из ведущих сотрудников лаборатории Теслы. Он внимательно слушал дискуссию, иногда вставляя пару слов. Рядом с этой группой стояла не менее интересная парочка: доцент кафедры физики и метеорологии Лесного института Дмитрий Александрович Лачинов и его друг, редактор журнала «Электричество» Владимир Николаевич Чикалёв. Лачинов одно время разрабатывал идеи передачи электричества на большие расстояния, но отсутствие финансирования не дало возможности продвинуть его опыты и превратить их во что-то более осязаемое. Хотя теоретическое обоснование того же трехфазного переменного тока как лучшего варианта для передачи на расстояние заслуживали большего внимания. Дмитрий Александрович тоже сейчас трудился у Теслы — хотя его отдел (фактически, отдельная лаборатория) находилась за пределами сего учреждения, как и самого Санкт-Петербурга. Чикалёв же продолжил заниматься электрическими прожекторами, необходимость которых особенно для флота и железных дорог России была огромна.
В сопровождении небольшой свиты (из четырех человек двое являлись телохранителями, вроде бы собрание ученых мужей, но требования Полковникова были весьма жесткими и мне пришлось на сие сопровождение согласиться) подошёл к компании электротехников. После обмена приветствиями поинтересовался произведенным эффектом от новой электрической лампочки. Надо сказать, что по чистоте и мощности света она превосходила и образцы Яблочкова, и Лодыгина, а уж по гарантийному сроку эксплуатации — тем более. Получил весьма лестные отзывы, после чего нашёл ещё одного сотрудника лаборатории Теслы (да, пора его уже переименовывать в НИИ) Михаила Осиповича Доливо-Добровольского, который в лаборатории сербского изобретателя занимался трехфазным электродвигателем. Спросил, как продвигается работа над его проектом, узнал о сроках демонстрации рабочего образца, в общем, обычные разговоры в кулуарах. Постарался уделить внимание всем ученым мужам, собравшимся здесь. Не так уж много их и было! Правда, были приглашены и бывшие сотрудники Попова: Троицкий и Рыбкин, мичман Шульц, и конечно, Коринфский, на которого у меня были особые планы.
Буквально перед выступлением промелькнула мысль, что при наличии дальней радиосвязи знал бы, что сейчас происходит в экспедиции Полковникова. Но как только появился Никола Тесла и занял свое место в зале, я вышел и встал за небольшую трибуну, прокашлялся и начал речь:
— Уважаемый Николай Милутинович[1]! Дорогие гости и сотрудники лаборатории электротехники! Мы собрались здесь, чтобы обсудить важнейшие направления нашей будущей работы. Хочу поблагодарить всех, кто трудился всё это время над заданиями правительства и сумел проделать гигантскую работу — всех их ждут награды, в том числе денежные премии. Одновременно с этим хочу обратить внимание на проблему, которая была мною упущена, к сожалению, наши передовые разработки разошлись по миру, не принося пользы ни изобретателю, ни государству. В тоже время задача устойчивой радиосвязи на большие расстояния окончательно не решена. Сигнал имеет недостаточное покрытие, качеству приема мешает множество помех. К разработке возможности передачи голоса при помощи радиоволн предыдущие коллектив так и не приступил. По типу «итак сгодится». Это не наше решение, господа учёные мужи! Так мы работать и жить не намерены!
Я провел быстрым взглядом по залу, вроде бы все прониклись, хотя, раздолбаи те еще. В основном. Работникам лаборатории понятие научной и производственной дисциплины плюс режим секретности вдалбливали намертво. А тут такое дело… переворот! Бардак! Разногласия. А мне необходимо, чтобы рабочие проблемы решались таким же рабочим порядком, чтобы по моим подсказкам магистральное направление развития науки сохранялось именно так, как я себе это представляю.
— Итак, господа, наша новая задача — это создание устойчивой качественной передачи сигнала на большие расстояния. Первый этап — это усовершенствование уже имеющейся системы с целью повышения надежности, точности и расстояния передачи сигнала. Создание рабочего агрегата, который можно будет запустить в работу. Главным заказчиком станет флот, он же выделит финансирование на эту доработку. На этом этапе мы сохраняем возможность передачи при помощи двухкодовой азбуки. Второй этап — это передача звукового сигнала — то есть возможность получать не сообщение, а говорить между собой двум абонентам по принципу телефона, только беспроводного. Третий этап — создание в стране сети радиовещания. Но не просто отработать принцип подобной системы, а выработать комплексное решение: технология сборки нужной аппаратуры, систему радиостанций и приемников этого сигнала. Учитывая их дороговизну для бедной части населения предусмотреть возможность установки радиоприемников-громкоговорителей на площадях сел и городов. Продумать что будет экономичнее и надежнее при создании такой сети — вещание по проводам или только беспроводным путем. Вплоть до того, что на конечном этапе привлечь специалистов и создать принципы работы центров радиовещания.
Уф… Кажется, пригрузил господ ученых. А кто им сказал, что обещанные деньги они будут получать, поплевывая в потолок? Ничего подобного! Трудится, трудится и еще раз трудится! Как завещал Его Императорское Величество Михаил Николаевич!
— Но решение столь амбициозных задач требует и наличия в наших руках соответствующих инструментов. А посему я объявляю о том, что принято решение создания на базе Лаборатории Электротехники Научно-исследовательского института проблем электротехники. Научным руководителем института назначается Николай Милутинович Тесла. Как говорится, большому кораблю большое плаванье!
[1] Отец Николы Теслы — Милутин Тесла, поэтому в русском варианте к нему и обращались: Николай Милутинович.
Глава третья
Йелоу сабмарин
Глава третья
Йелоу сабмарин
Нижний Новогород
24 декабря 1889 года
We all live in a yellow submarine
Yellow submarine, yellow submarine
We all live in a yellow submarine
Yellow submarine, yellow submarine
(John Lennon / Paul McCartney)
Его Императорское Величество, соправитель Российской империи Александр Михайлович (Сандро)
И вот императорский поезд подходит к Нижнему Новгороду. Лязгают сцепки вагонов, я стою у окна купе, курю сигару. Из-за последних событий вылезла проклятая дурацкая привычка к крепкому куреву. Будучи на работе в ТОМ варианте истории я, даже став академиком, позволить себе регулярное потребление сигар не мог. Иногда один мой знакомый привозил из Кубы, куда он по делам службы ездил более-менее регулярно, настоящие гаваны. А будучи на пенсии про сигары вообще пришлось забыть. А тут привычка из будущего вылезла во всей красе. Могу себе позволить. Это раз. Нервы приходится успокаивать. Это два. Нервничаю из-за спасительной экспедиции Полковникова. Это три.
В поездку прихватил с собой Колбасьева. Всё-таки принял такое решение. По дороге от Москвы мы смогли пообщаться более детально.
