поправил Тони, четко артикулируя название. — Настоящий ирландец должен знать, как это произносится. Никогда не бывает
слишком много непроизносимых букв, верно?
— Смотрите у меня, — ответила Пятница. — Это проявление воли моего народа. Еще парочка подобных колкостей — и я отправлю вас поплавать.
— Какая-нибудь чужая техника на яхте есть?
— Всего-то две спутниковых антенны ЩИТа и три летающих неподалеку вертолета с журналистами. Судя по их разговорам, всем интересно узнать про то, как Тони Старк будет общаться с Шошоной Бьедербек, новой музыкальной суперзвездой.
— Конечно, с чего бы им должно быть это неинтересно? Это совершенно естественный расклад: Тони Старк и прекрасная женщина.
Пекин издал неуверенный звук, похожий на ноту, которую издает кларнет.
— Что бы это значило, Пятница? — спросил Тони. — Ты теперь еще и звуки начала издавать?
— Я в первую очередь интеллект, а потом уже искусственный, босс. Вам ведь нужно мое непредвзятое мнение, так?
— Разумеется. Но мне нравится, когда мнение выражается словами — знаешь, глаголами, существительными и так далее, — а не мычанием и прочими невербальными сигналами. Ты же не какой-нибудь там Эр-Два-Дэ-Два.
— Вы же наверняка знаете, что Шошона довольно молода. Ей самое большее двадцать пять, да?
Тони засмеялся.
— А ты не слишком ревнива для робота, Пятница?
— Нет. Ревность полностью отсутствует в моей программе. Меня беспокоит лишь правдоподобность вашего прикрытия.
— Во-первых, у меня ощущение, что ты уже несколько недель не придерживаешься запрограммированных параметров, а во-вторых, я потратил очень много времени на то, чтобы прикрытие с «красивой молодой женщиной» выглядело реалистично. Может, расскажешь, что тебя еще волнует, раз уж мы затронули эту тему?
Пятница издала еще один кларнетный звук, и на мгновение дисплей шлема порозовел.
— О, цветомузыка, — радостно отметил Тони. — Может быть, ты еще диско какое-нибудь включишь? Давай, Пятница! Не стесняйся.
— Нууу…
— Ну? Что еще за ну? Что с тобой происходит? У тебя что, отключились жесткие диски, отвечающие за речь?
— Я просто хотела сказать, что знаю, какой вы на самом деле впечатлительный.
— Расскажи-ка об этом. Это приказ.
— Окей, босс, но вы сами меня в это втянули, так что потом не ругайтесь, — Пятница громко вздохнула — этот звук ей удалось издать, прочистив вентиляционные отверстия костюма, маленькая человеческая хитрость, которую она также придумала сама. — Всё дело в Прото-Тони.
— А что с ним не так? — спросил Старк. — Это же чудо современной инженерии — и к тому же чертовски привлекательное чудо.
— Я не собираюсь обсуждать технические характеристики Прото-Тони, босс.
— Тогда о чем речь? Тебе не нравится его внешность?
Еще один кларнетный звук, сопровождаемый «ну…».
— Что ну, господи? — переспросил Старк. — Пятница, ты меня просто убиваешь.
— Ну, он немного чересчур накачанный.
— Конечно, он качок. Я сам качок. А он изображает меня. ЩИТ и все таблоиды шпионят за Прото-Тони, что позволяет мне в то же время выполнять всякие мелкие задания. Никогда не стоит быть там, где, как все думают, ты находишься, помнишь?
Пятница, однако, упорствовала:
— Если он должен правдоподобно изображать вас, тогда вряд ли стоило делать его настолько мускулистым. Не поймите меня неправильно, босс: я понимаю, что вы в прекрасной форме, но ваши параметры записаны в ваших файлах. А тело Прото-Тони значительно более развито, чем ваше.
— То есть ты пытаешься намекнуть мне, что я не Халк.
— Я так и знала, что вы разозлитесь.
— Я вовсе не злюсь. Разве что немного уязвлен.
Пятница захихикала.
— Уязвлен? Согласно моим записям, вы первый человек за последние пятнадцать лет, который использовал это слово в разговорной речи, а не в любовном романе. Мне кажется, за такое премии должны давать.
— Так что, Прото-Тони слишком накачанный? — продолжал Тони, не желая менять тему разговора. — Или, может, наоборот, это я чересчур хилый?
— Извините, что я это сказала, — ответила Пятница. — Мои наблюдения основаны исключительно на вашей мышечной массе и индексе массы тела. Я вовсе не собиралась критиковать вашу внешность.
Тони надолго замолчал, а потом спросил:
— У нас же есть на борту аппарат для электростимуляции мышц?
— Да, босс, — ответила Пятница. — С этой целью можно использовать дефибриллятор.
— Тогда, пожалуйста, покачай мне пресс минут пятнадцать. Хочу выглядеть привлекательным в глазах своих спутников.
К тому моменту, когда Пятница запечатала вентиляционные системы и опустила костюм под воду, чтобы дать ему возможность попасть в «Тангриснир» через нижний люк, электростимуляция мышц живота Тони Старка уже подходила к концу. Наверное, это звучит довольно забавно: Железный Человек прячется в трюме яхты, в то время как Тони Старк стоит на ее же палубе. Можно смело ставить состояние на то, что Ник Фьюри вопил бы дурным голосом, если бы мог это лицезреть через спутник. Поэтому Тони оснастил «Тангриснир» подводным люком и воздушным шлюзом, которые вмещали гения, миллиардера и филантропа в бронированном костюме, и при этом не вызывали на поверхности яхты никакой ряби — ни физической, ни электронной.
Какое-то время Тони провел, уворачиваясь от рыб, но через восемьсот метров Пятница вновь взяла управление костюмом под контроль и аккуратно пришвартовала Железного Человека прямо в приветливую пасть «Тангриснира». Он баюкал Тони, как новорожденного младенца, пока Пятница нежно заводила его в погрузочную платформу яхты.
— Оки-доки, — произнесла она. — Вот лосьон и в корзинке.
Костюм сполз с тела Тони, почти как жидкий, панелька за панелькой, и вот уже Старк стоит в отсеке, одетый в черный комбинезон.
— Оки-доки? — переспрашивает он. — Мне казалось, сленг раньше не входил в твой пакет программ.
— Я же искусственный интеллект, босс, — ответила Пятница. — А, следовательно, учусь. Как вам «лосьон в корзинке»[3]?
Тони полностью освободился от костюма.
— Мне понравилось. Ты позаимствовала цитату из одного из моих любимых фильмов и превратила ее в команду. Мило. Знаешь что? Кажется, я и правда гений.
Пятница вновь превратилась в сияющую голограмму девушки в полный рост.
— А еще очень скромный, — парировала она.
Тони потянулся до хруста в спине.
— Не существует такого явления, как скромный гений, Пятница. Если ты будешь смиренным, тебя посчитают размазней.
— Ну, или ты станешь счастливым и уважаемым человеком.
Это неожиданно глубокое философское заявление из уст обычно жизнерадостной программы прозвучало странно.
— Меня в достаточной степени уважают, — ответил Тони. — А счастлив я буду, когда заберу массовое, среднее и малое оружие из рук людей, которые его не заслуживают. — Он покрутил головой. — Чувствую себя таким скованным. Никто даже не подозревает, каково оно. Люди думают, что костюм Железного Человека — крутая штука, в которой можно спасать мир. А на самом деле он требует огромных усилий, и провести несколько часов внутри этой штуки — это как прокатиться
