остановились у тяжёлой металлической двери. Ещё один пост охраны. Парням, дежурившим в подобном месте, можно было только посочувствовать.
За тяжёлой дверью оказалась тёмная комната, разделённая пополам решёткой из знакомых толстых прутьев. Такая же дверь на массивных петлях с узкой щелью для подноса с едой. Один поднос как раз стоял у решётки. Заключённый почти ничего не съел, лишь поковырялся в содержимом пластиковой ложкой и бросил это занятие. Военный включил рубильник на стене и под потолком загорелась тусклая длинная лампа, как в коридоре. Теперь можно было увидеть женщину, сидевшую на узкой лавке и смотревшую на нас.
– Жуть, – сказала Ольга Ивановна, не решаясь подойти ближе.
У пленницы было вполне человеческое лицо, самое обыкновенное, молочный цвет кожи и щуплое телосложение. Но с непривычки страшно, когда на тебя смотрят белые глаза с маленькой чёрной точкой в центре. Радужка у этих демонов имела белый цвет, поэтому издали её не разглядеть, в отличие от чёрной точки зрачка.
– Что от неё хотите? – спросил я, проходя ближе к решётке. – Выпытать что-то или просто для опытов держите?
– Господин Ёр хотел узнать, сколько их, – сказал военный, положив мне руку на плечо. – Не подходи близко.
– Это не опасно, – улыбнулся я. – И если не подходить, то как поговорить?
Я помахал рукой женщине, но без результата. Если бы не камера под потолком и не свидетели, с ней можно было бы серьёзно поговорить. Но в текущей ситуации нужно быть предельно осторожным.
– Это дами, очень умные демоны и проводники великой силы, – сказал я, сделав ещё один шажок к решётке.
– Господин Ёр называл её также, – кивнул военный. – Говорил, что она крайне опасна. Схватит через решётку и голову оторвёт.
– Вы зря переживаете, – отмахнулся я. – Мне в своё время повезло прожить в храме демонов дами много лет. Даже подружился с верховной жрицей, Беатой. Ненасытная женщина. Нет, не в том смысле. Просто она хотела как можно быстрее узнать содержимое всех древних книг, что хранились под храмом. А этих книг там столько, что за всю жизнь не перечитать.
Я не стал говорить, что военный даже близко не представляет, насколько опасна та, что сидела сейчас в клетке и с безразличным видом наблюдала за нами. Я был уверен, что она могла убить всех нас за несколько секунд, и решётка ей нисколько бы не помешала.
– Они мне даже знак дружбы на спину поставили, – добавил я, задирая рубашку пижамы, чтобы продемонстрировать знаки сначала людям, а потом пленнице. Уж больно кровожадная аура начала разливаться вокруг, когда я упомянул храм и жрицу Беату. Едва я показал ей татуировку, как кровожадная аура моментально исчезла.
Повернувшись к пленнице, не заметил, чтобы что-то изменилось, разве что взгляд стал слегка любопытным.
– Люди слишком опрометчиво входят в Вашу камеру, – сказал я на языке дами.
Не самый сложный язык среди прочих, но прелесть его в том, что, кроме этих белоглазых демонов, на нём никто не разговаривал. Каждый звук, который они произносили, нёс в себе частичку силы, суть которой я не понимал, поэтому называл магией. И каждый раз, когда я разговаривал на этом языке, у них лица вытягивались от удивления.
– Прошу простить, что заговорил первым, – продолжил я. – И простите моё любопытство, но как умудрились оказаться здесь? Вытащить Вас отсюда будет непросто.
– Светлоликий лорд, – она показала пальцем в потолок, – оказался слишком силён. Неожиданно было увидеть здесь такого, как он. Это наталкивает на плохие мысли.
Голос у женщины был мягким и звучал так легко, что я понимал смысл ещё до того, как она заканчивала произносить очередную фразу. При этом, когда она говорила, разделяющее нас пространство слегка дрожало. На моей памяти такое могла проделывать только упомянутая Беата. Это очень редкий дар. Верховной жрице подобное давалось ни разу не легко, в отличие от сидевшей в камере женщине.
– Да, я заметил, – кивнул я. – Поэтому вытащить Вас будет не так просто. Дождусь, пока он уедет и что-нибудь придумаю. Через шахту лифта можно легко пробиться, но вот решётки в узких коридорах напрягают. Не знаю, рухнет потолок или нет, если я их выламывать начну.
– Я вижу, что рисунок на твоей спине не закончен, – сказала она, не обратив внимания на мои слова.
– Немного, – сказал я поморщившись. – Люди, стоящие позади, эвакуировали меня не в самый подходящий момент. Ещё бы года четыре…
– Там ведь нет символа чёрного солнца? – спросила она, заранее зная ответ.
Чёрное солнце – один из главных знаков, которые я должен был получить, но не успел. Готовился к этому почти год и, когда отправился в древнюю крипту, где устроили логово смердящие, даже не так, невероятно зловонные твари, меня выдернули домой. Я хотел рассказать об этом, но женщина остановила властным жестом, взглядом показывая на людей, стоявших позади.
– У светлоликого лорда есть фиал с моей кровью, – сказала она с печалью в голосе. – Он легко найдёт меня, как бы далеко я ни убежала.
– Вместе мы разберёмся с этой ушастой тварью. По внешнему виду не скажешь, но я очень сильный. Это правда…
– Я верю, но не связывайся с ним сейчас, – перебила она меня, и пространство вокруг нас ещё больше задрожало. – Я отдам тебе свой символ чёрного солнца. Для маленького человека он будет великоват, но ты справишься. Взамен попрошу позаботиться о моих детях, когда встретишь их.
– Не дурите, – быстро сказал я. – Просто подождите немного, и я Вас отсюда вытащу. Пару дней…
Пространство уже не вибрировало, а гудело на высокой ноте. Моих спутников позади сдавило с такой силой, что они не могли пошевелиться. Вроде бы они что-то кричали, но голоса тонули в этом гуле. Жалобно скрипнула железная дверь, придавленная силой.
– Я бы послушала, как ругались и спорили старейшины, – мечтательно улыбнулась она. – Любопытно, что убедило их нанести этот узор на спину человека. И Беата…
Не заметил, когда она исчезла с лавки, но в это же мгновение её рука скользнула в просвет решётки, хватая меня за шею. Больно ударившись лбом о металлические прутья, я увидел белые глаза очень близко перед собой. Она провела ладонью по моему лбу, убирая лохматые волосы, и коснулась его своим. Беата говорила, что я должен
