было опознать по лицу.
«Там был Пророк, это он держал меня в той комнате. Он промыл мне мозг!»
Медленным движением он наклонился и поднял куб с земли: «Скоро узнаем, что ты мне дал, а пока нужно незаметно прокрасться в лагерь, выкрасть остальные артефакты и понять, почему тишина взяла все под свой контроль».
Он поднял грязную сумку, которая слетела с него во время драки, достал оттуда ткань и наложил на место удара щупальца. Помимо этого, в сумке лежало две книги, которые он успел прихватить, пока Гоц пребывал в кошмаре. Теперь к ним добавился и новый куб. Полди быстрым шагом направился в лагерь.
Его мозг стал подстраиваться под сложившуюся ситуацию и вкупе с новообретенными знаниями из куба к Полди стали приходить более сложные мысли, которые менялись с приближением к лагерю: Можно ли возобновить вой Сирены?
Могу ли я это сделать?
Я могу научиться создавать подобия Сирены.
Я должен заставить Сирену звучать!
Последняя мысль появилась, когда он подобрался к месту назначения. Всё кругом было съедено хаосом — люди бегали в панике, пытаясь издавать своим голосом звук, похожий на вой Сирены. Многие здания были зацелованы пламенем, отчего всё было окутано дымом. По мере продвижения по лагерю, Полди наблюдал множество горящих трупов, закопанных в землю вверх ногами, что походили на факелы. Ожесточенные сражения происходили то тут, то там, кругом бегали обезумевшие люди. Всех их он знал с рождения, но все они в одночасье превратились в диких животных без цели. Всё людское, что в них было, умерло вместе с осознанием смерти Сирены. Они потеряли всё в жизни и саму жизнь в один момент. Для своей безопасности он вынул из живота чьего-то трупа ржавый самодельный нож, вытер о штанину и решил не расставаться ним, пока не покинет этот филиал ада на земле. Полди спешно двигался к шатру Пророка, но подойдя к нему, он увидел лишь его догорающее основание. Искать там было нечего, поэтому он решил как можно быстрее забрать первый из кубов, закопанный у палатки Гильфа, и бежать отсюда назад в библиотеку, где он сможет обдумать свои последующие действия.
Стараясь маневрировать между кричащими людьми, он все же врезался в кого-то, когда пробегал через стену из дыма, что изрыгали горевшие вокруг шатры. Парень встал, отряхнулся и глянул на человека. Тот, кажется, лежал ничком и стонал. Но Полди не волновал какой-то обреченный на смерть в этом пекле мужик, поэтому он рванул к месту, где вчера зарыл артефакт. Выбежав из дыма, он увидел кровавый след на своем ноже, но решил не отвлекаться на задние мысли. Он приблизился к шатру Гильфа и обнаружил лишь небольшую ямку и след на земле, словно кто-то споткнулся о плохо зарытый куб, и упал. Пройдя дальше по следу, явно оставленного ползущим человеком, он зашел за соседнюю палатку. Там лежал избитый Гильф. Левая его нога была полностью в крови, а правую он подвернул, когда споткнулся, поэтому ему пришлось ползти. На нем виднелось множество порезов. Его лицо выглядело ужасно — напухшее, со множеством ссадин, и фингалами, которые мешали ему видеть.
Полди подошел к нему поближе, на что тот, под окружающий шум, тихо сказал: «Прости меня. Это моя вина». Гильфа охватил тяжелый кашель, казалось, что из него сейчас выйдет душа.
— Прости за тот день, — хриплым голосом пробурчал Гильф.
— О чем ты говоришь? ЧТО здесь случилось? — как бы громко не кричал Полди, Гильф не слушал его, он пытался достичь дна.
— Гоц, извини меня, прошу. Это я тебя подставил, — по его морщинистому лицу прокатились слезы, — когда он тебя наказал… это Я соврал ему, что вы с братом украли еду. Я её украл, я! А свалил всю вину на вас, на невинных беззащитных детей. Что я наделал.
Из-за побоев он не мог хорошо видеть и принял Полди за Гоца по причине их схожего роста и телосложения. Он хотел попросить прощения у Гоца, но извинился перед его убийцей.
Его слезы превратили лужу сожаления в океан печали, в котором он и утонул. Гильф перестал дышать. Полди без оглядки прошерстил карманы покойника, забрал оттуда несколько припрятанных сухарей и желанный куб. Он присмотрелся к лицу мертвеца, из его виска медленно капала кровь. Рана точь-в-точь походила на увечье от щупальца из куба. По всей видимости, Гильф случайно активировал его, но было уже слишком поздно.
Пришло время как можно скорее уносить отсюда ноги, и Полди принял решение вернуться в библиотеку, а там придумать что делать дальше. Передвигаясь перебежками от одного укрытия к другому, ему удалось избежать стычки с безумцами. Беззвучие нагнетало, раскалывало его череп, он не привык к такому громкому завыванию тишины. Для него было необходимо найти способ оживить Сирену, иначе он тоже сойдет с ума.
Через сорок минут он уже рылся среди сотен книг в поисках тех, что расскажут ему о технологиях прошлого. Попутно он нашел еще один куб, давший ему базовые знания истории человечества до нашей эры. Он подумал, что продолжения должны быть где-то неподалеку, но сейчас его больше волновала необходимость оживления Сирены, а не рассказы о мертвых людях. Какое-то время он перебирал книги, попутно осматриваясь, пока в одной из комнат с приоткрытой бронированной дверью не нашел план здания — под многоэтажной постройкой было еще два уровня, самый нижний именовался так: «СУПЗ. Экспериментально!»
Сняв со стены план здания, он вышел из комнаты и вышел ко входу, в холл. Отсюда Полди повернул направо, в узкий непримечательный проход с чем-то вроде турникетов по пояс. Он с легкостью перепрыгнул главную защиту огромной обители знаний прошлого. Спустя несколько поворотов и долгий спуск на два этажа вниз, перед ним вновь предстала бронированная дверь, на этот раз в рабочем состоянии. На ней была выцарапана надпись: «Ъкцт Шжйвтб». Справа стояла консоль с клавиатурой, над которой находились два тусклых экрана, казалось, что они вот-вот потухнут под силой времени. На одном виднелось слово «Юлия», на втором — «Цезарион».
Ему пришлось здорово напрячься, чтобы понять, что именно ему нужно сделать. Он вернулся к месту, где нашел куб с историей прошлого, прошерстил несколько пыльных книг в красных обложках и нашел ключ к решению. Спустившись под землю на два этажа,
