Заладам с нетерпением ждал, когда весь отряд подойдет к его разбитому грузовику. Внезапно они замерли на месте, прислушиваясь к записанной им передаче. Почти синхронно они опустили забрала и загерметизировали шлемы.
Сработал датчик приближения, радостно подумал Заладам. В нем проснулась надежда.
В течение следующих нескольких минут он наблюдал, как двое из десанта сделали жест в сторону своего корабля, но женщина, казалось, была намерена исследовать место крушения и продолжала указывать на его грузовик, где Заладам спрятал еще одну преграду, прицепив на люк универсальный символ для обозначения инфекционных болезней для усиления действия записи предупреждения о возбудителях инфекционных заболеваний на планете и внутри корабля. Женщина настойчиво что-то доказывала, и, наконец, с отвращением вскинув руки, в одиночку направилась к люку грузовика.
Они, должно быть, носят защитные костюмы, подумал Заладам, и его вновь охватило беспокойство.
Женщина двинулась к закрытому люку и шагнула вперед, запустив своими действиями мигалки и сирену. Заладам видел мигающий свет в подзорную трубу, но был слишком далеко, чтобы услышать звук. Женщина замерла с рукой, тянущейся к люку, видимо, слушая это второе грозное предупреждение. Потом ее рука двинулась в сторону, и она отвернулась от люка, похоже, приняв предупреждение во внимание. Никто из отряда не задержался ни на секунду. Заладам наблюдал, как взлетел челнок, на мгновение зависнув в безоблачном небе, и с облегчением вздохнул. На какое-то время Рай был спасен.
Цветы со звезд
Кадры мелькали в новостях быстрее, чем сами корабли двигались сквозь Солнечную систему. Шесть блестящих кораблей листовидной формы направлялись к старой доброй матери-Земле. «Мы не одни», «первый контакт», «наконец-то доказательство», трубили ученые мужи, в то время как изображения кораблей в реальном времени транслировались на экраны. Комментаторы и всяческие демагоги благосклонно допускали, что космические агентства на самом деле отслеживают инопланетные корабли, проходящие через нашу солнечную систему. Появились неизбежные догадки: контакт еще не был установлен и не было принято никаких сообщений, но откровения Апокалипсиса упоминались постоянно.
Достигнув земной атмосферы, корабли разделились. Три из них зависли на экваториальных орбитах, а три расположились на полярных, полностью охватив Землю. Каждый корабль развернул километровые паруса, нежные, как лепестки цветка и прозрачные, как крыло стрекозы, создав подобие солнечного круга. Корабли бесшумно вращались на орбитах, повернувшись к Солнцу.
Космические агентства США, Европы, России, Китая и Индии попытались установить контакт, но безрезультатно. Эйфория растаяла, возникли подозрения, и люди Земли с тревогой наблюдали за кораблями.
Двенадцать часов несли корабли тихую вахту, а после началось небывалое. На землю посыпались мерцающие зеленой радугой луковицы, и достигая ее, взрывались. Этот обстрел начался с восходом и продолжался до самого заката. Вслед за движением Солнца по миру прокатилось опустошение. Земля заполнилась какофонией рева клаксонов и длинными стонами сирен, это передавали в прямом эфире по телевидению и через Интернет.
Корабли находились за пределами земной обороны. Уже строились планы по загрузке ядерных боеголовок в космические «челноки», но через двадцать четыре часа после начала стрельбы дождь из луковиц прекратился. Шесть инопланетных кораблей, вращаясь вдоль экватора и полюсов, все так же зловеще молчали.
Между прочим, в интернете и в телевизионных новостях не было ни слова о видеоконференции президента Соединенных Штатов, министра обороны США и генералов, Генерального секретаря Организации Объединенных Наций, премьеров Франции, России, Китая, и премьер-министров Индии и Великобритании.
Президент Соединенных Штатов открыл заседание словами:
— Спасибо, что вы все откликнулись в кратчайшие сроки. Мы постоянно получаем какие-то странные донесения о причиненном ущербе. Они показывают, что единственные объекты, на которые была направлена атака, это овощеперерабатывающие заводы и заводы сельскохозяйственного оборудования. В Америке ни одна военная база не была уничтожена.
— Да! Это же самое в России-матушке.
— В Китае уничтожены все соевые заводы.
