прекрасной женщиной — Анной Вей. Гибкая, сильная и блистательно умная, она была, наверное, единственным ученым, которого он когда-либо считал равным себе, и одной из немногих людей, которых Тони по-настоящему любил. И, как и все другие близкие ему люди, Анна рано ушла из жизни. Когда полиция нашла и опознала ее тело, они решили, что причина смерти — самоубийство. Тони ни на секунду не верил в это, но у него не было выбора. В тот день его сердце стало еще чуть более железным, и он решил, что никогда больше никого не полюбит.
Итак, Тони Старку снилось, что он летает, и сам факт того, что в полете он видел сон о полете, будто бы добавлял реальности новое измерение.
Предыдущая версия операционной системы Железного Человека однажды выдвинула гипотезу о том, что еще один уровень сна может быть ловушкой, из которой не выбраться. Иными словами, если Тони снилось, что ему снится, что он летает, в то время как он летал на самом деле, то он может никогда не проснуться. В этот момент Тони решил, что систему стоит перезапустить и прогнать через антивирус.
Сейчас на «борту» с Тони в качестве спутника — искусственного интеллекта находилась «его девушка Пятница», которая была чуть более свободолюбивой, знала больше смешных анекдотов и иногда даже смеялась над шутками Тони.
Пятница разбудила босса с помощью легкой вибрационной волны, которая заодно помассировала ему позвоночник, потому что помощница уже выяснила из биологического досье Тони: его спина порядочно затекает во время долгих перелетов по США и над Атлантическим океаном.
Старк открыл глаза, зевнул и, почувствовав, что его подбородок сжимает ремень шлема, осознал, что он все еще в костюме.
— Доброе утро, Пятница.
Пятница возникла в воздухе в образе голографической рыжей девушки, которая даже на ярком свету выглядела кристально четко благодаря многоузловым прожекторам, придуманным Старком. Сейчас она была ограничена лишь дисплеем шлема, и Старк знал, что если он будет фокусироваться на ее изображении слишком долго, то его стошнит прямо в шлем. Но даже краешком глаза он кое-что заметил.
— Ты изменила прическу?
Пятница тряхнула длинными рыжими локонами, которые еще вчера были заметно короче.
— Да. Эта мне больше подходит.
Пятница сменила уже множество образов.
Например, перебрала все, которые могли ассоциироваться с Ирландией. Ее запрограммировали калифорнийкой, но через несколько недель оказалось, что у нее кельтские корни. Также изменилось виртуальное строение ее костей, поэтому лицо Пятницы приобрело более твердое выражение. Тони стало интересно, что искусственный интеллект сделает дальше. Он создал Пятницу своими руками, однако она оказалась умной программой и могла самостоятельно выбирать свою внешность.
— Где, черт возьми, мы находимся? — спросил он свою помощницу.
— Через двадцать минут будем на месте, босс. Направляемся на северо-северо-восток. В полутора километрах от побережья Ирландии.
— Все системы в норме?
— Пока что все показатели в зеленом спектре. Это вполне удовлетворительно, учитывая место, где мы находимся, — ответила Пятница. — Доброго утречка вам!
— «Доброго утречка?» — переспросил Тони. — Пятница, я тебя разработал не ради подобных штампов. Ты мне еще пинту Гиннесса предложи и ривердансинг[2].
— Просто пытаюсь действовать в духе сложившейся ситуации, босс, — ответила Пятница. — Я же пришла к выводу, что Ирландия — это моя духовная родина. И да, мне кажется, что слова «ривердансинг» не существует.
— Пожалуйста, подними уровень массажа спины до четверки. И растяжку тоже добавь, ну же. Знаю, я выгляжу нереально круто, но эти трансатлантические прогулки вытягивают из меня все соки.
Пятница надавила Тони на позвоночник и тянула до тех пор, пока позвонки не щелкнули.
— Если бы обращал хоть каплю внимания на международные законы и не совершал столько неоправданных полетов, Тони, твоя спина была бы сейчас в гораздо лучшем состоянии.
Старк оставил ее слова без ответа.
— Разве у нас не первоклассный костюм Железного Человека? Я ведь не забыл встроить в него что-то вроде мини-бара?
Пятница рассмеялась:
— У нас есть дистиллированная вода и кофеиновые пластыри, босс. Боюсь, это всё.
— Дистиллированная вода? — Тони скривился. — Я знаю, откуда она появилась, и, честно говоря, это вызывает у меня тошноту. И, возвращаясь к разговору о трансатлантических перелетах: очень много опасного оружия содержится в руках нехороших людей, и кто-то должен прибирать за ними, так? Если ЩИТ не будет санкционировать мои задания, я просто буду втихую надевать костюм и делать всё самостоятельно.
Тони мысленно вернулся к последнему совещанию ЩИТа, во время которого Ник Фьюри совершенно открыто заявил о том, что не собирается больше давать Тони добро на его секретные миссии.
— Да ты, наверное, сошел со своего плейбойского ума, если думаешь, что я собираюсь просить президента дать зеленый свет твоим бойскаутским заданиям! — вопил руководитель ЩИТа, сидя в своем офисе в штаб-квартире организации. — Ты себя богом, что ли, возомнил, Старк? Или собираешься отыграться за те полвека, что «Старк Индастриз» производили оружие, и начать решать, кто имеет право обладать той или иной техникой, а кто нет? Вселенная работает по другим законам, Тони. Ты же гений, так? Ты сам говорил мне это сто раз.
— Да, папа, — ответил Тони. Это прозвучало не просто неловко. Это было оскорбительно.
— Я не ослышался? Ты действительно только что назвал меня папой? — переспросил Фьюри, придя в какой-то злой восторг. — Пожалуй, тебе стоит познакомиться с местным психиатром. Ощущение, что ты страдаешь особой формой посттравматического расстройства, которая встречается только у гениев.
— Это вообще-то был сарказм, Фьюри, — Тони постарался загладить промах. — Так или иначе, ты не мой отец. И даже не мой начальник.
— А вот в этом ты ошибаешься, — возразил Ник, постучав пальцами по столу, что, с точки зрения Тони, выглядело слегка позерски. — Я именно что твой начальник. И если ты попадешь в передрягу во время этих своих выходок, не жди, что ЩИТ вышлет тебе подкрепление, потому что я дал тебе указания не бежать впереди паровоза.
Тони Старк вышел из кабинета Фьюри, осознавая, что теперь он не только может не надеяться на прикрытие, но и должен быть гораздо осторожнее и хитрее, потому что Ник будет ждать, пока он оступится и совершит ошибку.
«К счастью, — думал Тони, летя над извилистым ирландским побережьем, — хитрость — это тоже одна из граней моей гениальности».
— Пятница, — спросил он, — как там моя яхта?
Пятница вывела на экран локацию яхты и замурлыкала, уточняя месторасположение — милая привычка, которую она тоже придумала себе сама.
— «Тангриснир» стоит на якоре в полутора километрах от входа в живописную гавань Дун Даэгайре, как и планировалось, — объявила программа.
— Дан Лэри, —
