Святым считали кедр многие американские индейцы.
Яблоня
У народности эрзя в Нижегородской области России есть такая песня о священной яблоне (яблоню они считают «чистым» деревом):
В красном углу цвететСвятое дерево.У этого дерева верхушкаДо неба дошла.Это дерево по всему светуЦветет.У этого дерева по пяти фунтовЛистья.У этого дерева по семи фунтовЯблоки.У этого дерева по всей РоссииКорни (Морохин, 1997).
Яблоня в песне теряет реальные черты, становится своего рода деревом жизни и национальным символом.
У эстонцев запрещалось срывать яблоки у молодой яблони — она может засохнуть.
Тополь
В последнее время третьим, среди деревьев, национальным символом Украины все чаще считают тополь (по-украински — тополя). Как писал поэт В. Симоненко:
I коли впадеш ти на чужому полi,Прийдуть з України верби i тополi…
Тополь — символ статности и молодости — «як тополя — така гожа». В Украине есть предание: молодой казак уехал за море и оставил на родине свою милую: неутешная девушка, по совету волшебницы, стоя на высокой круче, в степи, высматривала своего возлюбленного и превратилась в тополь.
Практически все народы Китая имели культ деревьев. Проживающие на северо- западе Китая уйгуры поклонялись тополю. Если им во время поездки верхом по пустыне случалось увидеть тополь, то они обязательно слезали с лошади и совершали поклонение ему.
По одному древнегреческому мифу, боги превратили в тополь плачущих по убитому брату нимф. Поэтому листья у тополей шелестят всегда грустно.
Тополь у бурят — священное дерево. Печки топить им запрещалось.
Индейцы считают, что многие их современные беды случились от того, что они недостаточно уважали одно из своих святых деревьев — канадский тополь.
Черемуха
Священным деревом у ряда народов была черемуха, которую всегда садили возле дома. Цветы ее символизируют девственную чистоту. Черт пытается вредить людям, и посему портит это дерево. Люди же должны беречь черемуху, защищать, ведь она святая, в ее ветках соловей поет.
Марийская народная мудрость запрещала ломать ветки деревьев во время цветения (особенно черемухи и рябины, считавшихся неприкосновенными). Это объяснялось так: черемуха молится богу и жалуется, что у нее ломают руки и пальцы. Поэтому бог во время цветения черемухи на следующий год насылает холод (что часто случается именно во время цветения этого дерева) (Юадаров, 1999).
Гиляки говорят, что срубить черемуху — убить человека.
Пальма
Пророк Мухаммед завещал: «Некоторые деревья благословенны как мусульмане, в особенности пальма» (Izzi, 1994). Ислам призывает охранять природу альтруистически, а не лишь для того, чтобы пользоваться природными ресурсами. Мухаммед сказал: «Если придет Судный день и у тебя в ладони окажется росток пальмы, ты обязан его посадить» (Izzi, 1994). В этом заключается суть принципов исламской экологической этики. Даже если будет потеряна всякая надежда, посадка деревьев должна продолжаться, так как насаждение деревьев — это хорошее дело само по себе (Izzi, 1994).
В Новой Гвинее святой считается кокосовая пальма. У многих народов пальма — дерево жизни. У христиан — символ мученичества и чистоты.
Вишня
Вишня считалась в Украине «божественным деревом», а шевченковский «садок вишневий коло хаты» — символом Украины.
Он выполнял функцию оберега от злой силы. Если возле хаты не было фруктового сада, то говорили, что там гуляют черти. Кроме всего прочего вишневый сад — место девичьих гаданий. Если люди переезжали на другое место, они сад не вырубали. Он должен был напоминать о родовых корнях (Скуратiвський, 1998).
Вишня означает девицу, убогую и красивую. Рост ягод на вишне — девице веселье. Вишневый садик в песнях — любимое местопребывание девушки.
Бузина
К бузине славяне обращались, встав на колени: «Бузина! Послал меня Дажбог к тебе, чтобы ты взяла на себя мой недуг!»
До революции в Киевской губернии ни один крестьянин не стал бы рубить или корчевать бузину, так как это дерево садит черт, и как бы он не рассердился, послав на семью несчастье. Бузина росла как межевой знак. Жечь бузину боялись, иначе домашняя птица погибнет, а в печь ударит молния. Нельзя было и уничтожать ее корни — скорчит ноги и руки, нельзя даже загрязнять места ее произрастания.
Бузина считалась святым деревом у пруссов. Поляки говорят: святая бузина, возьми мою боль под свои здоровые корни.
Явор и ясень
Явор посвящен в украинской народной поэзии человеческому несчастью. С явором, нагнувшим ветви в воду, сравнивается казак, у которого ноет сердце, будто подмытый корень дерева. Из-под явора течет река, образ которой всегда означает слезы. Под этим деревом прощается мать со своим сыном. Явор часто растет над могилой героев песен и былин.
У тевтонов — перводерево — ясень Иггдрасиль.
У гуцулов явор использовать на дрова запрещено, ведь «явiр з чоловiка». На его листьях не пекут коржи, так как это «долоня й п’ять пальцiв».
В Британии и Ирландии ясень считается святым деревом. Его нельзя рубить. Старые костелы в Польше обсаживались ясенями.
Баобаб
На африканском континенте в большом почете баобаб. Это — единственное дерево, в котором устраивали склепы для усопших вождей. Жители бассейна Замбези считают, что в баобаб превратился первый властитель этих мест. К баобабам совершали паломничество бездетные семьи, приносились в жертву козы и куры, во главе со священнослужителями устраивались порой целые торжественные церемонии, посвященные баобабу. В лесах долины Лимпопо жрицы следили за баобабами — святынями, держали в строгой тайне их местонахождение. Когда в 1950-х годах, при строительстве плотины Кариба на реке Замбези стали переселять кланы народа батонга и корекоре, они отказывались уезжать и оставлять свои святыни-баобабы. Согласно индийской легенде, к баобабу можно прийти с любым желанием, и он, как скатерть- самобранка, каждую просьбу выполнит.
На Мадагаскаре баобаб — священное дерево, плоды его есть нельзя.
Береза
Восточные славяне почитали березу, причем особым уважением пользовались деревья, растущие у родников и криниц.
В самый четверток по пасце (семик») собираются жены и девицы под дерева, под березы и приносят яко жертвы: пироги и каши и яичницы и, поклоняясь березам, учнут песни сатанинские, приплетая пети и дланми плескати и всяко бесятся», — писалось в 1636 г. в одной из челобитных (Рыбаков, 1988).