— Мы — нация вегетарианцев. Моя страна будет голодать. Вы должны предоставить нам продовольствие, – взмолился лидер Японии, но никто ничего не мог предложить: посевы были повреждены, взрывающиеся луковицы уничтожили все овощи, фрукты и фабрики по переработке сельскохозяйственной продукции на планете.
— Полагаю, вам придется перейти на гамбургеры, — пошутил президент. Секундная утрата достоинства государственного мужа обеспечила ему место в учебниках истории рядом с Марией Антуанеттой[2].
Сохранить в тайне от общественности информацию о масштабах разрушений оказалось невозможным. Последующую свистопляску из-за грядущего голода легко можно было предсказать. Начались беспорядки, мародерство, грабежи, разбойные нападения на фермеров, на продовольственные и бакалейные магазины. Камеры наблюдения даже запечатлели двух веган-знаменитостей, часто провозглашавших в СМИ моральное превосходство своей веры, которые нацеливали пистолеты в вегетарианские плакаты.
Цены на акции Макдоналдс и KFC[3] взлетели, пока кто-то не вспомнил, что крупный рогатый скот травояден, а кур и свиней кормят кукурузой и зерном. Мгновенно акции этих компаний на Уолл-стрит рухнули вместе со всеми остальными.
Корабли безмолвно кружили на орбитах и после того, как град радужных луковиц закончился. И вот, через 48 часов, инопланетяне вышли на связь, и сделали это не менее эффектно, чем все предыдущее. Они захватили полную власть в эфире. Этим они привлекли внимание людей, и почти вся планета услышала сгенерированный компьютером голос на пятидесяти самых распространенных языках планеты:
Мы пришли на вашу планету с предложением мира и научного сотрудничества, но то, что мы обнаружили, оказалось таким ужасающим, таким шокирующим, развратным и порочным, что отключило высшие психические функции нашего мозга. Мы вошли в первобытное состояние и атаковали вас. И извинений мы не приносим. Тем не менее, после того, как мы пришли в себя, мы завершили полный анализ вашей культуры и сожалеем об опустошении, которое вызвали. Вы просто плодоеды и таким образом вы спасаете ваш вид от вымирания. Ваши действия продиктованы инстинктом самосохранения. Теперь мы это понимаем.
Но знайте, земляне: вы одиноки в вашей порочности. Среди всех разумных существ в галактике только вы пожираете не рожденных детей цветов. На это может быть только одна реакция:
В этот момент на темных экранах всего мира появилось изображение инопланетянина. На вид чужак не слишком отличался от маргаритки, и было бы заманчиво сравнить его с человеком и приписать человеческие черты цветку, или, точнее, цветам, многосекционным цветочным головкам. Но у маргаритки не было совершенно ничего, напоминающего человеческое лицо. Однако любой, кто увидел ее, сразу осознал высокий интеллект маргаритки, глядящей на нас из космоса.
Мы отвернем наши цветы прочь от вашего солнца.
И соцветия повернулись на 180 градусов, подобно мудрым старым совам. Экраны замолчали и погасли.
Вскоре контроль над эфиром был восстановлен. Несколько секунд спустя экраны вновь заработали и показали, как прозрачные солнечные паруса втягиваются в корабли. Они ушли, покинув нашу солнечную систему еще быстрее, чем появились.
Планета была в кризисе: первостепенной задачей стало выживание. Люди очень быстро перестали обсуждать инопланетян и их сообщение - кроме тех случаев, когда иссякали запасы растительного масла и пригорали гамбургеры.
Последний лист
Старуха стояла в зале суда, сжимая в руке повестку. Она прочла слова, предписывающие ей обвинить старика в курении, или «вы будете прилюдно наказаны». Она подумала о старике и золотисто-коричневой траве, которую он выращивал в саду. Она не знала, что это был не простой табак. Она думала об этой траве, как о волшебной. Когда старик курил эту траву, он занимался любовью с силой «шестидесятника». Она слышала, что женщины ценят такое в любовниках, но сама об этом не знала. Старик был всего на год старше нее. Они выросли рядом друг с другом и всю молодость провели вдвоем. Он был единственный мужчина, которого она когда-либо знала, и она была единственной женщиной, с которой он когда-либо спал.
Ох, ну, быть может, это не очень больно, подумала она, посмотрела на улицу, где собиралась толпа, и почувствовала себя униженной.
— У вас еще есть время, чтобы признать его курильщиком, — сказал судья.
