храп. Я закончила начищать и вернулась в кубрик, чтобы не мешать.
Здесь в гамаке уже покачивался Эмил. Он не храпел. Казалось, этот дяденька даже во сне старается быть незаметным. Вскоре вниз спустился Радек, покопался в своих вещах, что-то достал, вроде кисет, а подняв глаза, присвистнул.
— Вот это марафет. Эй, рыжик, может, ты ещё и шмотки наши простирнёшь?
Я пожала плечами, почему нет? Помощи от меня в управлении судном никакой. Иначе мне всё равно заняться нечем. На корабле нет скотины, нет огорода и комнат постояльцев, а готовить нужно всего на пятерых вместо толпы посетителей. Здесь работы-то с вершок.
Радек со счастливой улыбкой водрузил мне на руки ворох грязной одежды и показал, где у них тут ушат, стиральная доска и мыльный корень. Воду полагалось брать не из бочки — там питьевая, — а забрасывать ведро на верёвке прямо за борт. Сама бы не справилась, но подсобили.
Стиралась прямо на палубе. Денёк выдался жаркий, безоблачный. Кожа неприятно зудела, напоминая о добровольном проклятии души. Стараясь не думать об этом, я отёрла пот со лба и посмотрела на солнце: оно ещё не перевалило за середину неба. Но скоро стоит начинать готовить обед.
— Слушай, рыжик, — подошёл Радек. Ветерок раздувал его свободные штаны, похожие на шаровары мурадца, только короче. — Тебе голову напечёт, держи, — и протянул мне красный платок. — Это Войко хотел тебе подарить, но забыл.
— Спасибо, — обрадовалась я, сложила его и обвязала голову. Концы сзади остались слишком длинными. Ничего, закончу и вплету их в косу, чтоб не трепыхались на ветру, а то вперёд залетают и по лицу нахлёстывают.
— Ага, ты только его потом поблагодарить не забудь, — хохотнул блондин.
— А почему вы носите повязки, а не шляпы? — спросила я.
— Ветер же, шляпы улетают. Когда совсем холодком сквозит, мы шапочки надеваем с плотными наушами — иначе продует. На воде всегда воздушные потоки сильнее, чем на суше. Здесь ведь ни домов, ни деревьев, ни скал. Дуй — не хочу.
Припомнив разговор за завтраком, я пожевала губу, но всё же спросила:
— Скажите, вот вы говорили, что не хотите оказаться у Рихарда в подчинении. Но ведь для этого не обязательно пить кровь вампира. Вы разве не боитесь, что он вас просто оморочит?
— Не-а, — ухмыльнулся матрос и достал из-за ворота гайтан с блестящим амулетиком. — Пока мы носим такие цацки, фиг его взгляд нас проймёт.
— Ух ты! — восхитилась я. — А можно потрогать?
— Лучше не надо, — он убрал эту штуку обратно. — Мало ли? Ну, сама понимаешь.
Я не понимала, но пожала плечами и вернулась к работе.
Закончив со стиркой, развешала бельё и пошла готовить обед. За продуктами отправилась вместе с Демиром, он показал, что здесь можно брать и где оно лежит.
— И ещё одно, — приподнял мурадец крышку бочки в углу. — Здесь капитан хранит своё питание. Без разрешения не трогай.
Изнутри потянуло холодком. Взгляду открылись кожаные бурдюки и множество кусков льда. Сразу же захотелось освежиться, ведь от жары я уже перегрелась. Но трогать ледышки, обкладывающие сосуды с кровякой не хотелось.
— Учти, этот лёд заколдованный, — продолжил матрос. — Он месяцами не тает, потому если проглотишь хоть кусочек, плохо тебе будет.
Я испуганно кивнула, отчетливо представив движение жутко холодного кусочка по кишочкам…
— Вот в этой бочке лёд такой же, — он поднял вторую крышку. — Здесь мы храним скоропортящиеся продукты, нормальные. Молоко, парное мясо, рыбу.
Ага, всё вместе. Видимо, для аромата.
Перед готовкой решила переплести волосы нормально, чтобы ни одной волосинки не попало в еду, так что сходила обратно в каюту и достала гребешок. Взгляд царапнула клятая тахта. Она так разительно выбивалась из получившейся обстановки, что я не выдержала: содрала с неё плед и пошла выбивать.
Я ещё не закончила с обедом, когда проснулся Войко — ступени грузно прогнулись одна за другой под его шагами. Старпом сразу заметил платок на моей голове. Я поблагодарила его, а он посмеялся, назвав Радека прохвостом.
— Ух, а чем так пахнет? — с нарождающейся улыбкой спросил богатырь.
— Я пирожки пеку. С мясом. Будете?
Старпом удивлённо на меня покосился, потом обвёл помещение взглядом и засмеялся.
— Вот так рыжик. Ты и здесь красоту навела? Ай, да хозяюшка!
Я смутилась и покраснела. Чего особенного-то? Прибралась да поесть сготовила. Дома меня за такую ерунду никогда не расхваливали.
— Ну, если Рихард мне ещё что-то скажет… — покачал он головой, надкусив пробный пирожок.
— Что скажет?
— Да так, ничего.
Я вздохнула и отвернулась к печке.
Понятно, вампир считает меня бесполезной. Да и наплевать. Ему угождать я точно не собираюсь. Вещи, конечно, всем стирать буду. Ну, а есть мою стряпню он всё равно не станет. Или станет? Вампиры точно ничем, кроме крови не питаются? В трактире он только пиво заказывал, но не знаю, глотнул ли хоть раз по-настоящему.
Ладно, скоро выясню.
Брр, я живу в логове упыря. Кошмар какой… Так, не отвлекаемся, пирожки пригорят. Здесь все, кроме него, нормальные ребята. По ночам бодрствовать я не собираюсь, так что видеться с моим
