Особенно опасно было оголение горных склонов и вершин. Немцы говорят, что кто на них лес вырубит — тот более преступен, нежели он сам думает. Охотники Таймыра никогда не рубят растущие кустарники — только сухие. У туркменов существовало понятие «увол», согласно которому расточительное использование растительных и других природных ресурсов считалось грехом. У народов коми тайга означала — «парма» — единый живой организм.
У сербов почитались старые густые буки и дубы, рубить их опасались, так как можно было заболеть неизлечимой болезнью. Чехи и в конце XIX века на страстную пятницу молились перед заходом солнца под деревьями, считалось, что в этом случае человек не будет болеть целую неделю. На Рождество чехи обращались к деревьям с просьбой дать знать о будущем. Некоторые деревья считались у славян тотемами, которые волхвы запрещали рубить. К тотемам относились орех, терн, бук, дуб.
Многие пословицы имеют довольно древнее происхождение: мир охнет — лес сохнет; люди на лес не зинут — лес не сгинет; ни прута, ни лесинки, ни барабанной палки; лыкодеры есть — да не с чего лыка драть стало.
Если лес и приходилось рубить, то народная мудрость учила: недорубленный лес скорее растет; не беречь поросли — не видеть и дерева; лес по дереву не плачет, а по поросли сохнет; с корня не валяй, а валежник подбирай.
Почитай дерево, которое нам тень дает — говорили римляне. С ними согласны черкесы: тень дающее дерево не подсекай. В России учат: плод дерева ешь, а коры не снимай; только лубочек слупил — и липки не стало; была липка, а стало лукошко; не облуплена — липка, облуплена — лутоха. Датчане говорят — кто с дерева кору снимает, того убивают; с одной липы дважды лыка не дерут; лес — божья пазуха. В древнем Китае, с целью охраны горных лесов, существовал обычай ограничения на вход в гору.
Киргизы считают: украшение земли — деревья, народа — скот. Славяне: все деревья, как простые, так и садовые, сажал и сеял сам Господь; леса заповедные — Божелесье, леса Божьи.
В Тульской губернии знали, что не любят лешие, когда у них мужики лес воруют, и над лесными ворами особенно зло шутят. Черемисы считают, что у деревьев есть свой «деревянный» язык, когда ветра в лесу нет и деревья трещат — это они меж собой разговаривают.
«По отношению к деревьям, — пишет педагог В. Скутина, — у украинцев сложился целый комплекс экологических традиций: при рождении ребенка сажают дерево (чаще всего фруктовое); при строительстве хаты не рубят плодовые деревья, вблизи криницы сажают калину, сажают «святую» вербу на Вербную неделю; при призыве юноши на службу девушка сажает на краю села тополь».
Есть такая притча. Пришел как-то к мудрецу юноша и спросил, что делать, чтоб его люди не забыли.
— Стань полководцем и воюй, — ответил мудрец.
— А что нужно сделать, чтоб меня люди добром поминали? — еще спросил юноша.
— Сади деревья и воспитывай детей, — посоветовал мудрец.
Украинцы говорят: «Всякое дерево, когда его не рубить, живет и не хочется ему помирать. Всякому дереву не хочется, чтобы его рубили и оно хочет жить, и больно ему так же, как и человеку, когда его рубят, поэтому оно и скрипит — это оно плачет. А больше всех скрипят ива и береза — аж самому жалко делается, так еще как будто и слезы из дерева капают».
Или еще такая поговорка: посадил дерево — себя прославил, посадил сад — род прославил.
Спросили мудреца: кто научил людей злу?
— Огонь, — был ответ.
Кто научил их быть сильными?
— Вода, — был ответ.
А кто научил их добру?
— Дерево, — ответил мудрец.
Некоторые деревья имеют способность отгонять злую силу. Украинцы считают, что осину боятся ведьмы, латыши хвалят черемуху за то, что она не пускает к дому злую силу.
Этнограф С.А. Токарев писал: «Еще П.И. Мельников (Печерский) отмечал своеобразный контраст между суеверно-почтительным отношением к лесу со стороны мордвы, черемис-марийцев, чувашей и противоположными взглядами на лес славянина, которого Мельников назвал «природным врагом леса»… Что, кстати, подтверждалось довольно расхожей в России пословицей: «кто в лесу не вор, тот дома не хозяин».
Видимо, в этой черте характера восточного славянина сказывалась тысячелетняя традиция земледельческого народа, для которого лес действительно был больше врагом, чем средством существования (Токарев, 1957).
Вместе с тем, во многих российских губерниях как к лесу, так и к отдельным видам деревьев относились довольно хорошо.
Здесь слились воедино остатки древних языческих традиций, влияние современных религий, различные литературные примеры, научные толкования, местные локальные слухи и привычки. Наша задача — отыскать их, пока не поздно, и всячески популяризировать (Борейко, Молодан, 1988).
В якутской мифологии Ап Лук Мас был священным деревом рода, в котором обитал дух — хозяин данной местности. Такими деревьями считались обычно могучие старые березы или лиственницы, растущие отдельно на кургане или опушке леса. Их охраняли, ограждали, украшали лентами, эти деревья нельзя было рубить.
Абхазцы полагали, что под покровительством Богоматери находится граб, и поэтому он никогда не поражается молнией. Они часто сажали его вокруг своего жилья.
В древнекитайской мифологии Жо — особое священное дерево, растущее за Южным морем. Его цветы напоминают лотос, свет их освещает землю. На верхушку Жо садились 10 солнц.
Смоковница — священное индусское дерево, связано с культом змеи. Монахи в полнолуние ставили под смоковницу блюдце с молоком для змей. Смоковница связана с культом Шивы, часто описывалась в произведениях Р. Киплинга. Это дерево являлось символом освобождения южных областей Индии. Смоковница — библейское дерево познания добра и зла. У мусульман его плод священен.
В Средней Азии почитались чинара, тутовник, розы, фисташки. Считалось, что если жить под большим дубом, то проживешь долго, потому что дерево отдаст часть своей силы.
Эстонцы говорят, что нельзя рубить верхушку дерева — будет с человеком несчастье. Кто у деревьев зря ветки режет — в старости станет горевать. Кто молодые деревья безжалостно портит — ослепнет.
Некоторые старые экземпляры больших деревьев считались у эстонцев святыми. Так, святая сосна росла на хуторе Вексра, на святом холме. Вначале их было две, но одну срубили, и тот человек, кто это сделал, заболел. В деревне Сиргу тоже росла святая сосна. Рассказывают, если девушка сорвет с нее ветку, то останется старой девой. В другом месте лет 400 росло старое корявое дерево. К нему обращались с большим уважением и берегли от всяких бед. Но вот его сердцевина полностью истлела, и все стали бояться, что оно упадет и кого-нибудь придавит. К тому же в ней поселилась ласка, священный зверек. Все же решили это дерево срубить, но никто за это не брался, ибо боялись, что сдохнет скот. Наконец, нашли человека, не имевшего скота, заплатили. И вот он начал рубить это старое дерево. Вначале у него пару раз ломалось топорище, затем пень долго вздыхал. Сам же человек заболел.
