было сил. Поморгала, возвращая хоть какую-то ясность зрению. И поняла, что она действительно висит. Висит вниз головой и то твердое, обо что временами бились ее руки — не что иное, как задница охотника.
Лина сразу узнала его разодранные в клочья кожаные штаны.
— Очнулась? — бодро спросил охотник и медленно спустил девушку на все тот же мох.
Лина прижала руки к вискам и едва кивнула. Голова все еще кружилась и резкие движения были ей противопоказаны.
Виль смотрел на нее с явным чувством глубокого удовлетворения.
— Что ж, Лина, — мужчина неожиданно опустился рядом. — Ты смогла меня удивить.
Лина прищурилась. Проклятая голова мало того, что не прекращала кружиться, так еще и болеть начала. Вот прямо раскалывалась.
— Долго продержалась. И сумела меня догнать. Не ожидал, — Виль одобрительно кивнул. — Значит, мастер у тебя был. Там, в твоем мире.
Лина с трудом разжала сухие губы:
— Был, — прохрипела и закашлялась.
Виль задумчиво посмотрел на девушку:
— Что ж, пора возвращаться.
И неожиданно издал гортанный крик и сделал какое-то совершенно непонятное движение обеими руками.
Вот будто лассо свое достал и раскрутил. Но нет. Лассо спокойно висело у Виля на поясе.
А вот меч…
Лина поняла, что это вовсе не Виль кричал. Кричал и пел его сверкающий меч. Это меч пел и буквально разрубал, раскалывал пространство. Пространство сопротивлялось, но в конце концов сдалось и образовало туннель.
Меч застыл.
Виль схватил Лину за руку и мир опять закружился.
Глава 6
Зато голова совершенно неожиданно прошла. Видно, клин клином вышибло. И только в ушах еще звенело и чуть давило виски. Лина почувствовала под ногами твердую землю и открыла глаза. Виль сразу отпустил ее руку. Они оказались возле крепкого рубленого пятистенка, окруженного высоченным забором. Но даже этот забор не мог скрыть верхушек корабельных сосен. Земля под ногами была хорошо утоптана и ни одной травинки на ней не было.
— Прибыли на форпост, — сухо сказал Виль. — Проходи в дом, ученица.
Лина посмотрела на своего новоявленного мастера. Потом на меч. Меч висел у Виля на боку и выглядел совершенно обыкновенно. Тусклый, явно побывавший не в одном бою. Вспомнила изматывающее путешествие. Второе дыхание и свой обморок.
— Погодите-ка, мастер, — она прищурилась и нехорошо посмотрела на Виля. — Это что же получается? Вы ведь сразу могли задействовать меч и перенести меня сюда…
Могли ведь?
Виль тяжело на нее посмотрел.
Мог ли он? Легко. Меч, его фамильный меч, сделал бы это с легкостью.
Однако…
Это было бы не по правилам. Нужно было еще одно испытание.
Нет, не то, когда он с помощью лассо проверял, человек ли эта Лина.
Испытание было необходимо. И если бы девушка не смогла его пройти… Что ж… Тогда ему оставалось бы только отправить ее в ближайшее поселение. А одинокая девушка в поселении, где полно томящихся от скуки в ожидании охотничьего сезона мужчин.
Нет, он не желал бы ей такой участи.
Но она прошла испытание! Смогла его удивить и прошла. Второе дыхание открылось, а это значит, что Лина подходила. Из нее вполне мог бы получиться неплохой охотник. Не лучший, конечно. Женщины редко ими становились. Но вполне неплохой.
Ведь охотники на ларгов были на вес золота. И было их немного. Не всякий выдерживал обучение, которое было весьма нелегким. А самое главное, не всякий выдерживал процесс перестройки тела. Магические каналы меняли направление и магический потенциал увеличивался. Во много раз увеличивалась способность к регенерации. Появлялись новые способности. Но все это требовало огромных энергетических затрат и времени.
А как всегда бывает, времени обычно не хватало.
Даже сейчас Виль сомневался, выдержит ли тело Лины и ее психика такую перестройку. Но в любом случае даже негативный исход лучше того, что ждало ее в селении.
Виль нахмурился.
Охотник не хотел делать ничего вслепую. Да и не мог. Он должен завтра же утром все ей рассказать.
Лина, похолодев, ждала его ответа. И по молчанию, да и по тяжелому взгляду мужчину поняла, что да. Он мог перенести ее прямо сюда. Но не стал.
Она почувствовала, как слезы выступили на ее глазах и руки непроизвольно сжались в кулаки.
Девушка отвернулась и сжала зубы.
Наконец после тяжелого молчания Виль сказал:
— Нет. Не мог, — и двинулся вперед.
Он чувствовал ее напряжение, чувствовал ее злость и, да, пожалуй, не злость, а бешенство.
И это было хорошо. Даже отлично. Для будущего охотника на ларгов.
Но в то же время мужчина почувствовал неожиданную грусть. Будто кто-то взял и уколол его в самое сердце.
Виль скривил губы в усмешке.
Сердце? Разве у него все еще есть сердце?
— Лина, за мной! — скомандовал он.
Девушка кулаком вытерла выступившие слезы и пошла следом.
Охотник поднялся по ступенькам и открыл тяжелую дубовую дверь, сплошь покрытую блестевшими под лучами заходящего солнца стальными полосами. Полосы как змеи обвивали и порог, и ступеньки, и косяки.
Лине даже показалось на секунду, что у одной из полос, которая подходила ближе всех к массивной ручке, блеснули зеленью глаза и появилась змеиная голова. Голова было вскинулась и показались два белых как сахарная головка клыка. И сразу опала. Глаза закрылись и голова пропала. Осталась обычная стальная полоса, которыми укрепляют двери. Лина запнулась и чуть не загремела вниз. Охотник даже не обернулся. Лина остановилась на секунду и внимательно вгляделась в подозрительные эти полосы. Но ничего больше не произошло. Полосы были как полосы. Ничего особенного.
“Показалось”, — облегченно вздохнула Лина и вошла внутрь.
Внутри оказалась просторная прихожая, на стенах которой были вбиты устрашающих размеров крючки. Охотник незаметным движением достал свой хлыст и повесил его на один из них.
Лине вешать было нечего. Ни хлыста или лассо, как она сначала назвала это странное оружие местных охотников, у нее не имелось.
Да у нее и одежды никакой не имелось, не считая джинсов и футболки с длинными рукавами.
Ну и, конечно, самодельной банданы из оторванной охотником куска рубашки.
“Жаль, рюкзачок мой пропал”, — подумала она расстроенно. Хотя чего уж там расстраиваться. Удивительно, что она вообще жива осталась. Но в рюкзаке ведь было все самое необходимое. И телефон, и зарядка. И сменное белье и даже платье. Легкое, летнее и праздничное. Ведь шла ни куда нибудь, а на девичник.
“А попала… Как он там говорил, этот охотник? Жестокий человек, видно. На Аракс”, — вспомнила Лина.
Она все также шла за мужчиной и мечтала только об одном — свалится где-нибудь,
