случае политическая ситуация на арене меняется слишком сильно. Мы были в курсе того, что линия фронта между Мордином и Пакшеном слабеет, а на нас идут новые силы именно Пакшена. И это логично — Мордин может сделать лишь вылазку, небольшую вылазку, подчеркну это.
— Потому что союзники оставили Мордин. И эта акция устрашения нам может стать… проблемой весьма малой в сравнении с тем, что нам готовит союз с Пакшеном, — закончил Кирот.
— Вы меня, похоже, решили окончательно запутать! — не удержался я. — Как так, союз — и хуже?
— У Пакшена больше нет союзников. Но только старый мир, похоже, надоел не только тебе, Бавлер, — ответил мне Кирот. — Старый мир — это всегда что-то «недо». Не до конца доведенное. Вот готовятся вражеские силы взять крупную деревню, а потом приходит приказ — отбой, помирились. Города вообще никогда не брали. Потому что понимали, сколько людей положат.
— А сейчас что, почему иначе? — спросил я.
— Сейчас появляется новый центр силы, — ответил Вардо, — прошло три месяца, ты растешь. Слухи ползут. Пакшен и Мордин уже отдали тебе сколько-то жителей. Заметь, почти добровольно.
— Не совсем всех добровольно-то и отдали, — сказал я. — Но хорошо, слухи расползлись, создание нового поселения — из ряда вон. Что дальше?
— Дворяне Пакшена, кажется, имеют мозги в головах, — заговорил Кирот вновь. — Потому что видят, что раз им никто не помогает, то помощь надо искать у тебя.
— Ты хочешь сказать, что они формально могут попросить меня к себе в союзники? — уточнил я.
— Да, — попросту ответил Вардо. — Они не просто хотят тебя к себе в союзники. Они хотят, надо полагать, сделать все твоими руками.
— У дворян Пашкена мозги есть, но не так много! — поправился Кирот. — Я верю, что они не хотят, чтобы их раздавил Мордин. В одиночку или с союзниками. Но посчитать, что тысяча бывших граждан вдруг сможет побить врага. Нет. Ни за что не поверю
— Нам надо укреплять границу, — сказал я. — В любом случае.
— Хватило бы людей, — вздохнул Вардо. — С вашими рассуждениями, вариант, что на нас напал Мордин, остается самый верный.
— Думаете? — я поскреб шрам на ноге, что остался после гоблинов. — Почему они тогда решили напасть? Даже если они сожгут всю деревню, она пустая, там ничего нет. Вещи людей, быть может…
— Оттуда увезли все, — доложил Вардо. — Отля мне об этом сообщил. Там только дома и переправа. Взять нечего. А бойцы, которые отступили… ты ведь не успел с ними хорошенько переговорить, Бавлер?
— Нет, — признался я.
— Сказали, что двоих подстрелили, но врагов там было не больше тридцати. А три десятка бойцов — это пара лодок. У нас здесь — форт. Восточнее формально начинаются земли монастыря. Точнее говоря, просто никто не знает, где находятся монастырские земли. Могу тебе сказать, что монастыря боятся. Поэтому врагов у нас мало и к востоку их нет. Разве что гоблины опять вылезли.
— Мне от этого ничуть не легче, — ответил я. — Легче будет, если придут разведчики и скажут, что в Валеме никого нет. Но ты практически уверен, что Пакшен ничего против нас не сделал?
— Я в большей степени уверен, что это сделал кто угодно другой, но не Пакшен, — уверенно проговорил Вардо. — Могли даже северные города влезть в этот конфликт, по чьей угодно просьбе. Или наемники, которых никто не знает, которые официально не принадлежат ни одной стороне. Понимаешь, насколько все сложно?
— Сложности твои я понимаю, — вздохнул я. — Но некоторые хотят заполучить земли севернее Нируды. Вернуть Бережок, форт и Нички под свой контроль.
— Затея со своими плюсами и минусами,
